Сердце двух миров
Шрифт:
Я хочу снова прикоснуться к нему, сорвать с него эту одежду, чтобы заново открыть для себя то, что скрывается под ней. Я делаю шаг к нему, но он останавливает меня, положив руку мне на плечо.
— На самом деле я пришел сюда, чтобы поговорить, — говорит Ронан с болью в голосе. — И я не хочу испортить твою красивую прическу перед церемонией. Если ты подойдешь ближе, я потеряю контроль и сорву с тебя этот халат.
Моя улыбка становится шире.
— Мне бы это понравилось.
— Это не поможет, Наоми, — по его лицу проходит тень, и охлаждает страсть в моей крови.
Я плотнее затягиваю ткань халата, закрывая вырез и скрывая
— Это тоже, — его голос хриплый.
— Ты хотел поговорить? — напоминаю я ему, беру за руку и веду к дивану, где сажусь ему на колени. Руки Ронана сразу же ложатся на обнаженную кожу моих бедер.
Он отводит от меня взгляд, и когда снова смотрит на меня, в его глазах читается уязвимость.
— Я хочу убедиться, что ты не передумала. В своей жизни ты была вынуждена делать так много вещей. Я хочу, чтобы ты свободно сделала это выбор. Я хочу, чтобы ты свободно выбрала меня.
Я смеюсь, затем кладу руки по обе стороны его лица и крепко целую его в губы. — Я бы выбрала тебя тысячу раз, Ронан. Я убила ради тебя.
Острая боль пронзает мою грудь. Я убила человека, который владел другой половиной моего сердца, и с тех пор каждый день пытаюсь забыть Ниссиена, чтобы отдать всю себя Ронану.
Неважно, что каждую ночь я просыпаюсь в холодном поту, потому что этот момент снова и снова повторяется в моих кошмарах. Что я скучаю по нему, несмотря на то, каким ублюдком он был в конце.
Я впаду в глубокую депрессию, если буду слишком долго зацикливаться на этом, а я не хочу начинать свой брак с Ронаном таким образом.
Во мне начинает нарастать кипящая ярость, но не только на Ниссиена, а на всех фейри, которые думают, что могут навязывать свою волю женщине и держать ее в плену. Что они могут просто брать, и отправлять в самое темное царство то, что хочет супруга.
Лицо Ронана выглядит более уязвимым, чем когда-либо, когда его глаза смотрят в мои.
— Мы еще не говорили об этом, Наоми. Я хочу начать наш брак с чистого листа. Я хочу, чтобы мы всегда были честны друг с другом, доверяли и любили.
Кровь отливает от моего лица, и в животе нарастает страх, но я не отворачиваюсь от него. Если бы он не пошел в царство фейри, чтобы спасти меня, мы бы не смогли вести этот разговор. Ниссиен нашел бы меня и так измучил, что я перестала бы пытаться сбежать.
Ронан проводит пальцами по моей щеке и по линии подбородка.
— Я знаю, чем был для тебя Ниссиен, — наконец он говорит, и я вздрагиваю. — Мужчина не ведет себя так, если не помешан на любви. И я подумал, что, вероятно, он и есть отец ребенка. Удобная ложь, которую нам рассказывают жрицы. Я бы поверил в нее, если бы сам не перешел по ту сторону.
С моего глаза стекает слеза и скатывается по лицу, но я не отрываю от него взгляда. Грудь сжимается так, что мне трудно дышать.
— Ответь мне честно на один вопрос. Ты отправилась в паломничество и забеременела, чтобы быть со мной? — его голос так нежен. В нем нет ни ненависти, ни ярости, ни обвинений, которые я ожидала услышать.
— Да, — мой голос дрожит. — Мне так жаль, за все, за Ниссиена, за то, что...
Ронан прикладывает палец к моим губам.
— Не говори этого, — в его голосе слышна боль. — Я не имел на тебя никаких прав, когда ты отправилась в паломничество. Между нами не было никаких клятв или обещаний. Если для тебя это важно, я прощаю
тебя. Я не считаю, что ты поступила со мной неправильно, но думаю, что тебе нужно это услышать. Я также хочу поблагодарить тебя за то, что ты взяла на себя всю тяжесть и риск, чтобы мы могли быть вместе.— Как я уже сказала, я бы сделала это для тебя тысячу раз, — я обнимаю его за шею и притягиваю к себе, прижимая голову к его голове.
Ронан обнимает меня за талию и долго крепко сжимает.
— Нам еще предстоит пройти через много испытаний, но мы будем бороться вместе, — он отстраняется и смотрит мне в глаза. — Есть ли что-нибудь, что ты хочешь спросить обо мне, прежде чем мы дадим клятву и навсегда свяжем себя узами брака?
Я так долго думаю, что он начинает нервничать.
— Во время балов и официальных свиданий для отбора ты брал какую-нибудь из женщин в свою постель? Слова вырываются из моего рта, и я сразу же жалею о них. Ронан открывает рот, чтобы ответить, и я знаю, что это будет правда, но быстро закрываю ему рот рукой. Я качаю головой. — Нет, мне не нужно это знать. Как ты сказал, в то время я не имела на тебя никаких прав.
Его красивые глаза долго изучают меня, затем он кивает.
— Это не единственный раз, когда мы можем задавать друг другу вопросы. У нас впереди целая жизнь.
Каким-то образом ему удается покинуть мои апартаменты, не сорвав с меня халат, и мои слуги снова входят, суетливо нанося на мое лицо пудру и тени.
Я отчаянно пытаюсь сдержать слезы от столь сильных эмоций, бурлящих во мне. Я даю себе обещание, что буду каждый день нашего брака стараться заслужить такого мужчину, как Ронан, пытаясь соответствовать его доброте.
Кажется, я лишь моргнула, но уже одета и готова к церемонии. Еще одно мгновение, и сама верховная жрица и облако Матерей Магии сопровождают меня через замок, во главный двор и через мост, усыпанный белыми лентами и огромными букетами цветов. Повсюду развешаны флаги с гербом Эплшилд.
Я останавливаюсь в начале прохода между двумя рядами старых яблонь посреди сада, внезапно оказавшись в одиночестве. Они усыпаны красными плодами, а их ветви образуют высокую арку. По обеим сторонам длинного прохода стоят скамьи, украшенные цветами и лентами, на которых сидят свидетели наших клятв.
Слишком много людей, чтобы я могла найти среди них знакомые лица.
В дальнем конце, под аркой из белых роз, стоит Ронан, медленно поворачивающийся ко мне, когда оркестр начинает играть.
На его губах расцветает широкая улыбка, а бледно-зеленые глаза распихиваются, затуманенные от эмоций. Я делаю шаг вперед, игнорируя глазеющих гостей по обе стороны от меня, забывая о том, кто из них друзья, а кто враги. Все, что я вижу, это Ронан, ждущий меня, и готовый взять в жены.
Я никогда не думала, что этот день наступит.
Я словно иду по воздуху, движимая невидимой силой позади меня. С каждым шагом мое сердце ускоряется, но я ни на секунду не отрываю взгляда от его глаз.
Это кажется таким правильным.
Воздух застревает в горле, и к тому моменту, когда я дохожу до конца прохода, я совершенно забываю, как вообще дышать. Ронан протягивает мне руку, и я беру ее, становясь рядом с ним, лицом к нему и отгородившись от всего мира.
Друид, стоящий перед нами, начинает говорить, и шуршание ткани и скрип скамеек — единственное, что указывает на то, что толпа садится. Я даже не заметила, что они вставали для меня.