Чтение онлайн

– Это все та тварь во льдах...
– попытался улыбнуться он.
– Щупальца Темнобога мне в задницу - это все она виновата.

– Вот и ладно. Идем.

Ледоход умер не сразу. Он долго агонизировал, прежде чем на корабле утихло последнее сердце. Мы блуждали по темным коридорам, в которых вымерз даже воздух, и видели следы того, как жила здесь команда, после того как двигатели "Сына героев" остановились. Тесные каморки, рассеченные дополнительными переборками, чтобы хоть так сохранить остатки тепла. Темные следы от одеял, которые висели на стенах до того момента как их сорвали и сожгли в самодельном очаге. На борту шаппа моряки сожгли

все, что могло гореть. В одной из клетей мы обнаружили целую гору раскуроченных шаманских фонарей. Моряки пытались добыть из них хотя бы каплю энги для печи. На камбузе грудой были свалены дальнобои, без единого патрона поблизости. А на кубрике мы нашли мертвеца, соорудившего себе плотную коробку из поломанных переборок. Узкую, в которой можно лежать скорчившись и подтянув колени к груди. Вокруг укрытого несколькими одеялами трупа было множество свечных огарков, последняя попытка согреться.

– Почему они не пытались уйти по льду?
– задал волнующий всех вопрос Шон.

Я вспомнил о тенях в метели.

– До ближайшего порта сотня другая миль, - проговорил Грэг.
– У них не было ни единого шанса. Тем более что путевиков поблизости нет. Собственно, они знали на что шли, когда выбрали суть Пустыни.

Пираты закивали, одобряя слова товарища. Все кроме Шона и Пата.

– Но теперь то, что не нужно им - принадлежит нам. Добыча есть добыча, и я рад, что она досталась нам без драки, - хмыкнул Грэг.

На третью палубу мы не пошли. Когда выбрались к трапам, то в прорезанную в борту дыру протиснулись двое абордажников и сам Гром. Капитан вошел, втянул носом затхлый воздух мертвого корабля и, увидев Яки, сразу спросил:

– Склады проверили?

– На первой палубе заклинило штурвал, надо резать. На первой еще не были.

– Понял. Эй, там, резаки на борт, есть работа.

– Тут в кают-компании есть нечто странное.

– Знаю. Балиар сейчас будет, - оборвал Яки капитан. Он сорвал с лица шарф, осмотрел нас и ткнул пальцем в Шона, - ты, осмотри нижнюю палубу. Проверь там склад.

Моряк побледнел:

– Один?!

– А чего ты боишься, гребанная шаркунья поросль? Призраков?

Абордажники заулыбались, с насмешкой глядя на моряков.

– Та тварь...
– попытался сказать Шон, но Дувал резко его прервал.

– Та тварь находится за бортом, а не на борту.
– Он окинул нас взглядом.
– Возвращайтесь на "Звездочку". Пусть спускают лайар и готовят шлюз. Клянусь требухой всех ледовых демонов мира - тут должно быть чем поживиться!

После темноты корабля яркий свет Пустыни заставил меня зажмуриться. Машинально хлопнув себя по груди, чтобы проверить компас, я выпрыгнул из зияющей дыры на лед.

– Что у тебя там?
– гаркнул мне в ухо Волк. Он, вооруженный дальнобоем, стоял рядом со мною и указывал на мою руку.

– Чего тебе от него надо?
– поинтересовался вылезший вслед за мною Яки.

– Показывай, ворюга. Стащил что-то с корабля?

Я крепко стиснул зубы от злости и страха.

– Показывай, я сказал, - Волк одним движением закинул дальнобой на плечо и грубо притянул меня к себе. Рядом тут же объявился Сиплый, многозначительным взглядом остановивший Яки. Тот, собравшийся было разразиться гневной тирадой, осекся.

Нашарив компас, Волк рванул на мне парку, отчего та с треском разошлась.

– Ты чего делаешь?
– не выдержал Яки.
– Вконец оледенел?!

