Темный Страж
Шрифт:
Из-под последних страниц выглянул лист бумаги. Он был пожелтевший от времени и рваный с одного края, словно выдранный из дневника.
Я ошибся, и мне суждено отдавать свою душу по кускам, пока не исполню ее наказание. Отказываюсь обрекать новую деву на ту же участь, что постигла мою возлюбленную. Пусть это будет записано. Я уберег сорок три девушки от страданий. Их лица запечатлены навечно, чтобы я помнил о своих ошибках, пока это проклятие не пожрет мои тени полностью.
Волосы на затылке встали дыбом. Эта записка подтверждает мои подозрения.
Я
Но это?
Теперь мне нужно было решить, готова ли я раскрыть свою слежку и поговорить с ним, или продолжать засыпать его вопросами, на которые он, скорее всего, не захочет или не сможет ответить.
Глава 11 ~ Подробности
Розалин
Я стояла в коридоре, сердце бешено колотилось. Фреска была… другой. Сначала подумала, что сошла с ума, но чем дольше разглядывала ее по пути в столовую, тем сильнее убеждалась, что это не так. Она действительно изменилась. Существа переместились, и теперь гнали и удерживали других людей. Демон, который раньше просто приближался ко мне, теперь нависал надо мной, тянулся когтистыми, жадными руками.
И не было никаких сомнений, что это была я. Детали стали гораздо четче. Ничего не скрывалось. Я была полностью обнажена, как и все остальные люди на фреске. Я знала очертания собственного тела: изгиб носа, округлость лица, непослушные локоны волос.
Это. Была. Я.
Щеки покраснели так сильно, что я прикрыла их руками, не в силах отвести взгляд от изображения своего обнаженного тела, с выражением чистого ужаса на нарисованном лице.
Неужели это Дом Привратника создал эту фреску? Кто еще мог так безупречно изобразить мое лицо и тело? Кто видел меня нагой столько раз, чтобы нарисовать с такой точностью?
Даже Бастион не смог бы этого сделать.
Попыталась рассмотреть чудовище, преследовавшее меня. Но кроме черной кожи, демонических рогов, как у Кереса, и мускулистого тела, разобрать ничего не удалось. Голова была повернута в сторону, лицо скрыто затылком. А длинные, темные, струящиеся волосы, доходившие почти до середины спины, свисали между массивными, жилистыми крыльями.
Я зажмурила глаза, делая глубокие, медленные вдохи, пытаясь успокоить сердце. Нужно было идти в столовую, пока не пропустила завтрак. Но, открыв глаза, снова не смогла оторваться от контраста между темным чудовищем и собой. От того, что его лицо было полностью скрыто, а мое, наоборот.
Заставила себя отвернуться и поспешила по коридору в столовую. Разобраться, кто, как и… Я смогу позже.
Керес выглядел так, будто совсем не спал. Под его глазами легли тени, губы сжались в линию, эта картина заставила меня проглотить свои вопросы. Все равно он бы не ответил. Что-то изменилось вчера. Что-то произошло между нами, когда он удерживал меня своей магией. Я не знала, что именно, но была уверена, что он мне не скажет. Заставила себя хотя бы попытаться удержать свои вопросы при себе, но руки все
равно дрожали.К тому времени, как заняла свое привычное место за столом, он уже вызвал себе яйца и тосты. Мои мысли все еще витали вокруг обнаженного изображения меня самой на фреске, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы придумать что-то съедобное. Когда мне наконец удалось вызвать чашу клубники со взбитыми сливками, я ела молча, изо всех сил стараясь избегать его взгляда. Как только закончила завтрак, сразу выскочила из столовой. Решив хандрить у себя в комнате до следующего приема пищи.
Обед прошел почти так же, только с обменом любезностями, будто какой-то свод правил предписывал ему хотя бы поинтересоваться, как проходит мой день. Я отвечала коротко, продолжая сдерживать свои вопросы. Но к ужину они начали гноиться внутри меня. Он уже ждал, когда я пришла, сложив руки на столе перед собой, с тем же выражением усталости на лице. Я крепко зажмурила глаза, стараясь отогнать все смущающие меня мысли.
Фреска. Керес. Его глаза. Его руки. Керес.
Почему я горела желанием узнать, почему он пропустил и обед, и ужин накануне? Почему меня волновало, что он выглядит таким уставшим?
Почему. Мне. Не все. Равно?
— Где ты был вчера? — спросила я, стараясь придать голосу холодное безразличие.
Он чуть наклонил голову, выражение лица не изменилось.
— Разве я был не там, где ты ожидала?
— Не делайте так.
— Что именно?
— Вот это!
— Честно говоря, я не понимаю, что именно тебя раздражает, мисс Грин, — сказал он с такой искренней растерянностью, что я почти ему поверила.
— Отвечать на вопрос другим вопросом, вместо того чтобы просто ответить, — я сжала переносицу в раздражении. — Почему ты пропустил обед и ужин вчера?
Наступившая пауза привлекла мой взгляд к его глазам, этим черным колодцам тайн, пронизанным мерцающими нитями серебра. Ненавидела их… и в то же время жаждала.
— Я не был голоден.
Это казалось невозможным, но он не мог лгать. Я повторяла себе это снова и снова, пока он продолжал смотреть на меня, прежде чем наконец поднял ложку и погрузил ее в миску с рагу, которую вызвал для себя. Он не мог лгать. Я знала, что он не мог, а значит, это должно было быть правдой.
Но казалось, что это не единственная причина. Он намеренно ел медленно, и каждый раз, когда вынимал ложку изо рта, его взгляд снова оказывался на мне. От этого моя кожа покрылась мурашками, а волосы на затылке встали дыбом. Каждый раз, когда он глотал, мои глаза непроизвольно опускались на его шею. Пальцы крепче сжали ложку, когда представила, как мои зубы скользят вниз по его груди до пупка.
Он прочистил горло, словно пытаясь сосредоточиться на тарелке перед ним, но его дыхание было… неровным.
— Ты в порядке? — наконец спросила я.
Его глаза метнулись к моим, широко распахнутые от шока.
Черт. Я забыла. Какая же я идиотка. Он ведь чувствовал мои эмоции.
— Я устал. Мне… просто нужно больше сна, — сказал он уязвимым голосом.
Меня пронзил огонь, заливая щеки жаром. Нужно было подавить это. Мне нужно обуздать это влечение. Как бы мне ни было одиноко, я не могла позволить себе влюбиться в него.
Он — Темный Фейри.
Я выпалила первое, что пришло в голову.