Чтение онлайн

У меня екнуло в сердце, когда я ее увидел. Желудок скрутило от испуга и я, признаюсь честно, попятился к выходу. Но потом свет фонаря упал на блестящую поверхность, и я понял что это всего лишь статуя. Статуя, вокруг которой нашли последний приют моряки "Сына героев".

– Нам нужен шаман, - смекнул Яки, осторожно осветив каюту. Синий свет превращал замерзших людей в уродливых монстров.
– Здесь определенно нужен шаман, клянусь щупальцами Темнобога.

Моряк по имени Три Гвоздя присел у одного из трупов, с интересом его разглядывая.

– Лед забрал их, - наконец произнес

он.
– Они замерзли.

– На корабле?
– не поверил я.

– Если умирает двигатель и кончается энга - долго в пустыне не протянуть. Непонятно, почему они не ушли с судна при таком раскладе.

У Трех Гвоздей был приятный, глубокий голос. Но его тяга к мертвецам отталкивала меня. Моряк смотрел на трупы с затаенным восторгом.

– Что-то случилось с их шаманами, - предположил Три Гвоздя.
– Других вариантов я не вижу.

– Их убила эта штука, - сказал Шон. Он смотрел на статую.
– Их убила эта штука, клянусь!

Повисла тишина, мы смотрели на блестящую фигуру человека, воздевшего к потолку руки. Его тело плавно изогнулось в танце, а ниже пояса ноги постепенно сливались вместе, превращаясь в тяжелый постамент. Где-то далеко, на грани мира, слышалось завывание метели.

– Пусть это решает наш шаман. И я очень надеюсь, что душа местного заклинателя льдов кормит Темного Бога, раз он позволил беднягам так помереть. Пошли по каютам. Здесь мне все ясно, - распорядился Яки. Его голос исказился мертвыми стенами до неузнаваемости.

Мы разошлись. Группа Шона нырнула в дальний коридор, ведущий вдоль всего борта к корме, а мы направились в ближайший.

– Три Гвоздя, спустись вниз, скажи кому-нибудь из наших - пусть зовут Балиара и его ублюдка. По-хорошему и капитану показать это все...

– Хорошо, Яки, - кивнул Три Гвоздя.

Офицерские каюты были пусты, стены обледенели, и на борту царила тягучая атмосфера смерти. Я не мог перестать думать о кают-компании, где плечом к плечу лежали одеревеневшие от мороза моряки, когда-то ничем не отличавшиеся от таких как мы. Жутко было осознавать, что каждый из них был когда-то живым человеком. Любил, шутил, ел, спал, мечтал. Ничем не отличался от меня или Фарри.

Мы брели по темному коридору, с потолка которого свисали сосульки. Я шел впереди, выставив перед собой фонарь, свет от которого превращал ледяные наросты в зубы неведомых чудовищ. Сердце замирало каждый раз, когда та или иная темная ниша скрывалась в черноте. Мне думалось, что именно в этот миг оттуда вырвется зло, я дергал рукой, чтобы осветить нишу еще раз, успокаивался, но спустя несколько ударов сердца вновь с опаской глазел по сторонам. За мною ступал Коротышка Яки с ножом в руке. Последним шел вооруженный мечом Патт, который жутко нервничал и вздрагивал от каждого звука.

Коридор нырнул, выводя к залу, который простыми кораблями использовался как склад, а на нашем служил тренировочной площадкой штурмовиков.

– Смотрите!
– я увидел темный проем слева.
– Смотрите!

Там была дверь. Дверь, заваленная различным хламом. Тяжелые металлические балки, громоздкие детали, ломы, припирающие темную преграду. Команда "Сына героев" пыталась отгородиться от чего-то, тут гадать

не приходилось. Мне показалось, что за ней что-то есть. Что-то, до сих пор ожидающее своего часа.

– Посвети, - коротко приказал Коротышка. Он прищурившись подошел поближе, разглядывая в синем свечении хаотическую преграду.
– Крылья Светлобога, я с утра хотел в гальюн зайти... Но потом подумал, что потерплю. А вот теперь понимаю - зря я так подумал. У меня от этого места желудок крутит. Еще часок и там зародится еще одно страшное и темное божество.

– Идем дальше, - нервно заметил Патт.
– Ну его. Потом посмотрим, а?

Яки медленно кивнул. Мои спутники тоже почувствовали что-то непонятное, что-то пугающее.

По кораблю прокатился жуткий стон обшивки, сжимаемой наросшим льдом.

– Проклятье, - чуть не подпрыгнул Патт.
– А, черт! Черт!

– Тихо,- оборвал его Коротышка. Облизнул губы и посмотрел на меня:

– Ну что, юнга, как тебе пиратская романтика? Впечатляет, а?

Я не ответил. Этот вопрос не требовал моей реакции. Коротышка боялся и такими шутками боролся с собственным страхом.

– Идем на склад. С этим пусть старшие разбираются.

Штурвал, отпирающий дверь на склад "Сына героев" заклинило. Мы несколько минут пытались его провернуть, но в конце-концов отступили, тяжело дыша и переглядываясь.

– Без резаков не обойтись, - подытожил Патт.
– Давайте вернемся, скажем нашим. Пусть вскрывают. Что нам-то тут делать?

Он не скрывал страха. В свете фонаря я увидел, как бегают его глаза над заиндевевшим шарфом.

– Смотри-ка, Эд, - Яки указал мне на дверь. Приглядевшись, я увидел множество царапин на металле. Кто-то явно пытался пробиться на запертый склад.

– Он изнутри что ли заперт?
– пробормотал я.

– Похоже на то, - Яки потрогал борозды.
– Но к нему, видимо, не получилось пробраться, пусть отсохнут крылья Светлобога. Что здесь, щупальца мне в задницу, произошло?

В темноте коридоров слышались шаги второй группы. Что-то бубнил недовольный Шон. С каждым мигом наши товарищи приближались, двигаясь по коридору вдоль правого борта. Наконец они вышли к складу.

– Что у вас?
– спросил Яки.

– Все нараспашку, ничего интересного, - отчитался Шон.

– Возвращаемся. Без резаков, шамана и старших офицеров тут делать нечего.

– Нам бы проверить вторую и нижнюю палубу, - заметил Грэг.

– Хочешь проверить?
– неожиданно окрысился Яки.

– Ты зря так нервничаешь, Коротышка. Тут нет ничего кроме трупов. Или ты мертвецов боишься?
– улыбнулся моряк. Стоявший за его спиной коренастый Скотти хмыкнул словам приятеля.
– То, что мертво - уже не опасно. А так, вдруг мы что-нибудь интересное накопаем? Капитан учтет это, когда будет делить добро.

Коротышка кивнул, не желая спорить.

– Тут нет ничего страшного, Яки. Всего лишь покойники. Успокойся.

Шон с раздражением покосился на Грэга, но ничего не сказал. Я расстроено понял, что слова смельчака возымели действие на старшего матроса и нам придется спуститься вниз, во тьму мертвого ледохода. Яки плотно сжал губы и тряхнул головой.