Чтение онлайн

— Сэр!

Он повернулся в мою сторону. Какой позор. Я запоздало вспомнил, что у меня с собой нет шляпы, чтобы, едва коснувшись её полей, изобразить приветствие. Я кивнул и подошёл к мужчине.

— Сэр, не смейте оскорблять честь девушки! Она этого не заслуживает.

— Что? Что ты сказал? — спросил он. Я говорил достаточно громко и изумился тому, что он меня не услышал.

— Во-первых, сэр, прошу обращаться ко мне на «вы». Во-вторых, я повторюсь, какое право вы имеете оскорблять девушку?

— Я что-то не понял, — он повернулся к Джесси. — Кто это?

Она не могла произнести ни слова и только со злостью смотрела на меня. Не довольна. Может, она ждёт, что я выгоню его?

— Ваше поведение неприемлемо, сэр. Извинитесь перед леди. Кем вы ей приходитесь?

Я кивнул на Джесси.

— Ты кто, клоун? Или её новый парень? — он посмотрел на девушку. — Джесс, скажи, что это не то, о чём я думаю.

— Это не то, о чём ты думаешь, — тихо, эхом повторила она.

Он стукнул кулаком по стене и быстрым шагом вышел из комнаты. Она хотела бежать за ним, но я схватил её за руку. Легонько, едва сжимая пальцы. Но она не поддалась вперёд, не вырвалась, а обернулась. По её лицу я не мог понять, какие чувства она испытывает. Здесь были и горечь, и злость, и едва заметная радость, мелькающая в ясных синих глазах.

— Не стоит, — сказал я. — Не бегите за ним. Он этого не достоин.

— Он мой агент, — выдохнула она.

— Кто, простите?

— Агент. Человек, который всегда возле писателя.

Я отпустил её руку.

Уже не впервой за этот день нарушаю правила приличия.

— Вы никуда не спешите? — спросила она.

— Никуда не спешу. Меня уволили.

Глава 12.

— Уволили? – она опустилась на стул. – Как? Отчего? Это не по сюжету.

— Я не живу по вашему сюжету.

Я сел напротив её на край стула.

— Вы пишете историю. Мою историю. Но сам я там не участвую. Я могу видеть происходящее, быть на месте вашего героя во сне, но сам совершаю те поступки, которые хочу.

— Моего героя? – она подняла голову и посмотрела на меня. В её голосе звучала усталость.

— Вашего. Я только вижу его. Последнее, что вы написали – как Уилл вытащил меня из подвала, верно?

Она удивлённо кивнула.

— Я видел это. Точнее мы с Уиллом. Мы попали в ту бурю, но снег… Он был какой-то ненастоящий.

— Мой критик говорил мне, что я описываю недостаточно красочно. Но я не думала, что это так влияет. Что ещё вы видели?

— Я слышал ваш голос, — я улыбнулся. – Вы зачитывали кому-нибудь книгу?

— Нет, только писала… — она перевела взгляд на белое окно. Оно было открыто, из него выглядывала темнота.

— Значит, когда вы пишете. Но только слова автора – у героев свои голоса.

Мы помолчали. Мне было непривычно разговаривать с девушкой, одетой необычно для моей эпохи да к тому же о таких вещах. На вечере я встретил нескольких дам, но их разговоры сводились к одному и тому же. Одна была слишком многословной, вторая закатывала глаза при каждом

моём слове и часто-часто моргала, третья неустанно падала в обморок, стоило мне коснуться при разговоре более-менее личных тем.

— Итан? – прервал тишину голос Джесси.

Она, казалось, совсем не смущалась, говорила спокойно, не прикрывая рот рукой и не строя глазки. Мне нравилось, когда она улыбалась. Изредка, уголками губ, но так искренне и так по-доброму. Я посмотрел на неё и кивнул, показывая, что я её слышу.

— Как вы попали сюда?

— Вас это насмешит, — улыбнулся я. – Через книжный шкаф.

Я в подробностях рассказал о таинственном шкафе на заводе. Джесси слушала, не перебивая, а я всё больше задумывался над тем, как мне вернуться обратно.

— Из-за этого вас уволили?

— Нет. Всё из-за того, что я ленюсь, — соврал я.

Она взяла тарелку со стола.

— По моей книге вы довольно усердный, благородн… — она осеклась. – Поможете мне?

— С радостью.

Мы больше часа возились с посудой, разговаривали, много смеялись. Она рассказала мне о многих изменениях за эти два века, а я рассказал, как живу, о Маркесе (хотя рассказывать о нём мне было почти нечего – через слово Джесси повторяла «Да-да, у него такой характер», «Он всегда так поступает», «Таким я его себе и представляла».)

Но время было уже позднее, да и мне задерживаться, смущая своим присутствием девушку, не хотелось.

— Что вы делали, когда я появился?

— Ничего. Тетрадь лежала на столе, она сама раскрылась, а потом…

— Итак, книга лежала на столе, — я взял тетрадь, на которую указала Джесси, положил её на стол и раскрыл. – Она была открыта.

— Может, мне начать писать? – догадалась она. Я закивал.

Она села за стол и, немного подумав, принялась писать. Я подошёл сзади и посмотрел через её плечо.

Аккуратные буквы стали возникать на бумаге. Они появлялись одна за другой, как по волшебству, из мелких закорючек и во время всего процесса написания превращались в слова. Джесси писала удивительным синим пером. Судя по всему, чернила у пера были нескончаемыми – я не заметил ни чернильницы возле руки девушки, ни запасной бумажки, чтобы оттереть кляксы. Она выводила осторожно, точно боясь прикасаться к листу; её рука немного дрожала. Я с огромным интересом наблюдал как белый листок зазернился буквами – настолько аккуратными, поставленными на своё место, что даже в написанном виде казался чистым. Она провела рукой возле последней буквы последнего слова, и я заметил, как возле её пальцев на странице что-то позолотилось. В тот же миг белая поверхность приобрела яркий, светло-жёлтый цвет и заискрилась. Я непроизвольно взглянул на свои руки – она также желтели, и меня окутало неприятное чувство – я словно рассыпался, распадался на мелкие кусочки. Но они ведь останутся на страницах..