Чтение онлайн

Пальцы Ронана медленно рисуют круги на тыльной стороне моей руки, как будто простого прикосновения ему недостаточно. Я не могу сосредоточиться на церемонии или словах друида.

Все, что я понимаю — это чистый экстаз на лице мужчины напротив меня и то, что это же самое чувство захлестывает и меня.

На лице Ронана появляется самодовольная улыбка, когда друид дважды просит меня положить другую руку в ожидающую ладонь моего жениха. Я моргаю и пытаюсь сосредоточиться, пока друид обвязывает наши руки лентами — белыми, зелеными и бронзовыми, без сомнения, символизирующими наши дома.

Он произносит низкий звук, и ленты превращаются в яркий белый свет, похожий на клятву.

Их яркость увеличивается до такой степени, что смотреть на них становится почти больно, затем ткань распадается на белый пепел, оставляя на наших руках серебристые линии, которые постепенно блекнут и исчезают.

Затем мы даем друг другу клятвы. Клятвы преданности и вечной любви, и еще одно кольцо из серебристых завитков появляется на пальце рядом с тем, которое я сделала перед переходом. Меня охватывает грусть от того, что я дала более сильную клятву верности верховной жрице, чем ту, которую я только что дала своему мужу, но нам и вовсе не нужны клятвы, чтобы оставаться верными друг другу.

Ронан смотрит на меня глазами, полными нескрываемых эмоций, и надевает кольцо из белого золота на палец, на котором выгравирована наша клятва. Он целует его, и по моей руке пробегает мурашки. Я беру его кольцо и надеваю его на палец дрожащими руками и сердцем, которое колотится в груди.

Вот и все. Никто не сможет отнять его у меня. Никто не сможет сказать мне, что я не могу владеть им, или попытаться встать между нами. Ронан мой, а я его.

Друид выходит вперед и объявляет громким голосом.

— Я объявляю Ронана и Наоми мужем и женой. Вы можете поцеловаться как супруги.

Ронан не медлит. Он наклоняется вперед, кладет руки по обе стороны моего лица и целует меня, как человек, умирающий от жажды. Как будто он все это время с трудом сдерживал себя.

Я обнимаю его за шею и таю в его объятиях, наслаждаясь ощущением его теплых губ на своих. Слишком быстро он отстраняется, тяжело дыша. Он берет меня за руку и подтягивает к гостям.

И тогда я вспоминаю, что мы далеко не одни, а на виду у всех. Они встают и аплодируют, и когда Ронан снова ведет меня по проходу, люди бросают на нас лепестки роз, многие подходят, чтобы похлопать Ронана по спине. В толпе есть несколько угрюмых лиц, но мне все равно.

Мы доходим до конца прохода, и гости встают со своих мест, чтобы поздравить нас. Мне кажется, что меня раздавит толпа людей, пытающихся сказать пару слов. Ронан крепко держит меня за руку, пожимая руки и обмениваясь словами с другими.

Я моргаю, когда одна женщина проталкивается через толпу, чтобы подойти ко мне. Я почти не узнаю ее, а когда узнаю, мне приходится сдерживать слезы.

— Мама?

— Почему ты так удивлена, моя дорогая Наоми? Я бы ни за что не пропустила твою свадьбу, — говорит она ровным голосом, а ее глаза ясные, такие, какими их я не видела уже много лет. Ее волосы цвета кукурузного шелка аккуратно уложены мягкими локонами, а платье — чистое и хорошо сшитое. Я знала, что деньги, которые я ей послала, не будут потрачены на выпивку.

Я оглядываюсь и вижу, что Эван и Морри играют с другим мальчиком, который все еще сидит на скамье, а Кара, уже не младенец, ходит между ними. Все они выглядят хорошо, ухоженно, а лица полны цвета. Кара немного пухленькая, какой и должен быть маленькому ребенку.

— Дейрдре тоже здесь? — мой голос дрожит.

Мама колеблется.

