Чтение онлайн

– Кто это у вас под плащом?
– вяло поинтересовался один из стражей.

– Сестра моя хворая, к лекарю везу, - с самым невинным видом ответствовал Дарилен. В подтверждение его слов из-под плаща раздался натужный кашель.

– Чума, что ли?
– подозрительно осведомился второй стражник.

– Язва. Да вы не бойтесь, не заразная она. Колдун ее сельский проклял.

– А-а-а, - глубокомысленно протянул страж, не давая себе труда подумать, с чего бы это страдающей язвами кашлять. Получив плату за проезд, он потерял всякий интерес ко въезжающим - мало ли проклятых по свету скитается?

Примерно тот же разговор произошел и с владельцем постоялого двора, где путники решили заночевать и заодно - решить, что делать

с неожиданной спутницей.

В стенах корчмы Маржана взяла на себя заботу о графине - природная сострадательность одержала верх над прочими чувствами. Не слушая ничьих возражений, Маржана первый делом загнала "высокопоставленную особу" в ванную, строго-настрого запретив туда входить всем, а особенно - Светомиру, и принялась отскабливать грязь с новой знакомой.

Ждать девушек парням пришлось довольно долго. Из-за дверей ванной то и дело доносились сдавленные причитания и гневные вскрики - те и другие принадлежали графине-замарашке. Сердобольная Маржана пыталась успокаивать своенравную "нимфу", но, увидев бесплодность своих попыток, плюнула на милосердие и взялась за дело молча.

И вот, наконец, свершилось - двери ванной распахнулись, явив миру результат Маржаниных усилий и графининых страданий.

Отмытая от грязи и засохшей крови и приодетая (Маржана пожертвовала девушке свой любимый сарафан с васильками - благо размер одежды у девушек был примерно одинаков) гордячка оказалась привлекательной девушкой лет двадцати. Правда ее несколько портили многочисленные ссадины, синяки и царапины, пестревшие на ее лице и теле всеми цветами спектра. Некоторые внушающие опасение ссадины Маржана смазала настойкой "от всяческой заразы", как значилось на обрывке примотанной к пузырьку тряпицы. Настойка была хороша, но на коже оставляла изумительной насыщенности зеленые пятна, отчего сходство Ромиайны с палитрой живописца лишь усилилось.

Пожалуй, самым примечательным во внешности Ромиайны были глаза: зеленые, почти изумрудные, они горели на ее смуглом лице, словно два драгоценных камня. В остальном же внешность ее была самой обыкновенной: русые волосы, достающие до лопаток, рост чуть выше среднего, обычная фигура - правда порядком исхудавшая от долгого недоедания. То, что девушка долго не ела, было видно и по ее поведению за столом - манеры манерами, но хватать куски обеими руками и усиленно жевать набитым ртом странная графиня нимало не стеснялась. Светомир осуждающе качал головой, но не вмешивался. "Смерд" произвел на него слишком сильное впечатление, чтобы он рискнул повторить опыт общения с сей высокородной дамой.

Когда Айна, как сократил ее неудобопроизносимое имя Светомир, наконец утолила голод и откинулась на спинку стула, Дарилен решился повторить свой вопрос:

– Может быть, теперь ваше сиятельство ответит, как вы оказались одна в лесу, да еще в таком неподобающем знатной особе виде?

– Ты же колдун. Догадайся!
– невежливо фыркнула графская дочь.
– Или твоя стекляшка может видеть только настоящее?

На столе перед ними лежала большая хрустальная сфера - Око богов, как называли ее маги. Перед трапезой Дарилен объявил, что если ее сиятельство графиня де ла Набирэй желает увидеть своих родных, то Око богов им в этом поможет. Увидеть родню графиня желала, но не раньше, чем она, Ромиайна, отобедает. На самом деле Дар немного лукавил: он хотел выяснить, та ли их нежданная спутница, за кого себя выдает. С помощью Ока сделать это было проще простого: для того, чтобы оно показало чью-либо семью, по крайней мере одному из участников процедуры надобно в этой семье вырасти и получить воспитание. Если Айна самозванка, хрустальный шар покажет ее истинную семью и обман раскроется.

