Чтение онлайн

Алонсо закричал от облегчения и обхватил руками ставшее теперь большим существо, которое спасло ему жизнь. Но земля содрогнулась, и начали появляться другие призраки — и у всех были белые глаза.

Существо зарычало на них, и страх на долю секунды сдержал призраков. Алонсо воспользовался моментом. Прижимая существо крепко к груди, он побежал на «максимальной скорости», следуя за нитью, которая соединяла существо с его крошечным безжизненным телом.

Снова гром прогремел внутри него, а затем он почувствовал дождь. Когда он открыл глаза, он снова был у озера Элки. У его озера Элки.

А перед ним котёнок мурлыкал.

Он

ахнул и подхватил её на руки.

— Привет, — сказал он, уткнувшись лицом в её шерсть. Она вонзила когти в его кожу с нежностью.

Магия гудела в венах Алонсо. Его семья хотела вернуть свою магию больше всего на свете. Если бы Алонсо мог использовать свою, они были бы счастливы. Полны надежд. Алонсо уже видел лицо матери; она бы так гордилась им. Алонсо знал, что с ним нелегко. Он чувствовал это по тому, как люди относились к нему, будто он хрупкий. Но если бы у него была магия, его мама захотела бы проводить с ним время. Она бы научила его пользоваться своими силами.

Затем Алонсо вспомнил истории о своём дедушке Джованни. Человеке, который использовал свою силу, чтобы убивать людей, включая мать Кори Барриона несколько месяцев назад. Его мать и тётки всегда понижали голос, когда говорили о дедушке Джо, будто им не следовало произносить его имя, любить его или даже помнить о нём.

Им было стыдно.

Алонсо прижал котёнка крепче к груди. Он не хотел никому причинять вреда. Если у него есть эта сила, сможет ли он контролировать её? Или он станет таким же, как его дедушка — наживёт врагов и будет причинять боль людям, пока не сможет больше жить с собой?

В будущем Алонсо будет задавать стратегически расплывчатые вопросы, чтобы вытянуть из матери и тёток истории о некромантии — одном из самых опасных классов запретной магии. Он узнает, что нет известных случаев успеха. Вместо этого любые ведьмы, пытавшиеся воскресить мёртвых, оказывались одержимы полтергейстами — белоглазыми духами, вроде той юной девушки, с которой столкнулся Алонсо, призраками, которые не могли перейти дальше и набирались силы от своей обиды на живых. Полтергейсты сохраняют воспоминания, но теряют всякое сочувствие, и при любой возможности пересечь Завесу они сеют хаос среди смертных и ведьм, пока их носителей не убивают. Алонсо спасся только благодаря котёнку, и он поклялся себе, что никогда больше не пересечёт Завесу.

Но в тот день в лесу Алонсо не осознавал, как близок был к смерти. Он просто прижал котёнка к груди и решил, что не хочет иметь ничего общего со своей новообретённой магией.

— Я назову тебя Нимбл, — сказал Алонсо котёнку. Он выучил это слово от своей одноклассницы Пенни Эмберли. Они делали проект по языкознанию, где нужно было исследовать происхождение слов, и Пенни выбрала nimble. Когда она использовала его в примере, она сказала: «Кошка очень ловкая (nimble), потому что она всегда приземляется на лапы».

Котёнок довольно замурлыкал. Затем её уши дрогнули, и Алонсо тоже услышал это: хруст ветки, шорох листьев.

Алонсо резко обернулся, прижимая котёнка к груди.

— Кто здесь? — крикнул он, боясь, что это его мать или тётки. Если они узнают о его магии, они захотят, чтобы он использовал её. А что, если он потеряет контроль?

Но в лесу никого не было. Была только тишина. Никто не видел, как он вернул котёнка к жизни. Это будет их секрет.

Или так думал Алонсо.

После

того как Кори возвращается домой с межсезонных тренировок по футболу, он не удосуживается зайти внутрь. Вместо этого он оказывается на заднем дворе, глядя в ярко-синий бассейн. Он снимает футболку и ныряет, проплывает несколько кругов, затем перебирается в шезлонг и ложится загорать на солнце.

Кори стал проводить меньше времени дома после своего разговора с Пенни. И так трудно существовать в поместье Мередит, когда Проклятие дышит в спину; теперь добавился ещё и слой вины за то, что Кори рассказал Пенни правду. Он поставил под угрозу всю свою семью, и стоило ли это того?

Кори набрасывает руку на глаза. Усталость прошедшей недели проникает глубоко, оседая в костях.

Тёмный силуэт движется вдалеке. Это Джулиан, идущий от дома их дедушки. Чарльз Баррион предпочитает собственное пространство, поэтому он занимает гостевую пристройку в дальнем конце участка. Кори поднимает руку, и Джулиан направляется к нему.

— Как дела? — спрашивает Кори, когда кузен садится.

Джулиан пожимает плечами. Его лохматые чёрные волосы скрывают глаза, и хотя сейчас лето, он носит свой обычный чёрный водолазку. Микробы — одна из его фобий, и он предпочитает одежду, закрывающую как можно больше кожи.

— Дедушка всё ещё злится на тебя? — предполагает Кори.

— Он имеет на это право, — говорит Джулиан. — Я потерял контроль.

— Бывает. Он переживёт это.

Джулиан горько смеётся.

— Я не должен терять контроль. Я однажды возглавлю компанию.

Кори садится. Медленно, чтобы Джулиан мог видеть, он кладёт руку на плечо кузена. Джулиан вздрагивает, но не отстраняется.

— Это будет не скоро, — говорит Кори. — Мой папа не собирается уходить на пенсию в ближайшее время.

Джулиан сбрасывает руку Кори.

— Дело не только в этом, Кори, и ты знаешь.

Кори вздыхает. Невозможно не заметить, насколько серьёзной стала агорафобия Джулиана. Он ходит на терапию, но его стажировка в семейной компании полностью виртуальная. Но разве их дедушка был не против этого? Судя по выражению лица Джулиана, возможно, нет.

— Станет лучше, — говорит Кори.

— Дедушка, наверное, жалеет, что ты не был первенцем среди внуков. У тебя бы отлично получилось.

— Ага, я. Спортсмен наполовину камерунец.

— Мой отец был индийцем, помнишь? Дело не в этом.

Гнев вытесняет всякое желание утешать Джулиана.

— Правда? Ты не думаешь, что с нами было бы легче, если бы оба наших родителя были белыми?

Джулиан смотрит на бассейн, хрустя каждым суставом на обеих руках. Звук смешивается с щебетанием птиц, шелестом деревьев и гулом фильтра для бассейна.

— Я знаю, что ты прав, но я не могу позволить себе думать об этом. Каждый день и так тяжёл.

Гнев Кори становится менее острым по краям. Их кузина Камила слишком мала, чтобы полностью понимать трудности мультирасового происхождения в преимущественно белой семье. Но Джулиан и Кори росли ближе по возрасту, и это их связало. Когда у Джулиана диагностировали депрессию, семилетний Кори пошёл в библиотеку и взял дюжину книг об этом расстройстве, чтобы они могли читать их вместе. Когда умерла мама Кори, он спал в кровати Джулиана целый год. Они были опорой друг для друга.