Зигзаги судьбы
Шрифт:
– А вам спасибо за советы, – сказал Фрэнк, провожая Виллера до выхода из ресторана. – Возможно, я воспользуюсь ими всеми. Включая и последний.
Вернувшись домой он взялся за телефон. Первые несколько звонков были безрезультатными. Но потом счастье ему улыбнулось: выяснилось, что у Джона Готорна – его приятеля по университету – есть старший брат по имени Майкл, который примерно на пять лет старше Фрэнка. Майкл является майором морской пехоты, пробыл в Ираке несколько месяцев, приехал оттуда в краткую командировку и на днях возвращается назад. Фрэнк сразу же договорился о встрече на следующий день.
– Похоже, пока богиня удачи на моей стороне, – подумал он, достал из холодильника бутылку пива и устроился у телевизора.
– По-видимому, всем этим политическим обозревателям тоже не мешает встретиться с кем-нибудь, кто недавно вернулся и Ирака, – подумал Фрэнк, отправляясь спать.
На следующее утро, придя в офис, Фрэнк отложил в сторону выпуски журнала «Нефть и газ», по материалам которых он готовил для руководства фирмы докладную записку о перспективах разведки газовых месторождений в Восточной Сибири, и прочел по Интернету чуть ли не все статьи ведущих журналов о положении в Ираке за последний месяц.
Надо заметить, то, что он прочел, не настроило его на оптимистический лад. Конечно, он кое-что читал по Ираку. Как арабист и аналитик по Ближнему Востоку он должен был знать и знал основные моменты, касающиеся ситуации в регионе. Но раньше Ирак не был предметом его специальных интересов. Он считал, что пока в Ираке продолжается заваруха, начальство навряд ли потребует от него какие-либо материалы по этой стране. К тому же ему вполне хватало работы по Эмиратам, Оману и другим странам Персидского залива. Поэтому многое из того, что он сейчас узнал, явилось для него в какой-то мере откровением. Он даже не предполагал, что разногласия между шиитами и суннитами обострились до такой степени, что некоторые специалисты предлагали разделить Ирак на отдельные области, исходя из религиозных различий. Похоже, назревала большая склока и в Курдистане, на севере Ирака. Во внутренние дела страны активно вмешивались соседи, в частности Иран, делающий ставку на определенную часть иракского шиитского духовенства. Об экономическом возрождении страны и говорить не приходилось. Все более или менее состоятельные иракцы уехали в Сирию, Иорданию и другие арабские страны. А такого понятия, как внутренняя безопасность, не существовало вовсе. Грабежи, разбои, убийства, похищения людей стали повседневным явлением.
«И это спустя год после свержения режима Саддама Хусейна! О Аллах, – мысленно воскликнул Фрэнк. – Чем же занималась все это время американская администрация во главе с Полем Бремером? Ведь должен же быть хоть какой-то прогресс! Хоть в какой-нибудь сфере! Независимо от того, решу я ввязываться в эту авантюру с фондом или нет, надо будет попытаться разобраться в иракских проблемах. Все-таки я арабист, и мне следует иметь представление об арабских делах в большем объеме, чем это позволяет чтение сказок «Тысяча и одна ночь».
И с этой благой мыслью он поехал на встречу с Джоном Готорном и его братом.
Глава 5.
У Джона было двое детей, поэтому по дороге Фрэнк заехал в торговый центр и купил для них всяких сладостей, а также две бутылки: виски и джин. Кто его знает, что предпочитают пить в морской пехоте США.
Когда Фрэнк подъехал к дому Джона, он и его брат сидели в шезлонгах на лужайке и курили, а дети Джона, мальчик четырех и девочка шести лет, вертелись рядом – им сообщили, что приедет товарищ их отца, и они были уверены, что гость не забудет принести что-нибудь вкусное. Они, конечно, не ошиблись и, получив свои подарки, сразу же умчались.
