Чтение онлайн

На лед меня в тот день больше не выпускали. Настоял на этом Яки, потребовав, чтобы я починил парку и выдав мне иглу и грубую нить. Однако едва меня окутало тепло отапливаемых палуб, то дала знать о себе бессонная ночь. Глаза слипались сами собой, и потому я отправился прямо в кубрик, где уже спал Фарри. Плюхнувшись на топчан, я стащил унты, сбросил на пол парку, шапку, шарф, стянул меховые штаны и забрался под одеяло. Теплый свитер я скомкал и подложил под голову, и едва коснулся его затылком, как меня сморило.

Мне снилась Лайла. Я сидел в таверне, как обычно в первом ряду, и слушал, как поет слепая сказительница.

Хотя в моем сне у нее были прекрасные изумрудные глаза, и несмотря на битком набитый трактир - смотрела она только на меня. По-моему она и пела про меня. Не знаю, этого уже не помню. Потом мы много говорили, ходили по каналам Снежной Шапки, трогательно взявшись за руки. У меня щемило сердце от счастья. Над нами растекалось красно-синее небо, с городских стен нам салютовали стражники в белых тулупах, и мне казалось, что так будет вечно. Так будет всегда.

Когда я проснулся, то едва не всхлипнул от утраты. Лайла тоже осталась в той, прежней жизни.

– Они взяли эту штуку с собой, представьте себе?
– Шон сидел у печи и смотрел на нас, собравшихся вокруг и отдыхающих после долгой уборки и изнурительных работ по погрузке. Меня даже потряхивало от изнеможения. Почти весь день мы таскали из грузового отсека "добычу" на теплый и холодный склады второй и третьей палубы.

– И что, Шон?
– скептичный Грэг покачал головой.
– Не придумывай чудовищ. Вечно ты так, как затянешь песню ужаса, так хоть голышом на лед выходи.

– Ты видел ее? Видел? У нее такая же шерстяная морда, как у той твари во льдах!

– Видел. У половины обитателей Пустыни такие морды. Так теплее. Перестань, а?

Шон резко махнул рукой, не желая слушать Грэга.

– Эх, Шон-Шон, - ехидно протянул Скотти.

– Ой, да что с вами говорить!

Я зевнул и поплотнее обхватил колени. Мышцы превратились в жидкую похлебку мастера Айза. Казалось, толкни меня кто в бок - и я завалюсь, не в силах удержаться. Впрочем, слева от меня сидел Фарри, глаза которого сонно блестели.

Вообще из палубной команды статую видели не все. У нескольких моряков нашлась работа во время вылазки. Половой, который тоже не выходил на лед, тщательно следил, чтобы обычный распорядок не менялся. И я уверен, что если бы двигатели "Звездочки" смолкли, и мы оказались бы потерянными в Пустыне - старший матрос все равно бы не перестал дотошно следить за чистотой палуб, смазкой в механизмах дверей, порядком на камбузе и сотней другой разных мелочей, заставляя работать своих подчиненных.

Но сейчас наступило заслуженное время отдыха, однако вместо того чтобы расползтись по лежакам и погрузиться в сон измождения, мы собрались вокруг печи, найдя для того десяток поводов. Кто-то сушил одежду, кто-то грелся, кто-то просто дремал, полулежа, в мнимой защищенности.

Разговоры сами собой переходили на тему мертвого корабля и сегодняшней добычи. Шон, черный проповедник кошмаров, был сам не свой. И я видел, что некоторые моряки разделяют его опасения. Хотя и молчат, дозволяя товарищу снискать славу паникера. Иногда страх быть осмеянным приглушает истинные ужасы.

– Нет. Вы не понимаете. Ничего не понимаете! Статуя и тварь во льдах связаны друг

с другом, и да пусть сожрет меня Темнобог, если я ошибаюсь, - выдохнул Шон, у которого хватало смелости и глупости бояться вслух.
– Статуя проклята! Мы все в опасности!

– Балиар сказал, что все в порядке. Зиан старику не доверяет и я видел как он ее едва ли не обнюхал, но тоже ничего такого не почувствовал. А старик наш, ты сам знаешь, подъем Темного Бога чувствует дней за пять, а не за два, как его щенок. Все в порядке, Шон, перестань уже, - Грэг говорил очень мягко, но уже терял терпение.
– Они-то побольше нашего знают. Так что не боись, Шон. Все хорошо. Добычу сняли шикарную. Одна древесина чего стоит. И зерна несколько десятков мешков. Да и статую эту продадим, и выручку поделим. Тоже ведь грошик, верно? И нам доля будет посолиднее, а тебе так и вовсе двойную дадут, за то, что один третью палубу проверил.

Шон нервно улыбнулся. Слова о добыче чуть привели его в чувство.

– Это не к добру, помяни мое слово. Этот корабль не просто так во льдах остановился. Тут все совсем не просто!
– менее настойчиво проговорил он. Патт согласно кивал, глядя исключительно на печь и голубые огни за заслонкой.

– А я все проспал, - посетовал лохматый Галай.
– Хотел ведь лишь несколько минуток полежать! И Половой, шаркуний сын, не разбудил. Мол, порядок нужен. Мол, выспаться надо. На самом деле... На самом деле он неправ. Я тоже не отказался бы от двойной доли. Можно было бы и спросить.

– Если говорить о странностях, то отчасти я согласен с Шоном, - подал голос Три Гвоздя, он с мечтательным видом сидел у самой печи и грел руки.
– Есть несколько загадок, которые мне лично интересны.

Я, скрывая неприязнь, посмотрел на него. Чем-то он напоминал убитого мною Звездного Головача. Нечто непонятное, недоброе таилось за его вечно широкой улыбкой. Всегда опрятный, аккуратный, с очень светлыми глазами (такими светлыми, что мне казалось будто он слепой). Никто на корабле не знал настоящего имени Трех Гвоздей. Но никто и не в праве был требовать от него правды. Что осталось в порту - то осталось в порту.

– Это какие же?
– не сдержался я.

– Он про труп на складе. И про покойника в той каюте, что была завалена снаружи, - хмыкнул Грэг.
– Три Гвоздя же из дознавателей и не умеет верить в то, что люди бывают разные. Поверь, Три Гвоздя, кто-то из пустынников просто перетрусил и заперся на складе, делов-то. Не надо искать в этом происки демонов и коварные замыслы.

– Да..! И их шаман у себя в каюте тоже заперся и двери завалил снаружи?!
– возмутился Шон.

– Что-то там произошло, это точно, - примиряющее поднял руку Грэг.

– Надо думать, - фыркнул Фарри.
– Весь корабль вымер - вот что произошло.

Мой приятель сонно потянулся.

– Тот, кого нашли на кубрике - умер скорее всего от голода, - заметил Три Гвоздя.
– Я интересовался у нашего дока. Кван сказал, что от бедолаги кожа да кости осталась. А вот склад и судьба шамана... Да, это вот очень интересно. Но картину, восстановить можно и так. Я предполагаю, что умер шаман...

– И вход в его каюту загородили, чтобы он не выбрался?!
– сорвался на крик Шон. Он попытался скрыть это под улыбкой, но я почувствовал его накипающее раздражение.