Беглец
Шрифт:
«Как жаль, что на расширение пруда у меня не хватит ни мозгов, ни денег», – мысленно посетовала Она, вспоминая, о чем говорил Петр.
– Остановите здесь, – попросила Она.
– Где? – уточнил водитель, посмотрев на остров глухого леса.
– Здесь, – ответила Она и потянулась за деньгами.
– И куда же вы пойдете?
– Никуда. Меня здесь перехватят. Скоро машина подъедет, – солгала Она, помня, как хозяйка дома говорила, что живут они в этом лесу, скрываясь от всех. Вытащив пакеты, Она дождалась затишья на дороге и нырнула в темнеющий лес. Дорогу до домика Она хорошо помнила – нужно идти по колее, заросшей
Пока Она шла, стемнело.
«Странное ощущение, что никого нет, – сделав последнюю остановку, нетерпеливо вглядывалась Она в очертания домика под шумевшими от ветра кронами деревьев. – Как будто мертвая тишина, и я не чувствую, что там есть люди. Очень подозрительно…»
Она подхватила сумки и, осторожно шагала, старательно приминая подошвой мокрую траву, которая неприятно холодила голые ноги в босоножках.
Бархатное от мха крыльцо тягуче застонало. Она с трудом толкнула тяжелую дверь и перешагнула через порог:
– Петр? Тая? Это я…
Мужская ладонь зажала Ей рот. Она выронила пакеты от неожиданности. Ее схватили в охапку и бесцеремонно потащили обратно.
Она не сопротивлялась, беспорядочно и быстро переступая в темноте по сочной траве, как по прочным и шелковым веревкам, которые хлестали и резали ноги. Мужчина одной рукой обхватывал Ее под грудную клетку, а второй – продолжал закрывать рот, хотя Она и не думала кричать. Вряд ли на крик пришла бы помощь из густого и давно одичавшего леса. За размашистыми шагами мужчины Она еле-еле успевала, но очень боялась упасть. Ей казалось, что, если Она упадет, Ее поволокут по земле.
Босоножки вымокли окончательно, и узкие ремешки впивались в кожу, причиняя боль и неудобство. Куда Ее тащили, Она не видела – поднять голову не удавалось, но знакомую колею под ногами чувствовала. Когда заскрипел гравий, и мелкие песчинки забились под ступню, стало ясно, что они добрались до пригородной трассы.
Она не успела заметить, как они очутились возле автомобиля. Тут же открылась дверь, и Ее грубо втолкнули на заднее сиденье.
«Похититель», потеснив Ее своим телом, сел рядом и захлопнул дверь. Она оказалась в центре, стиснутая двумя крепкими мужчинами.
– Поехали, – коротко бросил «похититель». Машина послушно и поспешно вырулила на дорогу.
Водителя Она увидела в профиль: орлиный нос над жесткими усами, перетекающими в бороду, плотным чехлом окаймляющую подбородок. Белки его глаз свирепо зыркнули на Нее через зеркало заднего вида. Она поспешно опустила глаза вниз и оправила сбившийся подол юбки на коленях.
– Едем, – ответил водитель на телефонный звонок. – Нет, одна. Все проверили.
Затем он обернулся к Ней:
– Где второй?
– А первый кто? – ответила Она, справившись со своим испугом. Поняв, что Ей теперь отсюда не выбраться, пока эти трое не добьются того, что им нужно, страх Ее немного потеснился
надеждой на то, что Ее с кем-то перепутали.– Ты, – раздраженно ответил бородатый.
– Отстань, – разваливаясь в кресле, сказал «похититель». – Пусть они сами разбираются. Мы свое дело сделали.
Она на всякий случай перебирала в уме известные Ей молитвы различных религий, все еще рассчитывая на то, что Она вряд ли может представлять какую-либо ценность для того, чтобы Ее так вероломно похищали и увозили в неизвестном направлении на огромной скорости под присмотром не сильно вежливых мужчин.
Водитель включил музыку в салоне автомобиля. Она краем глаза смотрела вперед, благо сидела посередине, но это действие совершенно не помогало запомнить дорогу – к городу машина не поехала, а мчалась в противоположную сторону. Кроме темного леса по бокам и слепящих фар встречных автомобилей, увидеть ничего было нельзя. Она скосилась в боковое окно, надеясь следить хотя бы за столбиками на дороге, обозначающими километраж, но на такой скорости и из-за внутренней паники не успевала различать цифры.
Свет фар вырвал из темноты трехметровые ворота. «Похититель» грубо взял Ее за запястье, а тот мужчина, что сидел справа, настороженно наблюдал за Ее движениями. Ворота открылись, и «похититель» дернул Ее вперед, вытаскивая из машины.
Между высоченных сосен показались одноэтажные домики. Железные ставни на окнах некоторых из них были опущены, на углах домов горели тусклые садовые фонари. Территория походила скорее на частный комфортабельный санаторий, если бы не высокий забор с обмоткой колючей проволоки на штырях наверху.
Автоматические ворота сомкнулись за Ее спиной, и машина уехала.
– Я не буду кричать и сопротивляться, – негромко сказала Она «похитителю», который чересчур сильно сдавливал Ее за запястье и слишком быстро передвигался по бесконечным дорожкам, огибающим похожие друг на друга кирпичные домики. «Похититель» в ответ чуть замедлил шаг.
Когда они остановились у двери одного из домов, Она обнаружила, что второй мужчина, все время шедший за ними, незаметно исчез. Наружные поперечные ставни на окнах этого дома были также опущены.
– Заходи.
В Ее голове вертелись, по крайней мере, сотни вопросов, но стало ясно, что задавать их бесполезно. В коридоре зажегся свет, и Она почти рухнула на низкий комод. Потянулась к распухшим ступням и отстегнула босоножки, ремешки которых давно впились в кожу, оставив кровавые полоски.
– Туалет там. Окна не открываются и не выбиваются.
Она рассеянно и испуганно посмотрела на него, умоляя прояснить причину Ее похищения. Мужчина сделал вид, что не замечает Ее тревоги, однако отвел глаза в сторону, немного смешавшись.
– Дай позвонить? – шепотом попросила Она, заметив его смущение.
– Комнат две, выбирай любую, – он откашлялся.
– Зачем я здесь? – все еще не теряя надежду на ответ, спросила Она еще тише. – Что, если вы меня с кем-то перепутали?
– Тогда тебе принесут извинения, – негромко сказал. – Посмертно.
«Похититель» стремительно развернулся ко входу, перешагнул через порог, и множество засовов щелкнули в двери.
«Это сон! – Она не двигалась с места. Двери в комнаты были открыты. В проеме одной белел край постели. – Это сон! Страшный, чудовищный, но сон».