– Ладно, - Дар на мгновение нахмурился чему-то, но его лицо тут же прояснилось.
– Мы можем увидеть и то, что с тобой случилось. Но для этого нужно твое согласие.

– Считай, что оно

у тебя уже есть, - пожала плечами Айна. Она не очень-то верила в россказни о хрустальных шарах, поэтому согласилась даже с некоторым злорадством - ей хотелось посмотреть, как колдун будет оправдываться перед своими спутниками, когда у него ничего не получится.

– Дай мне руку, - голос колдуна звучал мягко и завораживающе. Он сжал ладонь Айны в своих руках.
– Закрой глаза, - девушка подчинилась, будто находясь под гипнозом.
– А теперь вспомни, что с тобой произошло в тот день. Сосредоточься на причине произошедшего. Ты видишь эти события?

– Да, - изменившимся голосом отвечала девушка.

И в тот же миг Око богов будто подернулось дымкой, которая рассеялась через несколько секунд, оставив внутри хрустальной сферы картинку - маленькую, но неожиданно четкую. На ней можно было без труда разглядеть лица людей, а при желании, если как следует вглядеться, - даже стежки нитей на их одежде.

Светомир, Маржана и Вотий прильнули к шару. Лишь Дару не было нужды вглядываться в него - он видел то же, что и Айна, внутренним взором, более того - чувствовал то же, что и она в тот день, испытывал те же эмоции. На какой-то миг он стал ею, полностью растворившись в ее воспоминаниях.

Айна

…Экипаж, в котором дочь графа Иджи де ла Набирэй совершала поездку по Лазоревой Долине, застрял на узкой горной дороге. Я была в ярости - теперь придется просидеть в этой всеми богами забытой дыре еще демоны знают сколько времени! Зачем я вообще согласилась на эту поездку?! Посмотреть на любимую тетушку можно было и в столице, эта карга все равно ни одного мало-мальски значимого светского мероприятия не пропускает, даром что живет у черта на куличках…

– Госпожа желает прогуляться?
– раздался вкрадчивый голос у самого уха, едва я вышла из экипажа.
– Здесь может быть опасно. Вам не следует уходить далеко…

Да как он смеет, этот низкородный выскочка, приказывать Ромиайне де ла Набирэй?! Он всего лишь начальник моей охраны!

Вспышку почти детской обиды удалось спрятать за холодной фразой, на уровне рефлексов сорвавшейся с губ:

– Мне это известно, ш аммир [14] Иол арий.

– Я не сомневаюсь в вашем благоразумии, госпожа, - согнулся в подобострастном поклоне охранник, отступая назад.

Жалкий трус! Только и делает, что пресмыкается передо мною и моим отцом! Разве это - занятие, достойное настоящего воина? Разве его место не в сражениях?

Впрочем, эти мысли привычно пронеслись в сознании и сгинули без следа. Я была занята другим. Я отчаянно рвалась домой, в стены родной Джайл ирии - милой сердцу столицы… А вынуждена была торчать на заваленной камнями горной дороге, ждать, пока охранники разберут завалы! Да еще в довершение ко всему это чувство смутной тревоги, неотступное ощущение чужого пристального взгляда, сверлящего спину… Есть от чего выйти из себя!

Ожидание продлилось весь день. Ночью охрана, верно, решившая, что госпожа изволит почивать, надралась до поросячьего визга - и эти люди говорили мне о возможной опасности?!
– и захрапела вповалку. Лежать в карете и слушать храп неотесанных мужланов было особенно невыносимо. Я и не собиралась этим заниматься. Когда раздражение достигло своего пика, я встала, потихоньку выскользнула из экипажа и бесшумно (туфли остались в карете), стараясь ни на кого не наступить, пошла по дороге - назад, в сторону оставленной мною Долины.