Чтение онлайн

Энтузиазм Светомира немного поутих. Зато он прибавился у Маржаны.

– Дай и мне, - протянула она руку.

Пример оказался заразительным. Бутыль пошла по кругу, и вскоре все четверо сидели кружком у костра, любуясь на бесконечный танец языков пламени, трепещущего на ветру, словно стяг неведомой армии, и наводящего на мысли о неведомых землях и героических подвигах. О том чтобы тронуться в путь, не могло быть и речи: лошади, которым были глубоко безразличны переживания их седоков, спали праведным сном. Да и опасно ехать ночью верхом по незнакомому лесу: можно переломать ноги коню, свернуть шею самому себе или пополнить своей персоной меню окрестной нежити. Не говоря уж об обычных волках, которых в каждом приличном долинском лесу пруд пруди.

Сначала Маржана старательно дулась, всем своим

видом показывая, как глубоко ее оскорбил безнравственный поступок Светомира. Но вскоре выяснилось, что сидеть в ночном лесу бок о бок у костра и злиться друг на друга - занятие бесперспективное. Спустя десять минут Маржана уже куда благосклонней взирала на пылкого рыцаря (правда, при этом она не забывала время от времени предостерегающе хмуриться, дабы избежать повторения досадного происшествия). А после того, как доблестный воин искренне раскаялся в содеянном и принес свои извинения "прекрасной нимфе", дело и вовсе пошло на лад.

Чем заняться четверым путникам бессонной ночью у костра? Правильно, рассказывать друг другу леденящие кровь истории: замогильным голосом, с завываниями и устрашающими (особенно в неверном свете костра) гримасами - всё как полагается. Но, увы, ночь оказалась невыносимо длинной. И когда спутники исчерпали весь запас историй о Черных Скелетах, Болотных Призраках и Армии Безголовых Всадников, они перешли на рассказы о собственной жизни. Маржана вкратце повторила свою историю - исключительно для Светомира. Вотию рассказывать было покуда нечего.

– Свет, а почему ты сейчас не в войске?
– спросил вдруг маг, прерывая наступившую было паузу.

Рыцарь на миг задумался. И нехотя признался:

– Выгнали.

– За что?!
– в один голос вскричали трое слушателей. Даже Кисс заинтересованно приоткрыл один глаз - рассудив, что охранять сон людей больше нет смысла, кот уютно устроился в нагретой Дариленом постели и задремал.

– За дебош, - с самым невинным видом ответствовал рыцарь.
– Поспорил я как-то с одним типом из своей сотни о том, что есть рыцарская честь. Так и эдак ему объяснял - не понимает. Ну и мне не оставалось ничего иного, кроме как втолковать ему, что к чему, более доходчивыми средствами, - рыцарь смущенно кашлянул.
– А там и дружки его подтянулись… Да… После той стычки многие перьев недосчитались… - мечтательно протянул Светомир.
– В смысле - зубов, - торопливо поправился он.
– А там и начальство на шум заявилось. И сразу - я крайний! Устроил, мол, потасовку, заявился в казарму в нетрезвом виде!.. Ну выпил немного перед тем в трактире - с кем не бывает? На своих двоих ведь пришел, не под руки привели!

Все сочувственно покивали головами и поддержали несправедливо обвиненного рыцаря. Помолчали еще немного.

– Дар, - протянул Светомир, - А почему ты стал колдуном? Только откровенность за откровенность! Ты один еще ничего не рассказал о своем прошлом.

Маг помолчал, глядя в пламя костра, как будто прикидывая, стоит ли доверять спутникам свою историю. Но в конце концов царящая у костра атмосфера сделала свое дело - желание выговориться пересилило обычную колдовскую скрытность, и он заговорил:

– Ты вчера спросил, где я научился так владеть мечом?
– Светомир согласно кивнул.
– Моим учителем был мой отец. Он был сотником в королевской дружине. До восьми лет отец учил меня боевым приемам. Это не было игрой. Он знал, что мне не раз придется защищаться. Благословенные были времена… - взгляд колдуна потеплел, стал мечтательным, как бывает у человека, вспоминающего о счастливых днях, безвозвратно ушедших в прошлое.
– Они дали мне воспоминания о семье: об отце, о матери, сестрах… У меня были две сестры - Р ила и Д айки. В день моего восьмилетия Риле было четыре года, а Дайки - три. Говорят, старшие дети не любят возиться с малышней. Но я охотно брал сестер с собой на прогулку. С раннего детства отец приучил меня к мысли, что настоящий мужчина прежде всего - защитник. Я защищал сестренок от окрестных хулиганов и чувствовал себя невероятно сильным и взрослым… - маг ностальгически улыбнулся, но почти сразу вслед за тем помрачнел и нахмурился: - Лишь один раз я не смог их защитить. Самый последний… Однажды, вот

