Забытыми тропами
Шрифт:
Последним пунктом в бланке значилось требование произнести истинное название Подземного царства.
– Правила ужесточили, - пояснил гном.
– Очень уж много стало людей туда-сюда через горы шляться.
– Чхотбандгр оффен-тамр-йерг, - не моргнув оттарабанил Дар.
Вотий лишь завистливо вздохнул. Ему сложные слова давались труднее, и не будь рядом учителя - не пройти бы ему через владения подземного народа.
Лицо гнома чуть потеплело. Видно было, что он не ожидал такого быстрого и четкого ответа. Но окончательно растопил сердце сурового стража переданный оружейником "гостинец". На каменной площадке у входа в подземелье уже виденная путниками сцена повторилась в обратном порядке: гном
– Дедуля… - растроганно прошептал он.
Дедуля?! Дар озадаченно вгляделся в лицо привратника, заодно припоминая внешность старого оружейника. Да они выглядят почти ровесниками! Вот и гадай теперь: то ли дед хорошо сохранился, то ли внук состарился рано…
Айна же, снедаемая любопытством, косилась на сверток с таким видом, будто всерьез намеревалась прожечь в толстой обертке дыру силой взгляда. Дрыц, да что там такое?! "Спокойно, Айна, - одернула девушка сама себя.
– Не пристало благородной девице ругаться, как… Как этот невоспитанный солдафон! Даже в мыслях! Какая разница, что там, в свертке? Зачем мне ломать над этим голову? Да я и не думаю об этом вовсе!" Ха, как бы не так! После этого внутреннего монолога любопытство графини только глубже вонзило в ее чувствительную душу свои коготки. Она уже открыла было рот, чтобы поинтересоваться у стражника, что же там, под бумагой, такого ценного, но вовремя вспомнила о правилах приличия и заодно - о предупреждении Дара не болтать о пустяках, и с сожалением промолчала.
– Я вас сам проведу, - вдоволь налюбовавшись свертком, решил гном.
– Так я смогу отблагодарить вас за доставленную мне радость! Кстати, можете звать меня Мримадкотак омдар или просто Мрим адко, - ("Нет, буду молчать", - в очередной раз с грустью решил Вотий) - Вы ведь торопитесь?
– Очень!
– с чувством ответил Дар.
– Я сразу понял, - кивнул гном.
– Самый короткий путь - через старую галерею. Правда… - гном на мгновение замялся, - правда там сейчас расположилась колония говорящих камней. Вообще-то посторонних туда не пускают, во избежание межгосударственного конфликта, но если вы пообещаете молчать и не отвечать им, то все обойдется.
Похоже, Дар единственный из всей компании понял, о чем идет речь.
– Мы будем молчать, как цветочные феи, - заверил он стражника.
– Цветочные феи смеются и распевают песни, - недовольно заметил гном.
– Это когда они голодны, - выкрутился Дар.
– А когда эти прелестные создания как следует отобедают цветочной пыльцой, от них звука не услышишь!
Страж недоверчиво покачал головой, но сказал:
– Ладно, поверю вам на слово. Идите за мной.
Он крикнул что-то вглубь подземелья на гномьем наречии, и из темноты тотчас вышел еще один гном в облачении стража. Мримадко сдал дежурство напарнику и, сняв со стены горящий факел ("Так вот для чего он горит даже днем!" - догадалась Маржана), бодро зашагал вперед. За ним шел Вотий, следом - Маржана, Айна и Светомир, а замыкал своеобразное шествие Дарилен. По пути маг рассказал спутникам все, что сам знал о загадочных камнях.
