Рассказы
Шрифт:
Они остановились возле двери; женщина распахнула ее, вошла внутрь. Фрост последовал за ней и тут же чуть ли не был сбит с ног человеком, набросившимся на него с объятиями.
– Доктор! Доктор Фрост!
Это была Элен Фишер, в костюме, распространенном здесь и среди женщин, и среди мужчин. Возле нее стоял Роберт - или Айгор?
– его гномье личико сморщилось в улыбке.
Фрост осторожно высвободился из объятий.
– Дорогая, - глуповато произнес он, - какая неожиданность встретить вас здесь.
– Какая неожиданность встретить здесь ВАС, - парировала она.
–
– Нет, нет, что вы, - торопливо пробормотал он и повернулся к Монро.
– Рад вас видеть, Роберт.
– А я вас вдвойне, док, - ответил Монро.
Предводительница что-то сказала ему, Монро ответил на местном языке и вновь обратился к Фросту:
– Доктор, это - моя старшая сестра Маргри, Эктун Маргри... майор Маргри, примерно так это переводится на английский.
– Она была очень добра ко мне, - сказал Фрост и поклонился в знак признательности. Маргри, сцепив руки, прижала их к груди и наклонила голову, сохраняя безучастное выражение лица.
– Она приветствует вас как равного, - объяснил Роберт-Айгор.
– Я попытался перевести титул "доктор" как можно точнее, и она решила, что вы в одинаковом звании.
– И что мне следует делать?
– Ответить тем же.
Фрост так и сделал, но - неуклюже.
Доктор Фрост посвятил своих бывших студентов в события последнего времени - использовав этот не вполне точный термин, поскольку находились на разных временных осях. Его неприятности с представителями власти заставили Элен негодующе воскликнуть:
– Бедный вы, бедный! Но какие же они дураки!
– Я бы так не сказал, - возразил профессор.
– С их точки зрения это было вполне разумно. Но, боюсь, мне теперь лучше не возвращаться.
– И не надо, - заверил Айгор.
– Мы вам здесь более чем рады.
– Может, я смогу пригодиться в этой войне.
– Вполне вероятно... Но вы и так уже сделали больше, чем кто-либо другой, когда помогли мне попасть сюда. Мы теперь со всем этим работаем.
Широким жестом он обвел комнату.
Айгора освободили от непосредственного участия в военных действиях и перевели на работу в штаб с тем, чтобы он сделал земные технические разработки пригодными для использования. Элен помогала ему.
– Никто мне не верит, - признался он, - никто, кроме сестренки. Но я смог им продемонстрировать достаточно много, чтобы они поверили в важность моих начинаний и предоставили свободу действий; а теперь они практически не отходят от меня, ждут - не дождутся, когда мы что-либо выдадим. Я уже приступил к строительству реактивного истребителя с ракетным вооружением.
Фрост не скрывал удивления. Как можно сделать столь много за такой короткий срок? Или у времени здесь другая скорость? Значит, Айгор и Элен попали именно сюда много недель назад, если считать по этой временной оси?
Нет, сказали ему, соотечественники Айгора, хотя и не додумались до ряда земных изобретений, но намного опередили людей в сфере производства. Они использовали однотипные механизмы для изготовления практически всего. В машину закладывается программа - синька, как выразился Айгор за неимением лучшего определения, - а точнее подробная,
с соблюдением масштабов, модель изделия, которое необходимо изготовить; машина сама перенастраивала себя и копировала образец. Одна из них, например, в этот момент формовала из пластмассы корпуса истребителей, цельнолитые и за одну операцию.– Мы вооружим их статус-лучами и ракетами, - рассказывал Айгор. Будем сперва замораживать, а потом расстреливать эти чертовы штуковины, пока они неуправляемы.
Они проговорили еще несколько минут. Но Фрост заметил, что Айгор начинает нервничать. Он понял причину и начал прощаться. Монро не стал спорить.
– Мы еще увидимся с вами, попозже, - с облегчением сказал Роберт.
– Я попрошу кого-нибудь подыскать вам жилье. Мы СЕЙЧАС страшно заняты. Война есть война... вам этого не понять.
В эту ночь Фрост заснул с мыслями о том, чем сможет он помочь своим юным друзьям, и друзьям его друзей в их борьбе.
Но из этого ничего не получилось. По образованию он был более теоретик, нежели практик; Фрост обнаружил, что справочники, которыми запаслись Айгор и Элен, понятны ему меньше, чем китайская грамота - ту он хоть как-то знал. Он пользовался уважением, жил в комфорте, потому что Айгор заявил, что именно благодаря его помощи планета получила новое бесценное оружие; но вскоре Фрост убедился, что в практической работе он беспомощен, а c обязанностями истолкователя ему не справиться.
Он стал безобидной помехой, пенсионером - и сам это понимал.
И подземная жизнь начала действовать на нервы. Раздражал круглосуточный свет. Он испытывал беспричинный, порожденный невежеством страх перед радиацией, и никакие заверения Айгора не могли его развеять. Угнетающе действовала война. Его темперамент не позволял ему спокойно сносить вызываемое ей нервное напряжение. Он ничем не мог помочь в этой войне, страдал от недостатка общения, от собственной незанятости - и это только усугубляло его скверное настроение.
Как-то он забрел в рабочий кабинет Айгора и Элен, надеясь немножко поболтать, если они не очень заняты. Они не были заняты. Айгор расхаживал по комнате, Элен не сводила с него озабоченного взгляда.
Фрост откашлялся.
– Э-э... вижу, что-то случилось?
Айгор кивнул, бросил:
– Случилось, и много чего, - и снова закружил по комнате.
– Дело в том, - пояснила Элен, - что мы все еще проигрываем, даже несмотря на новое оружие. Вот Айгор и пытается сообразить, что можно еще предпринять.
– Ясно, - произнес Фрост.
– Прошу прощения.
И направился к выходу.
– Не уходите. Присаживайтесь.
Он послушался, попытался тоже придумать что-нибудь. Досадно все это, очень досадно!
– Боюсь, пользы в этом от меня немного, - сказал он наконец Элен. Жаль, нет с нами Говарда Дженкинса.
– Не думаю, что он бы помог, - отозвалась Элен.
– В наших справочниках собраны все новейшие земные достижения.
– Я не про это. Я имел в виду самого Говарда, из того мира, куда он отправился. Там, в его будущем, есть такая небольшая штуковина, именуемая бластером. Я понял, что это очень сильное оружие.