Чтение онлайн

известно, друзья влюбленных и поэтов. Оорл периодически порывался пройти по бревну, но

всё время падал. Руэрто даже не пытался. Он сидел на заборчике и смотрел на дорогу.

Идиотское было занятие. Как раз для пьяного идиота.

Наконец поздно вечером они появились. Оба. Шли в обнимку и целовались через каждые

пять шагов. Льюис запускал руки в ее пушистые растрепанные волосенки, а она со смехом

висла у него на шее. Оказалось, что это не очень-то приятно - смотреть на чужое счастье, на

брызжущее, искрометное

счастье! От этого почему-то занудно ныло сердце.

– Черт возьми, Ромео и Джульетта, - проворчал Руэрто.

– Красивый мальчик, - хмуро сказал Ольгерд, - моя жена тоже в него влюблена.

– Риция?!
– он чуть не упал с забора.

Оорл не ответил.

– Пошли, - сказал он, - ты видел достаточно. Я тоже.

– Я видел двух глупых влюбленных щенков!

– И двух пьяных старых дураков.

– Послушай, не свернуть ли нам башку этому студенту? Отбивать женщин у Прыгунов -

это уже сверхнаглость!

– Пошли, мы смешны...

– 126 -

В восьмой комнате вспыхнул свет. Два силуэта за желтой занавеской слились в один.

Смотреть на это стало невыносимо.

Потом была мокрая от моросящего дождя дорога по ночному городу. Они шли шатаясь и

сожалели, что Эдгар на Тритае: втроем они бы так не набрались.

– Черт его понес в этот лягушатник, - ворчал Ольгерд, - он свалил на меня все свои

проблемы. Я теперь должен выслеживать какого-то дядю Роя и наблюдать за Оливией.

– Вообще, странная девица, - заметил Руэрто.

– Ничего странного... Только мурашки по спине ползут, когда она смотрит.

– У тебя тоже?

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Им тогда было смешно. Город уже плакал

холодными слезинками дождя, а они хохотали... В самом деле, не плакать же было о том, что

какая-то девчонка влюбилась в бедного студента и потеряла голову от счастья! Не злиться же,

что молодость - это для молодых и любовь для них же! Не думать же всё время только об

этом...

Дом всё еще был в хаосе переезда. Это раздражало. Слуги спали, поэтому он сам

разделся, сам разобрал постель и сам задернул шторы, чтобы солнце не вздумало разбудить

его до самого обеда. Голова болела, а на сердце лежал какой-то тяжелый, неповоротливый

кирпич.

Утром позвонил Кондор и настойчиво позвал его к себе в больницу. Руэрто терпеть не

мог всякие обследования, поэтому откладывал визит почти две недели. На этот раз пришлось

согласиться.

– В моей крови полно алкоголя, - предупредил он, усаживаясь в сканерное кресло.

– Ты здоров как бык, - вежливо улыбнулся воспитанный отпрыск Конса, просвечивая его

своими всевидящими глазами, - всё с тобой в порядке, я это и так вижу. . но я должен сделать

кое-какие анализы.

– Зачем?

– Как зачем? Все-таки два года на Наоле...

– А! Ну-ну...

Руэрто закрыл глаза и отдался на волю аппаратуры.

Уколов и скребков по коже он почти

не почувствовал. В заключение плюнул в пробирку, и на этом его мучения закончились.

– Подожди, - сказал Кондор как-то особенно осторожно, - мне еще нужно с тобой

поговорить.

– Ну, так говори, - пожал плечом Нрис, присаживаясь на подоконник.

За окном ветер трепал золотую осеннюю роскошь. Листья падали на белые плиты

дорожек и на разноцветные скамейки в парке.

– Как ты думаешь, Ру... у тебя могут быть дети?

Вопрос просто ошарашил. Наверно, потому что был совершенно неожидан. И о

больном.

– Послушай, ты сам только что заявил, что я здоров как бык!

Кондор виновато улыбнулся.

– Я не об этом... Я имею в виду уже взрослых детей. Где-нибудь. Может такое быть?

– Послушай, братишка...

– Ты очень удивишься, если узнаешь, что у тебя есть взрослый сын или... дочь?

– Скорее содрогнусь, - усмехнулся Руэрто, - но этого, к счастью, быть не может.

– Ты уверен?
– серьезно посмотрел на него брат.

– Разумеется, - так же серьезно уставился на него Нрис, - я всегда отдавал себе отчет, что

это будут внуки моей матушки. Так вот: никаких внуков у нее нет и не предвидится... разве

что произошло чудо.

– Возможно, что и произошло.

– О чем ты?

– Нрис... я бы не затеял этот разговор, если б у меня не было оснований. Один мой

пациент - васк, значит, потомок Прыгуна.

– И ты решил, что это мой потомок?

– Это наиболее вероятно.

– 127 -

У Руэрто нехорошо заныло в груди. Такого виража от жизни он не ожидал. Он даже не

знал, радоваться ему, сомневаться или просто ужаснуться неумолимой силе судьбы.

– И сколько лет твоему пациенту?
– спросил он.

– Семнадцать, - ответил Кондор.

– А какого он пола?

– Вообще-то женского.

– Черт бы тебя побрал, Кон! Ты хочешь сказать, что у меня есть взрослая дочь?!

– Это будет ясно после результатов анализов.

Руэрто посмотрел на серое небо и на золотые листья кленов на дорожках и понял, что

это спокойствие уже не для него, что его мелко трясет от волнения.

– Так делай скорее!
– взорвался он.

**************************************************************

Оливии хотелось стучать в стенку кулаками, когда она слышала смех, шаги или скрип

кровати. Ее обожаемый Льюис был счастлив, но она не могла за него порадоваться. Она его

ненавидела за это! А еще больше ненавидела эту наивную, избалованную и бесстыжую

девчонку, которая малюет на стенах идиотских бабочек!

Льюису даже хватило наглости явиться среди ночи и попросить заварку. Оливия сунула

ему и печенье в придачу, но решила, что завтра же переедет в женский корпус. Хватит с нее