— Дейрдре начала новую жизнь в городе Санбрайт. Я не могу винить ее за то, что она хочет сбежать от нашего прошлого, — на мгновение по лицу моей мамы пробегает тень, но затем ее серые глаза светлеют. Она так молодо выглядит, когда из-под них пропали синяки. — Она устроилась ученицей

швеи при дворце. Дейрдре планирует однажды открыть свой собственный магазин.

Я просто киваю. Я должна радоваться за Дейрдре. Она всегда хотела сбежать от нас и от нашего постыдного бытия. По крайней мере, теперь у нее есть та жизнь, о которой она мечтала. Но я все равно не могу избавиться от чувства предательства, пронзившего мое сердце.

— Наоми, я хочу тебя с кем-то познакомить, — осторожно говорит мама, поворачиваясь, чтобы обнять мужчину, стоящего за ней, и подвести к нам.

Все мое тело напрягается, и во мне начинает кипеть глубокая ярость. Еще один мужчина, осмелившийся прикоснуться к моей маме. Я не могу смириться с тем, что она станет любовницей еще одного мужчины, который будет содержать ее некоторое время, используя и оскорбляя, а потом выбросит как мусор.

Мама видит мою реакцию и проводит рукой по моей щеке.

— Не нужно волноваться, моя маленькая львица. Аластер — мой муж. Он хорошо о нас заботится, — она поворачивается и улыбается мужчине, а он смотрит на нее, как на самое драгоценное сокровище в мире. Я ошеломлена до глупости. — Он знает о моем тяжелом прошлом, — мягко говорит мама. — Но мы переехали из Пойнт Вуденда в Беллкрест, чтобы мы могли забыть обо всем. Мальчики даже ходят в школу!

— Боюсь, у меня тоже было тяжелое детство, — говорит Аластер, — Я был уличным мальчишкой, но теперь у меня есть деньги и бизнес, и меня называют выскочкой-купцом, так что, с учетом такой логики, я никогда не смогу ничего добиться, — он пожимает плечами, как будто все это не имеет большого значения.

Я наклоняюсь к нему, прищуривая глаза.

— Если ты обидишь мою маму, я найду тебя и отомщу в десять раз сильнее.

Аластер имеет наглость рассмеяться, а затем смотрит на мою маму.

— Ты была права, Аделин. Мне она нравится, — он похлопывает меня по плечу. — Я дал клятву на крови своей милой жене, что никогда не причиню ей вреда и всегда буду защищать ее, даже от нее самой.

Я широко раскрываю глаза и смотрю на маму.

Она пожимает плечами.

— Я начала приходить в себя после того, как мы получили твои деньги, и перестала все время бояться. Начала понимать, что, может быть, я чего-то стою. Но именно Аластер собрал меня по кусочкам, — они целуются прямо передо мной.

Прошло шесть месяцев с тех пор, как я уехала из Пойнт Вуденда, с тех пор, как Ронан полностью изменил мою жизнь, и моя мама вновь стало той женщиной, которой была до того, как лорд Бранок выгнал нас из своего поместья.

Я внезапно крепко обнимаю Аластера и киваю ему.

— Спасибо.

Это движение привлекает внимание Ронана, потому что наши руки все еще крепко сцеплены. Наконец я представляю его своей семье, маме, братьям и сестрам, а также тому факту, что теперь у меня, по-видимому, есть сводный брат и отчим.

В мгновение ока мы снова погружаемся в толпу, поскольку Ронан официально представляет меня многим аристократам. Хендрик и Кандра пробираются через толпу, чтобы обнять нас обоих, и многие из наших стражников подходят к нам один за другим.

Наоми

Бал после церемонии проходит в мгновение ока, но все равно все было слишком быстро. В моей жизни с Ронаном будет еще много таких роскошных мероприятий, но сейчас все, чего я хочу — это сорвать с него эту нарядную одежду, сплестись с его телом и забыться в его объятиях.