– Рад тебя видеть, Фрэнк, – Джон Готорн протянул ему руку и обернулся к брату. – Знакомьтесь. Майкл, это Фрэнк Норман. Видный специалист по Ближнему Востоку из «Стандард
ойл». Он знает кучу всяких интересных вещей про арабов, ислам, гаремы и тому подобное. К тому же он хороший парень. С ним можно поболтать и выпить что-нибудь более крепкое, чем чай. А это мой брат Майкл. Морская пехота. Живое воплощение мощи Соединенных Штатов. В настоящее время вносит свой вклад в строительство демократического общества в Ираке. Как поется в старинной песне насчет того, что мы «несем свободу на дулах ружей». Или что-то в этом роде. А до этого ловил бен Ладена в Афганистане. К сожалению, неудачно.– Рад познакомиться, – Фрэнк пожал руку Майкла. – Хочу еще раз извиниться за то, что отнимаю у вас время. Джон сказал мне вчера, что вы в командировке и снова отправляетесь в Ирак.
– Ничего страшного, у меня есть еще несколько дней. Буду рад быть вам полезен. Давайте пройдем в гостиную или в кабинет Джона, а то здесь жарковато. Не так, как у нас в Багдаде, но все-таки… Лучше посидеть в комнате с кондиционером. Да и к холодильнику там поближе. А пока мы беседуем, Джон попросит свою супругу приготовить нам что-нибудь вкусное, питательное и калорийное. Кстати, в кабинете можно курить. Никто не будет ворчать. Обо всем остальном я позабочусь.
Джон взял в руки пакет, который ему протянул Фрэнк, заглянул в него и повернулся к Майклу:
– Посмотри, Майкл. Вот что значит работать в нефтяной компании! Они там пьют только настоящее шотландское виски, а не какой-нибудь дрянной бурбон, как мы с тобой. И джин «Гордон драй». Импортид! Вот как надо жить!
– Не будем осуждать человека за то, что он хотел сделать нашу жизнь прекраснее, Джон. И не будем отказываться от его подношений. Видит Бог, он сделал их от чистого сердца.
С этими словами Майкл, взяв Фрэнка под руку, проводил его в кабинет. Там он усадил гостя на диван, а сам расположился в кресле.
– Итак, Фрэнк, чем могу быть вам полезен? И чем вас заинтересовал Ирак?
– Дело в том, Майкл, что мне предложили работу в Багдаде. В благотворительном фонде. И на очень приличных условиях. Я сейчас как раз обдумываю это предложение. Разумеется, я что-то читаю про Ирак. И смотрю новости. Но мне хотелось услышать мнение человека оттуда, то есть ваше мнение. Как вы считаете, стоит ли гражданскому лицу ехать работать в Ирак? А то эти трансляции «Аль-Джазиры» о похищениях иностранцев и их обезглавливаниях наводят на грустные размышления.
– Видите ли, Фрэнк, вы задаете вопрос, на который мне трудно ответить. Я офицер. Командир батальона. Я передвигаюсь по Багдаду и в других местах Ирака в бронетранспортере, или в боевой машине пехоты «Бредли», или, на худой конец, в хаммере и с сопровождением. Всегда в готовности открыть огонь, ответить на нападение боевиков огнем моих солдат, дать координаты противника артиллерии или вызвать вертолеты огневой поддержки. Я живу, то есть ночую, в военном лагере «Виктория». Под надежной охраной. Часовые, патрули, системы сигнализации и тому подобная машинерия. Конечно, меня может поразить снайпер, мою машину могут подорвать. Но это уже издержки профессии. С этим ничего не поделаешь.
Майкл помедлил и протянул Фрэнку пачку «Кэмэла».
– Курите. А что касается гражданских… Скорее всего вы будете жить в так называемой «Зеленой зоне». Там расположены многие иракские административные учреждения, живет основная масса иностранцев. Для охраны этой зоны задействована целая бригада. У вашей виллы будут свои собственные охранники. Либо наши соотечественники из охранных фирм, как у Бремера, если вы или ваша контора готовы хорошо платить, либо местные. У вас, скорее всего, будут два офиса: один где-нибудь в торговой части города – там вы сможете работать в спокойное время, а другой – в «Зеленой зоне» – для работы, когда в городе будут волнения или еще что-нибудь в этом духе. Говоря военным языком, два командных пункта: основной и запасной.