Поговаривали, что говорящими камнями становились души гномов, погибших далеко от родных гор. За достоверность утверждения никто не мог поручиться, однако в пользу этой версии говорило то, что о своих, о гномах, камни не говорили ничего дурного. Скорее обращались с ними, как с неразумными, но нежно любимыми младшими братьями. Зато сколько всего от них выслушали представители иных рас… Эти странные разумные, но выглядящие как обычные камни средних размеров, создания обладали на редкость скверным, ехидным и желчным характером ("Конечно, - ответил Дар Светомиру на его удивленный возглас, - а какой характер был бы у тебя, если б тебе была уготована такая участь?!"). Доподлинно было известно, что глаз
у говорящих камней нет и никогда не бывало. Но они, дрыц его знает как, наплевав на все законы природы, отлично видели всех проходящих мимо с завидной легкостью подмечали малейшие недостатки и не упускали случая тут же обсудить их во всеуслышание. А так как идеальное существо природа еще не создала (ни для кого не секрет, что при желании изъяны можно обнаружить даже у близких к совершенству эльфов), без работы языкастые булыжники не оставались.Еще было известно, что камни каким-то загадочным образом могли перемещаться с места на место - как правило, по ночам и всей колонией разом. И к очередному месту их "проживания" сейчас вплотную приблизились маг и его спутники…
– Шухер, братцы! Мримадко к нам гостей ведет!
– раздалось в полумраке подземелья. Голос был скрипучий, словно кто-то невидимый тер камни друг о друга. Эхо подхватило громкое, явно рассчитанное на публику замечание и многократно усилило его, отражая от каменных стен.
Странное дело, но голоса говорящих камней можно было отличить один от другого. В этом гости подземелья удостоверились, когда первому камню ответил его сосед:
– Тю! Да разве ж то гости? Смех да и только! Один мальчишка чего стоит: вихрастый конопатый, будто мухами обсиженный!
– Да и тощий он какой-то, недокормыш!
Вотий возмущено вспыхнул и дернулся было, но на его плечо легла маржанина ладонь и чуть сжала, успокаивая. Вотий перевел дух и с молчаливой благодарностью взглянул на сестру. Досталось и ей:
– А это что за деревенщина рядом с доходягой?
– Эй, девка, ты местом-то обозналась - тебе с такой внешностью только на рынке торговать! Да так, чтоб не видно было за товаром - а то, не ровен час, покупатели торговку обсчитают! Такую-то простушку грех не облапошить!
– А там и еще одна девица имеется!
– А эта с таким видом идет, ровно королевна по сортирам с дозором ходит!
– Ты гордыню-то прибереги, графиня непризнанная, твоих подданных тут нетути!
Вредные камни, сами того не подозревая, ударили Айну по самому больному. Она крепко зажмурилась, сжала побелевшие от ярости губы и мысленно сосчитала до десяти. Не помогло, но хоть жажда немедленного и максимально жестокого убиения кого-нибудь (за невозможностью упокоения каменных злыдней - все равно кого, лишь бы злобу выплеснуть) чуть поутихла.
– Ой, а этот блондинчик с кудрями - ну чисто девица на выданье! Глазками так и хлопает, так и хлопает! Чего стараешься, дурень? Среди нас баб нету!
– И мужей тоже! Хи-хи! Бесполые мы!
– Слышь, рыцарь, а фингал-то у тебя откуда? Девушка, что ль, строптивая попалась? Или муж у нее не в меру ревнивым оказался? Хе-хе!
Светомир попеременно то краснел, то бледнел, благо в полумраке подземелий никто кроме камней этого не замечал, но держался стойко и на уловки каменюк не поддавался.
– Братцы, глядите, а маг-то - вампир!
– Вампи-и-ир?! Где?!
– И мне, и мне покажите!..
– И впрямь! Упырек!
– Эй, вампирчик, ты-то чего здесь забыл? У нас кровушки отродясь не бывало!
Поименованный вампир, памятуя о предупреждении проводника, пререкаться с болтливыми каменюками не стал, но глянул на них столь хмурым многообещающим взглядом, что на секунду повисла настороженная тишина. Впрочем, стоило вампиру пройти пару шагов, как за его спиной раздалось:
– Ишь ты, он еще и зыркает!
– И нечего булькалами-то сверкать, пугаться мы не обучены!
– Глазеет он… Нас на испуг не возьмешь, кровопивец глазастый!..
Повезло только Киссу. Он весь подземный путь благополучно проспал в своем "экипаже", и камни его попросту не заметили. На счастье кота, видеть сквозь предметы даже эти глазастые булыжники не умели.
Наконец колония не в меру общительных камней осталась позади, и все, включая проводника, вздохнули с облегчением. Огляделись по сторонам - и вновь завздыхали. На этот раз от восхищения.