Я вцепился в руку абордажника, едва чувствуя ее сквозь плотную одежду, но соревноваться силой с офицером штурмовиков было нелепой затеей.

Волк с силой оттолкнул меня прочь, и уставился на компас.

– Ну так и есть, стащил!

– Я заявляю, что юнга находился всегда у меня на виду, и ничего стащить не мог!
– рявкнул взбешенный Яки.

– Это мое! Отдай, - процедил я. Абордажник с насмешкой посмотрел на меня, подбрасывая в руке компас.

– Отдай, - в перепалке появился новый участник. Вездесущий Мертвец появился за спиной Волка, и тот даже вздрогнул от того как неожиданно возник первый помощник.

– С какой стати...
– повернулся к нему штурмовик.

– Старший матрос сказал, что юнга ничего на борту не брал, - равнодушно отметил нежданный спаситель. Взгляд его скользил по заметно увеличившемуся оцеплению.

– Мало ли что он сказал.

– Воровство или насильное овладение чужим имуществом карается отсечением левой руки. При отсутствии левой - отсекается правая, - флегматично заметил Мертвец. Сиплый крякнул разочарованно и отвернулся от нас.

Волк разжал кисть, и компас грохнулся на лед. Молча разъяренный штурмовик отошел в сторону, а первый помощник, переступив через брошенный артефакт, двинулся вдоль борта дальше, будто ничего и не произошло.

Я схватил компас и сунул его за пазуху, чувствуя, как мороз проникает в прореху парки. Неподалеку от нас, в оцеплении, стоял Торос и смотрел на меня. Я не разглядел его глаз, но чувствовал, как жжется взгляд Неприкасаемого. Он наверняка видел, как штурмовик тряс меня словно нашкодившего зверька.

– Пошли, Эд, околеешь, - буркнул мне Яки, буравя взглядом Волка.

Меня душила злость, обида и невероятное чувство благодарности к справедливому Мертвецу. Проклятье, пока что мне везло. Но вряд ли это будет продолжаться вечно.

От "Звездочки" к "Сыну героев" протянулась цепь вооруженных штурмовиков. Все собранные, внимательные. Труп одного из абордажников был прямым доказательством тому, что расслабляться нельзя.

– Все-таки врагов надо выбирать по росту, Эд, - сказал мне Коротышка. Мы пригнувшись, прикрываясь руками от ударов метели, брели к кораблю. За нами следовали остальные палубные моряки, кроме неудачника-Шона. Ветер задувал мне в прореху парки, и я старательно стягивал ее свободной рукой. Как же холодно!

– Врагов вообще не выбирают, - ответил я Коротышке. Зубы застучали от мороза. Челюсть затряслась, будто в нее вселился ледовый демон. Но в мыслях я с наслаждением прыгал на Волка и молотил ему компасом по лицу, превращая злобу абордажника в животный ужас. Яркий образ отвлек меня от холода, но сразу же напомнил вспыльчивого Эльма. Несдержанность циркового силача, оставшегося в моем прошлом, привела его на дурную дорогу. Мне очень не хотелось повторять ее, и я постарался выбросить из головы и Волка, и Сиплого, и Зиана.

Который, кстати, попался нам на встречу. Молодой шаман помогал идти старику, который с ощутимым недовольством направлялся к "Сыну героев". По бокам от процессии шло два палубных матроса с простыми метателями. Дальнобои морякам не выдавались. За ними шагал понурый доктор Кван с сундучком инструментов. И его выдернули на лед. Хитрый Лис, беглый гильдейский врач, наверняка "пропал" где-то на нижней палубе и вместо него на лед отправился вечно грустный Кван-самоучка.

Ан Варр радушно улыбнулся мне, но в душе его передернуло от моего вида. Ученик шамана и не догадывался о моем даре эмпатии. Он вел свою игру. Игру всепрощающего ублюдка, натравившего на меня своих оледеневших дружков. Я встретил его взгляд с холодным равнодушием.