Рассказы
Шрифт:
– Ерунда!
– Но, милый, какое имеет отношение погода к тебе и ко мне? Какая разница - идет дождь или нет?
– Она робко приблизилась к нему и взяла под руну.
– Разве я ответственна за погоду?
– Думаю, что ты. Уходи, пожалуйста.
Она отошла от него, причесала вслепую волосы, проглотила слезы и решительно произнесла:
– Хорошо, я уйду. Но помни - ты можешь вернуться домой, если захочешь. И я буду ждать тебя.
– Она заколебалась на мгновение и неуверенно сказала.
– Может, ты поцелуешь меня на прощание?
Он никак не ответил ей - ни голосом, ни глазами. Она посмотрела на него, потом повернулась, неловко пошла к двери
Существо, которое он знал под именем Элис, не меняя своего облика вошло в комнату, где все они собрались.
– Нужно отказаться от этой программы. Я не в состоянии больше воздействовать на него.
Они ожидали этого, но все равно пришли в смятение. Гларун обратился к Главному Управляющему:
– Подготовиться к немедленному внедрению в избранную память воспоминаний о другой жизни.
Затем, повернувшись к Главному Исполнителю. Гларун сказал:
– Экстраполяция показывает, что в течение двух дней он совершит побег. И наша программа потерпела поражение из-за того, что Вы не обеспечили тогда дождь не только с фасада, но и с тыльной стороны его дома. Впредь работайте более тщательно над выбором средств.
– Если бы мы понимали мотивы его поведения, нам было бы проще.
– В моей должности доктора Хейварда я часто думал об этом, - отпарировал Гларун, - но если бы мы понимали мотивы, мы стали бы частью его. Воскресите в памяти Договор! Он и так почти вспомнил.
Существо, игравшее Элис, заговорило:
– Может, попробовать программу "Тадж Махал"? Она ему почему-то нравится.
– Вы уже уподобляетесь ему!
– Может быть. Я не боюсь. Так что, попробуем?
– Посмотрим.
Гларун продолжал отдавать команды:
– Держите структуры наготове до изменения программы. Нью-Йорк и Гарвардский университет уже не нужны. Начинайте очистку памяти. Вперед!
Операция "Кошмар"
– Тебе-то всего и нужно четыре очка... Бросай же!
– Спорю на интерес, что выброшу две двойки!
Никто не отозвался на предложение. Пожилой солдат побренчал костями в стакане и швырнул их о стенку гальюна. Один кубик сразу же лег двойкой кверху, другой продолжал кувыркаться. Кто-то заорал:
"Пятерка! Ей-Богу, пятерка! Ну, давай же, Фиб!"
Кубик остановился. Двойка. Пожилой солдат сказал:
– Я ж говорил, что со мной лучше не связывайся. Ну, кому еще охота заработать деньжонок на сигареты?
– Хватит, папаша! Мы не такие... Атас!!!
В дверях гальюна стояли человек в штатском, полковник и капитан. Штатский сказал:
– Верни деньги, Пистолет!
– О'кей, проф.
– Пожилой солдат вытащил две бумажки по доллару.
– А остальные - мои.
– Как бы не так, - возмутился капитан.
– Я конфискую все как вещественное доказательство. А вы, ребята...
Его прервал полковник:
– Майк, забудьте хоть на минуту, что вы адъютанта Рядовой Эндрюс, следуйте за нами.
Он вышел, остальные потянулись за ним. Они прошли через помещение клуба для рядового состава и оказались на плацу под яростным солнцем пустыни.
Гражданский сказал:
– Пистолет, какого черта...
– Чепуха, проф, попрактиковался немножко.
– А почему бы тебе не практиковаться с Бабулей Уилкинс?
Солдат засопел:
– Вы что, меня за дурака держите?
Вмешался полковник:
– Ты заставил дожидаться себя целую кучу генералов и других важных лиц. Вряд ли это свидетельствует о большом уме.
– Полковник Хэммонд, мне было приказано
дожидаться в клубе.– Но не в гальюне же. А ну, подтянись!
Войдя в помещение штаба, они оказались в холле, где часовые проверили их документы, прежде чем пропустить дальше. Какой-то штатский заканчивал вступительное слово: "...На этом можно и закончить рассказ об исторических опытах в университете Дьюка. А вот и доктор Рейнолдс вернулся. Сейчас он приступит к демонстрации..."
Офицеры сели в заднем ряду. Доктор Рейнолдс подошел к председательскому столу. Рядовой Эндрюс подсел к группе людей, державшихся особняком в толпе генералов и важных штатских, заполнявших комнату. В этой группе был человек, похожий на профессионального игрока (таковым он и был в действительности), сидевший рядом с двумя очаровательными рыжими девицами явно близняшками; за ними развалился на стуле негритенок лет четырнадцати, который, казалось, спал; еще дальше - в высшей степени бодрствующая миссис Энн Уилкинс вязала кружева, бросая быстрые взгляды по сторонам. Во втором ряду сидели студенты и весьма неряшливо одетый пожилой мужчина.
На столе лежали доска для игры в кости, колоды карт, альбомчики для рисования, счетчик Гейгера и свинцовая коробочка. Рейнолдс облокотился на стол.
– Внечувственные восприятия, или ВЧВ, - название, объединяющее ряд малоизученных явлений - телекинез, ясновидение, дальнослышание, умение предсказывать грядущие события, телепатию. Все они существуют. Мы умеем их измерять. Мы знаем, что некоторые люди обладают такими способностями. Но мы ничего не знаем о внутреннем механизме их действия. В Индии, во время первой мировой войны англичане обнаружили кражу военных секретов, произведенную с помощью телепатии.
– Видя на лицах аудитории недоверие, Рейнолдс добавил: - Нет ничего невероятного в предположении, что в данную минуту какой-нибудь шпион, находящийся от нас на расстоянии пятисот миль, извлекает из ваших умов сверхсекретную информацию.
Недоверие стало еще более явным. Генерал ВВС с четырьмя звездами произнес:
– Минуточку, доктор... Если то, что вы говорите, верно, какие меры предосторожности нам следует предпринять?
– Никаких.
– Это не ответ. Может быть, нужно обшить помещение листовым свинцом?
– Мы пробовали, генерал. Никакого эффекта.
– Глушение токами высокой частоты? Или еще что-то на частотах мозговых излучений?
– Возможно, хотя я и сомневаюсь. Если ВЧВ приобретут военное значение, вам придется иметь дело с теми фактами, которые точно установлены на данный момент. Однако вернемся к нашей программе. Эти леди и джентльмены в полной мере наделены даром телекинеза, то есть даром контролировать массу на расстоянии. Намеченный на завтра эксперимент может оказаться неудачным, но мы все же постараемся убедить неверующих, - он улыбнулся кому-то в заднем ряду, - что попытаться провести его все же стоит.
Мужчина в заднем ряду, на которого смотрел Рейнолдс, встал.
– Генерал Хэнби!
Один из пехотных генерал-майоров повернулся в его сторону.
– Да, доктор Уитерс?
– Я просил освободить меня от этой затеи. Мой письменный стол ломится от важнейших материалов, а подобные игры меня совершенно не интересуют.
Командующий генерал хотел было что-то ответить, но четырехзвездный гость положил руку ему на локоть.
– Доктор Уитерс, мой письменный стол в Вашингтоне, вероятно, загружен не меньше вашего, но я прибыл сюда по распоряжению Президента. Не будете ли вы добры остаться? Мне необходим взгляд скептика, чтобы корректировать собственные выводы.