Чтение онлайн

— Ладно. Но ты всё еще моя пара на бал, верно? — спрашиваю я, подходя ближе. Девушка напрягается, когда я приподнимаю ее подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза.

Улыбаюсь и наклоняюсь, чтобы легко поцеловать ее в губы.

Даже в лунном свете видно, как она заливается румянцем.

— Ага, — звонко отзывается Мередит, забавно прищелкивая губами на последней букве, и я усмехаюсь, слыша смущение в ее голосе.

— Спокойной ночи, Кейн, — вздыхает она, выскальзывая из спальни и закрывая за собой дверь.

Очередная

ночь, полная тревоги, сожалений и неопределенности. Слова, брошенные мной без капли жалости, вызывают тошноту. Мой предел исчерпан. Я окончательно сломалась от бесконечных травм и переживаний. Я люблю Дэнни, но его работа — это образ жизни, на который мне придется подписаться, и… вот эта часть мне совсем не нравится.

С одной стороны я чувствую облегчение, но почему тогда внутри всё разрушено?

Дэнни так и не объявился. Уже пару дней тянутся долгие, одинокие ночи на телефоне с Эмилией и Мередит. Звоню им каждый раз, когда возникает соблазн его найти. Они не дают мне побежать обратно к Дэнни, когда я так отчаянно в нем нуждаюсь. Жажду его запаха, его объятий… всего его целиком.

От этого так больно.

Поэтому я звоню подругам.

Мередит без ума от Кейна. Каждый раз, когда мы созваниваемся, она без умолку трещит о том, как он хорош в постели и как сильно ей не хочется, чтобы их интрижка заканчивалась.

Даже не знаю, что на это сказать. Ведь за день до начала их отношений он признался мне в любви. Часть меня радуется за подругу. Но другая, совсем маленькая часть, чувствует странную неловкость, и я никак не могу понять, откуда она взялась. Между мной и Кейном всегда существовала чёткая граница. Но в тот вечер, после нашего футбольного матча, она вдруг перестала быть такой ясной. Я люблю Дэнни. Но Кейн… в нем собрано всё самое хорошее. А Дэнни… он тот, о ком я не могу перестать думать.

И вот я здесь. Очередная ночь вредной еды, вина, мороженого и запойного просмотра ужастиков, пока не усну в слезах, потому что не могу заставить себя взять телефон и позвонить ему. Хочется поклясться себе больше никогда не встречаться с бойцом.

Завтра военный бал. Мысль о том, чтобы протанцевать всю ночь напролет с моим двухметровым мужчиной, всплывает в голове, словно фантазия, которой не суждено сбыться. Как-то Дэнни обмолвился, что не танцует, но почему-то мне кажется: попроси я его провести со мной весь вечер на танцполе, он бы не отказал.

Кутаюсь в бархатное одеяло и смотрю «Крик». Фильм только начался, но я пересматриваю его уже в тысячный раз. Делаю еще один глоток прямо из бутылки, чтобы подавить порыв написать Дэнни. Я уже готова попросить его приехать, как вдруг слышу три громких стука в дверь.

Звонок домашнего телефона Дрю Бэрримор на экране и стук в мою дверь заставляют подпрыгнуть от страха. Бросаю взгляд на выход, затем снова на телевизор. От нервного напряжения крепко сжимаю бутылку, едва не проливая вино себе на колени, и вслух ругаюсь.

Смотрю на время в телефоне: дело близится к полуночи,

а кто-то стоит у меня на пороге.

Это должен быть… Дэнни.

Сердце замирает, а пульс учащается от надежды.

Быстро поправляю волосы, заправляя пряди за уши. Стираю со щек высохшие слезы. Даже не ставлю фильм на паузу, сбрасываю одеяло и встаю с дивана.

Но стоит сделать шаг, как меня ведет в сторону.

Воу.

Кажется, я немного пьяна. Приговорила две бутылки вина и принялась за третью. Мир плывет, и я понятия не имею, как буду открывать дверь, не заплетаясь языком перед бывшим. И всё же надо попытаться.

Бреду к выходу, готовая распахнуть дверь.

Ты справишься. Ты сможешь посмотреть ему в глаза.

Поворачиваю замок, предвкушая встречу со светлыми глазами цвета океана. Но за открытой дверью меня встречают пронзительные темно-голубые на сияющем лице.

Кейн.

Он стоит на пороге с медленно заживающим синяком под глазом. Прячет руки в карманы и ежится от холода. В замешательстве выглядываю из-за его спины, выискивая кого-то еще. Хмурюсь, и плечи опускаются, когда накатывает реальность: Дэнни по-прежнему не желает иметь со мной ничего общего после тех ужасных слов, что я ему наговорила.

— О, Кейн? Что? Что ты здесь делаешь? — заплетающимся языком бормочу я, крепче вцепляясь в дверь.

Деревья вокруг дома раскачиваются за его спиной. Надвигается похолодание, и температура уже опустилась почти до нуля.

Он пожимает плечами и ухмыляется. Окидывает меня взглядом с ног до головы и, покусывая костяшки пальцев, сдерживает смех. На мне рождественская пижама-кигуруми с оленьими рогами на капюшоне.

— Заехал повидать любимую медсестру… или, лучше сказать, любимого оленя?

Защищаясь, скрещиваю руки на груди. Отчасти именно из-за него я оказалась в этой ситуации с Дэнни, и не уверена, что впускать его сейчас хорошая идея. Так границы, которые и без того начали размываться, станут ещё менее чёткими. И ещё более соблазнительными.

— Мистер Слотер, в полночь? — В моем голосе сквозит разочарование.

Он снова пожимает плечами.

— Можно войти? Тут холодно. — Кейн кивает в сторону леса.

Прикусываю губу и смотрю на телевизор в гостиной, на заваленный диван, миску из-под попкорна и царящий в доме беспорядок. Обычно я убираюсь с почти маниакальной тщательностью, и стоит хоть одной вещи оказаться не на своём месте, начинаю сходить с ума, но в последнее время уборка была последним, о чём хотелось думать.

— Конечно… но у меня бардак, — сдаюсь я и отхожу, отмахнувшись через плечо. — Как и в моей жизни.

Толкаю дверь пошире, прежде чем поплестись обратно в гостиную.

Падаю на диван, снова кутаясь в плед. Кейн тихо закрывает за собой дверь и идет следом. Садится на другой край. Вдыхаю его терпкий одеколон, когда поток воздуха доносит до меня запах; нас разделяет всего одна диванная подушка.

— Никакой у тебя не бардак, не говори так. Вот в моей жизни действительно бардак.

Я фыркаю, делая еще один глоток вина.

— И что же такого ужасного в твоей?

Проглатываю сладкое красное вино и сверлю его сердитым взглядом.