Сказка о быдле
Шрифт:
Купец тотчас вышел и запряг коляску. Он сказал Матрене:
– Может, и казнит меня царь Гордей за то, что я ему падло привезу, но если оно тут останется, нам всем конец.
Терентьев попрощался с семьей, перекрестился и повез быдло в столицу. Дорогой они въехали в темный лес. Купец опасался разбойников и попросил быдло помолчать. И точно: в самом глухом месте раздался свист, на дорогу перед коляской рухнула ель, и из-за деревьев выскочили люди с ружьями и саблями в руках. Это была ватага Вальдемара Курносого. Они называли себя бессребренниками, потому что их вожак учил, будто все зло от серебра, не говоря о золоте. Поэтому
Разбойника узнали купца.
– Э, да это Терентьев! Ну, что, припас нам привез или деньгами будешь рассчитываться за прошлый товар?
– Ой, нет, ребятушки, ничего не привез, в другой раз, бормотал Терентьев, озираясь на все стороны.
– Эти... глаза злые... лица скучные... давно не мылись...
– как называются?
– спросило быдло.
Никто не обратил на него внимания. Разбойники выволокли купца из коляски, перевернули вверх ногами и потрясли.
– Да при нем и денег нет!
– разозлились они.
– Это безобразие, что купец Терентьев не привез нам ни припасу, ни денег,- решил атаман.
– Будет справедливо, если мы вздернем его на осине.
– Ой, ребятушки, отпустите меня, на обратном пути все привезу,- умолял перепуганный купец.
Но разбойники уже ладили петлю. Быдло поняло, что его собираются лишить возницы. Оно строго крикнуло:
– Эти... давно не мылись... лица злые... отпустите купца, он меня в столицу везет!
Разбойники суетились возле купца и ничего не слушали. Рассерженное быдло гаркнуло:
– Я кому велело отпустить Терентьева!
На этот крик бессребренники оглянулись.
– Это кто с тобой, Терентьев?
– Не знаю, братцы,- лопотал купец,- только вы его лучше не трогайте да и меня отпустите!
Ватага обступила коляску.
– Да это падло!
– воскликнул один, пихнув быдло рукой и рассматривая ладонь.
– Точно, падло!
– подтвердил другой, нюхая свой палец.
– Терентьев, ты что, в золотари записался?
Разбойники засмеялись. Вальдемар Курносый забрался на пенек и произнес речь:
– Это возмутительно, что мы ходим пешком, а какое-то говно ездит в коляске и нам указывает. Необходимо немедленно вывалить его из коляски и забрать ее в погашение наглого долга хапуги Терентьева!
– Вонять начну!
– пригрозило быдло.
Но разбойники с криками "ура" уже наклоняли коляску. Быдло рассвирепело. В лица нападающих ударила такая чудовищная вонь, что на несколько секунд они ослепли и оглохли, а затем с воплями ужаса кинулись наутек. Они бежали со всех ног, но когда пришли в себя, то увидели, что барахтаются на одном месте по уши в говне. Довольное быдло заливалось в коляске.
– Прости нас, дядюшка быдло!
– взмолилась ватага.
– Эти... глаза подлые... в говне по уши...
– как называются?
– спросило быдло.
– Это разбойники,- отвечал оживший Терентьев.
– А чего сразу не отвечал?
– Испугался.
– Отпусти нас, дядюшка быдло!
– вновь застонали разбойники.
– Чего испугался?
– Так их же, разбойников! Они
же людей режут, злато-серебро себе берут!– Вы зачем озоруете?
– спросило быдло.
Разбойники повинились:
– Прости нас, дядюшка быдло! Мы ничему не обучены, ремесел не знаем, а жить как-то надо. Вот и грабили тут помаленьку, но больше не будем, даже работать пойдем, только отпусти!
– Не отпускай,- шепнул купец быдлу,- третьего дня по базарам читали указ: царь пол-царства и царевну Настасью отдаст за того, кто Вальдемара Курносого поймает. Я сам слышал!
– Пойдете со мной,- решило быдло,- а там посмотрим, что с вами делать.
Освобожденные разбойники расчистили завал, и быдло продолжили путешествие. Разбойники плелись за коляской слипшейся кучей и дружно ругали Вальдемара Курносого:
– Это из-за тебя, Вальдемар, мы так влипли! Зачем ты позарился на коляску? Где нам в лесу на ней ездить? Будто не знаешь: не тронь падло, оно не воняет! А теперь из-за тебя нам всем башки поснимают!
И они старались побольнее лягнуть своего вожака, но в тесноте слипшейся кучи у них плохо получалось. А быдло тем временем расспрашивало купца:
– А царь - он почему царь? Он происхождения высокого?
– Да нет, сам он роду не царского,- рассказывал купец,но женился на сестре царя Акулине. Царь-то Семен, вишь, когда помирал, наказал Гордею за детьми присмотреть, Ваняткой и Настасьей, а он, вишь, сам на царство сел. Теперь Настасья выросла, вот Гордей и хочет ее замуж на сторону выдать,- она ведь законная-то наследница.
– А пол-царства как же?
– А пол-царства под турецким султаном,- иди забери, коли можешь.
– Вон оно как,- удивлялось быдло. _ Ну, а что, Настасья красивая?
– Настасья - писаная красавица, да, болтают, попортил ее царь Гордей. Тут еще видишь что,- купец оглянулся и понизил голос,- год назад вернулся из-за границы принц Афонька, Гордеев-то сын, охламон, каких поискать, ну и втрескался в Настасью. Тоже, понимаешь, надо стало. Вот Гордей с Агафоном и караулят теперь каждую ночь друг друга, как бы кто... это... к Настасье. А царица, понимаешь, и хочет племянницу сбыть от греха подальше.
– Ты смотри, холуйство какое,- изумлялось быдло.
– Только ты меня, дядюшка быдло, не выдавай, пожалуйста, что это я тебе рассказал,- попросил купец.
Они уже подъезжали к столице. У въезда в город разбойники собрали все силы и попробовали разбежаться, но, побарахтавшись еще раз в быдле, смирились с судьбой. Быдло вступило в столицу и было сильно разочаровано: дома неказистые, улицы узкие, грязные. Быдло ехало по городу и громко возмущалось:
– Терентьев, а почему столица такая грязная? И люди как бедно одеты! А в лицах почему никакого веселья? А дома, Терентьев, дома зачем такие низкие,- у тебя дом и то лучше!
– Правильно, правильно, дядюшка быдло!
– хором поддакивали разбойники.
Тут быдло заметило, что прямо на улицах лежат нечистоты и возмутилось беспредельно:
– Ты смотри, Терентьев, что творится: говно беспризорное валяется! Это что тут за царь такой? Это не царь, а плешивый холуй какой-нибудь! Первая царская обязанность - нечистотам уход обеспечивать!
– Правильно, правильно, дядюшка быдло!
– вторили разбойники, следуя за коляской.
Терентьев, боясь произнести хоть слово, втянул голову в плечи и ехал, прижавшись чуть не ко дну коляски.