Жрец Лейлы
Шрифт:
Винир молча кивнул, и сапфировые глаза посмотрели на Станислава. И в них не было ни ожидания, ни вопроса, ни требования — это был просто взгляд.
— Я, конечно, уже стар для таких эскапад, — вздохнул Станислав, — но что не сделаешь ради Лейлы.
Тихий двойной смешок братьев — и жрец с тихим ужасом вспомнил, что теперь юный маг видел и пережил все то, что и Верховный жрец Лейлы, а значит… Он взглянул в черные блестящие глаза молодого мага, и тот кивнул, улыбаясь. Теперь он знает о Лейле, наверное, больше самого Станислава, ведь он ее видел.
— Что ж,
Сиган смотрел на луну, которая сияла над пустыней, освещая темный силуэт стен цитадели Белой Ложи. Жрец Лейлы надеялся, что у Лилиана все получится в такую красивую ночь. Пусть здесь нет моря и не слышно плеска волн, но шуршание песка, передвигаемого невидимым ветром, столь же умиротворяюще, как звуки прибоя.
— Ты улыбаешься, — раздался тихий голос Кэртиса за спиной.
Пират не обернулся, он уже привык к тому, что оборотень способен бесшумно подойти к нему.
— Да, хорошая ночь.
— Если через двадцать минут не будет никакого сигнала или известия от Лиани, я брошу войска в атаку.
— Тебе все равно придется бросить хотя бы часть из них в атаку, — возразил Сиган. — Мы обещали магам начать в полночь.
Оборотень криво усмехнулся:
— Но до полуночи еще час.
— А-а-а, — задумчиво протянул Сиган.
— О чем ты задумался, если даже забыл о времени?
— О драконах.
Кэртис с интересом взглянул на пирата.
— Ли говорил о твоей страсти к этим мифическим созданиям, а также о твоем проекте в морях. Что заставило тебя вспомнить о них именно сейчас?
— Ты знаешь, пушистый друг, — разноцветные глаза мечтательно прищурились, — я не обо всем сказал Ли из того, что поведала мне Лейла. Потому что вторая часть ее приказа касалась именно меня.
— И?
— Там за стенами есть человек, чья душа подходит, чтобы возродить дракона.
— Правда ли это, служитель ночной богини? — Потрясенный голос Тинара последовал за тихим удивленным вздохом за их спинами.
— Абсолютная, — кивнул жрец. Он повернулся ко вновь подошедшим пустынникам и Когору, их сопровождающему. — Но это еще не все. Богиня сказала, что в одном из оазисов пустыни осталась старая кладка драконьих яиц. Они стали мертвыми камнями, в глубине которых осталась жизнь.
— Это судьба, — тихо прошептал Суил, стоявший рядом со своим господином. Пират усмехнулся, взглянув на него:
— О да, драконий служитель. Ты знаешь, где эта кладка. Ей поклонялось не одно поколение твоего народа.
Пустынник вздрогнул, глядя в колдовские глаза жреца, а тот продолжал:
— Я могу подарить душу и жизнь одному из тех яиц, что вы бережете как святыню. В этом мне поможет сила Лейлы.
Суил медленно опустился на колени в остывающий после дневной жары песок.
— Если ты это сделаешь, священнослужитель богини ночи, мой народ будет почитать тебя как одного из своих легендарных воинов, которых драконы удостаивали чести сделать своими всадниками.
Сиган вновь взглянул на темнеющие
в свете луны стены крепости:— Сделаю, воин. В морях уже изгибают свои тела прекрасные морские драконы. Я хочу увидеть, как крылья их летающих собратьев распахиваются вот в такие ясные пустынные ночи.
— Хотел бы я знать, кого вы имеете в виду, лорд Сиган, — вмешался в их беседу незнакомый голос. И все присутствующие мгновенно приготовились к отражению атаки. Худой юноша смотрел на них, насмешливо прищурив черные глаза. Кэртис тихо выругался сквозь зубы, заметив вплетения сапфировых нитей в ауру этого незнакомца. Такое узнаваемое передергивание плечами. Словно перед ними стоял сам Лилиан, но в чужом теле.
— Как не стыдно, — укоризненно продолжил юноша. — У меня очень важная информация, лорд Кэртис, ведь я принес вам весточку от Ли.
— Ты Мейдок, — утвердительно ткнул в него пальцем Сиган, — его брат.
— Тогда понятно, почему Лиани позволил… — вздохнул с облегчением темный.
Мейдок понимающе кивнул:
— Да, «Раскрытие души»… Так было нужно.
— Ты такой же сумасшедший, как и он, — ответил оборотень.
И улыбка стала молчаливой реакцией на его слова, словно это был комплимент. Хотя для Лилиана «сумасшедший» всегда было сродни комплименту.
— Наш план? — деловито поинтересовался главнокомандующий Черной Ложи.
— Лорд Лилиан? — раздался голос за спиной.
Я повернулся к Станиславу, вопросительно изогнув бровь. Мой предшественник. Какое странное чувство возникает, когда смотришь на него. У него силы и могущества не меньше, чем у меня, зато опыта — намного больше. Словно я снова стою перед Растином, только дружелюбным, своим, — очень странные ощущения.
— Вы уверены в своих силах и союзниках? Ведь сейчас вы находитесь в той же ловушке, что и мы, и без Мейдока нам всем отсюда не выйти. Я понимаю, что «Раскрытие души» полностью позволило вам довериться вашему брату, однако он может и не успеть выполнить свой план.
Я пожал плечами. Все это правильно. Но как нам обойтись без риска? И я, и Мейдок действуем теми методами, которые находим более эффективными. Однако этому человеку нужны более точно сформулированные ответы.
— Я думаю, все должно выйти, как мы задумали, если только Мейдока не перехватил кто-нибудь. Но его персоной интересуется только Белил, а он с Советом магов решает, как им быть — улыбнулся я. — И потом, мы не безоружны. Думаю, не так уж легко расправиться с четырьмя жрецами Лейлы, находящимися здесь.
— Не безоружны? — Жрец, которого звали Корал, поднял на меня заинтересованный взгляд!
Я снова улыбнулся и протянул руку, призывая Синее Пламя.
— О, — тихо выдохнул Станислав, — теперь он принадлежит тебе…
Я кивнул и провел ладонью над сияющим лезвием меча.
— Он наполнен чистой силой нашей богини, а этой энергии никакие преграды не помеха. Сейчас он как проводник.
И все трое медленно кивнули. Они видели и чувствовали: меч готов послужить проводником божественной силы в том числе и для них.