в такую же тихую летнюю ночь в наш дом ворвались вооруженные люди. Их было много… Целая толпа - пьяные, шумные… И полные ненависти. Они хотели одного - убивать. Мы еще не знали, что отец к тому времени был уже мертв. В ту ночь он нес службу. Там его и убили - на посту. Свои же солдаты. Он был сильным и опытным воином - но что значит один воин против сотни озверевших тварей?.. Его убийцам не хватило крови, и они пошли к нам - уничтожать семью своего врага. Моя мать не узнала о смерти мужа - разве что у Престола Богов, встретившись с ним… После той ночи я несколько лет учился не бояться огня - они подожгли наш дом. Огонь, который был повсюду, оскаленные лица незнакомых людей и кровь… кровь матери и сестер на их руках - вот и всё, что я помню о ночи, которую до сих пор вижу в кошмарах. Это мое последнее воспоминание о счастливой и дружной семье.

У костра воцарилось молчание. Слушатели были потрясены. Маржана невольно вспомнила пожар, в котором погибли ее собственные родители и из которого в последний миг вынесли ее: ничего не соображающую, обезумевшую от страха, но крепко, изо всех сил прижимающую к себе младшего братишку, которому к тому времени едва сравнялось три месяца. Позже дядя рассказывал ей, что она еще долго не разжимала рук, боясь оставить брата хоть на минуту: слишком велик был страх потерять единственное дорогое ей существо, оставшееся после гибели родителей. Тем острее она сопереживала в этот миг Дарилену.

– Но… почему?
– потрясенно выдохнул Светомир.
– Как могли солдаты убить своего командира? За что?!

– По праву рождения, - мрачно проронил маг.
– Видишь ли, он показался им недостойным дара жизни. Потому что мой отец… Он был вампиром.

Слово ухнуло в тишину, как камень в пропасть. Дарилен знал, о чем сейчас думают его спутники. Догадывался. О том, что вампиры - мерзкие, злобные, кровожадные твари, пьющие кровь невинных людей и живущие лишь по недоразумению, по недосмотру богов. Уже не одно поколение людей считало своим священным долгом исправить эту ошибку Верховных. Те, что отправились среди ночи убивать беззащитных детей и их мать, - они тоже шли исправлять ошибки. В ту ночь по всей столице полыхали костры - люди, раздосадованные вынужденным перемирием с Киварной, еще много лет после окончания Кровавой Сечи не могли успокоиться, вымещая свою злость на иных расах - сослуживцах и соседях, тех, с кем много лет прожили в бок о бок. Каждый раз они находили себе новых жертв: эльфы, гномы, оборотни… Настал черед и вампиров. Их убивали с особым усердием. Люди называли этот кровавый кошмар Ночью Очищения от скверны.

Тому, кто не желает слушать, невозможно объяснить, что вампиры - не нечисть, не исчадие ада, каковыми считали их многие. Вампиры - такая же раса, как люди, эльфы или гномы. Они так же живут, работают, встречают любимых, заводят семьи… И едят обычную пищу, а вовсе не кровь невинных жертв. Ну разве что непрожаренные отбивные с кровью в их случае - не гастрономическое пристрастие, а, порой, жизненная необходимость. Эта и другие особенности - мелочи, стоившие жизни сотням и тысячам обычных семей, похожих на семью Дарилена…

Маг не собирался объяснять все это своим спутникам - к чему оправдываться? Да и надоело за годы жизни. Если они захотят уйти - он не задержит ни одного, даже Вотия. Это будет его право. Учитель должен был рассказать ученику о себе и своем происхождении много раньше.

Дарилен поднял голову, обвел взглядом притихшую компанию. И горько усмехнулся:

– Что, страшно? Компания вампира в ночном лесу - не самое веселое приключение, да?
– и колдун снова усмехнулся, как ему показалось - плотоядно.

Но, странное дело, эта усмешка произвела на его слушателей эффект, прямо противоположный ожидаемому. Тишина взорвалась градом вопросов: они посыпались на Дарилена, как горох из дырявого мешка.

– А где твои клыки и когти?
– деловито осведомился Светомир.

– А почему вы не спите в гробу?
– подхватил Вотий.

– А правда, что вампиры умеют летать?
– не отставала Маржана.

Дарилен растерянно моргнул. Он ожидал от своих спутников чего угодно: страха, разочарования в нем, даже злости. Но не искреннего любопытства и расспросов о вампирьей физиологии!