Рассказы
Шрифт:
– Никакого волшебства. Он умирает от тоски в разлуке с тобой. Я обещал привести тебя к нему.
Она колебалась, в глазах - сомнение, затем ответила:
– Допустим, ты можешь; но почему я должна оставить свое почетное священное положение ради холодной пустоты этого сна?
Он мягко ответил:
– А что подсказывает тебе твое сердце, Эстелла?
Она поглядела на него в упор широко раскрытыми глазами, и, казалось, была готова разрыдаться. Затем бросилась на ложе и повернулась спиной. Произнесла сдавленным голосом:
– Оставь меня! Юноши нет, он только
На его уговоры она отвечала молчанием. В конце концов он прекратил попытки и ушел от нее с тяжелым сердцем.
Как только он вернулся, Говард тут же вцепился в него:
– Ну же, профессор? Удалось? Вы ее нашли?
Фрост устало опустился в кресло.
– Да, нашел.
– С ней все в порядке? Почему она не вернулась с вами?
– Чувствует она себя превосходно, но уговорить ее я не смог.
У Говарда был такой вид, точно ему влепили пощечину.
– Разве вы не сказали, что я ее жду?
– Сказал, но она не поверила.
– Не поверить вам?!
– Видите ли, она забыла большую часть этой жизни, Говард. Она думает, что вы - это ее сон.
– Невероятно!
Фрост выглядел даже более усталым, чем прежде.
– Вам не кажется, что пора уже перестать употреблять это выражение, сынок?
Вместо ответа Говард заявил:
– Доктор, вы должны отвести меня к ней!
Фрост, казалось, растерялся.
– Вы что, не можете?
– Вероятно, это удастся, если вы расстанетесь со своим неверием, но до тех пор...
– Неверие!.. Да я вынужден теперь верить! Давайте начинать.
Фрост не пошевелился.
– Я не уверен, что согласен с вами. Говард, там, куда отправилась Эстелла, совершенно другие условия жизни. Ее они устраивают, но не думаю, что если я соединю вас, то сделаю доброе дело.
– Почему? Она что, не желает меня видеть?
– Ну... думаю, хочет. Я уверен, она будет рада вас видеть, но там все по другому.
– Да плевать мне, как там все! Давайте отправляться.
Фрост встал.
– Хорошо, пусть будет, как вам угодно.
Он усадил молодого человека в кресло и уставился в его глаза. Заговорил - медленно, спокойным ровным голосом...
Фрост помог Говарду встать на ноги и привести себя в порядок. Дженкинс рассмеялся и стряхнул белую дорожную пыль с рук.
– Вот это грохнулся, Учитель. Ощущение такое, точно какой-то шутник вывернул из-под меня стул.
– Не следовало вас усаживать.
– Это уж наверняка.
– Он вытащил многозарядный пистолет из-за пояса и осмотрел его.
– К счастью, мой бластер стоял на предохранителе, а то выбираться бы нам сейчас из стратосферы. Ну, идем?
Фрост еще раз оглядел своего спутника: шлем, короткий военный кильт, на бедре - короткий меч в ножнах. Он моргнул и ответил:
– Да, да, конечно.
Когда они прошли городские ворота, Фрост заинтересовался:
– Вы знаете, куда мы идем?
– Да, разумеется. На виллу Звездочки в Роще.
– И вы знаете, что вас там ожидает?
– А-а, вы про наш спор. Я знаю местные обычаи, Учитель, и, заверяю вас, они не вызывают у меня отвращкения. Звездочка
и я понимаем друг друга. Она не из тех, про кого можно сказать "С глаз долой - из сердца вон". Но теперь, когда я вернулся из-за Последней Фулы [в античной географии - страна на самом краю света. Последняя Фула - приблизительно нечто, находящееся за пределами привычного мира], она оставит свой священный сан, мы обзаведемся домом и целой кучей пухленьких ребятишек.– Последняя Фула? Вы помните мой кабинет?
– Конечно... И Роберта, и Элен, и всех прочих.
– Его вы под Фулой и подразумеваете?
– Не совсем. Мне этого не объяснить, Учитель. Я - человек военный, практик. И все такие вопросы оставляю вам, жрецам и наставникам.
Они остановились у дома Эстеллы.
– Загляните, Учитель?
– Нет, полагаю, не выйдет. Мне пора возвращаться.
– Вам виднее.
– Говард похлопал его по плечу.
– Вы были настоящим другом, Учитель. Нашего первенца мы назовем в вашу честь.
– Спасибо, Говард. Прощайте - и счастья вам обоим!
– Вам также.
И он уверенно вошел в дом.
Фрост неторопливо побрел к воротам, множество мыслей роилось в голове. Казалось, нет конца различным комбинациям и изменениям, как материи, так и сознания. Марта, Роберт, Элен... а теперь Говард и Эстелла. Наверняка, можно разработать теорию, сводящую все происшедшее воедино.
Задумавшись, он споткнулся о плохо пригнанную плитку паркета и рухнул в кресло.
Фрост знал, что исчезновение пяти студентов будет трудно объяснить и поэтому никому ничего не сказал. Прошел уикэнд, прежде чем кто-то всерьез обеспокоился. В понедельник к нему на дом явился полисмен и начал задавать вопросы.
Ответы его ничего не разъясняли, так как Фрост, человек разумный, решил не рассказывать правды. Прокурор Округа почуял серьезное преступление, похищение, а то и групповое убийство. Или, не исключено, какой-нибудь культ любви - поди знай, чего от этих профессоров можно ждать!
Прокурор распорядился, чтобы к утру вторника был заготовлен ордер на арест. На задержание профессора отрядили сержанта Изовски.
Профессор вел себя спокойно и в черный фургон забрался без протестов.
– Послушайте, док, - сказал сержант, вдохновленный его смирением, почему бы сразу не признаться, куда вы их подевали? Знаете, мы же их все равно найдем, дело только во времени.
Фрост повернулся, посмотрел ему в глаза и улыбнулся:
– Времени?
– мягко произнес он.
– Ах, времени... да, там вы их найти сможете, во Времени.
Он прошел внутрь фургона, удобно уселся, закрыл глаза и мысленно настроился на необходимое состояние спокойной отрешенности.
Сержант поставил ногу на ступеньку, загородив массивным телом весь дверной проем, и достал блокнот. Кончив писать, он поднял глаза.
Профессор Фрост исчез.
Фрост собирался навестить Говарда И Эстеллу. Но, неожиданно, в самый критический момент подумал о Элен и Роберте. И, "приземлившись", оказался вовсе не в мире будущего, в котором побывал уже дважды. Он не мог понять, куда попал - похоже, на Землю, куда-то и КОГДА-ТО.