Прогулка в бездну
Шрифт:
— Но как ты узнал про коммандера той мобильной группы?
— Я просто не спускал глаз с Закираля. Благодаря его положению и способностям, ему не поручали ничего, что было связано с особым риском, но активно использовали для сбора данных и проверки их магических разработок. Именно поэтому, в отличие от других коммандеров, он довольно часто пересекался с иными мобильными группами, ну а я тщательно следил за всеми его передвижениями, не только отслеживая его связи, но и изучая его самого.
— Надеюсь, он не скоро узнает, как ты его использовал.
— Я думаю, что он вполне мог уже это понять. А если нет — я не собираюсь делать из этого секрета: рано или поздно, своим ли умом или с чьей-либо
— Ты намерен дать ему возможность войти в твою семью?!
— Если он выполнит мое условие, противодействовать ему в этом я не буду. Что значит Единственная для Даймона, я уже сумел понять. Да и с чувствами своей дочери играть не намерен. Но мы отвлеклись от темы: коммандер той мобильной группы оказался экземпляром не менее интересным, чем сам Закираль. Тоже алтар, отпрыск одной из Старших Ветвей Первой Сотни, тоже маг Хаоса с весьма впечатляющим потенциалом и со своим, весьма своеобразным взглядом на будущее Дарианы. Жаль, что когда я узнал о некоторых весьма интересных событиях его прошлого, его группу отозвали обратно, надеюсь, для разборок по провалу их операции с Ярангиром, а не за связь со светлой эльфийкой. И не за ту барышню, которую должен был найти по дороге к порталу твой Гадриэль.
— Чем больше я тебя узнаю, тем больше радуюсь, что между темными и демонами никогда не было серьезных противоречий.
— Спасибо, конечно, но мне кажется, ты несколько умаляешь свои заслуги. Твоя комбинация с будущими Магами Равновесия стала для нас всех полной неожиданностью. Не зная ничего о планах Даймонов в отношении юного княжича и светлоэльфийской принцессы, выстроить все лишь на одном предположении, что носитель Сути Равновесия обязательно окажется там, где события наиболее далеко отходят от правильного пути… Впрочем, когда я изучил летопись семейства Там'Арин до самых их корней, я сумел понять — риска не было никакого. Не это, так другое, но обязательно бы произошло. Но сделать это так, что никто и ничего не заподозрил… Это стоит того, чтобы наполнить бокалы еще раз.
Он легко, несмотря на свое большое и кажущееся грузным тело поднялся с кресла. Небрежно выхватил по пути из моей руки фужер, игру пламени на гранях которого я рассматривал во время нашего разговора, наблюдая за тем, как отблески огня накладываются на странные мысли, что неожиданно возникают в моей голове. Складываясь в картину, в которой каждое произнесенное имя, каждое событие находили свое место, словно кусочки гигантской мозаики, растянутой на несколько тысяч лет. И объемность того, что вставало перед моими глазами, пусть и не погребало мои тревоги под своей тяжестью, но делало их лишь мазками в этом полотне, давая понимание того, что как бы ни стыла кровь от мучающих меня сомнений — у меня есть только один выбор: идти вперед. Вновь и вновь терзаясь душой и пряча эту боль за ставшей не просто привычной — частью меня самого, маской. И другого пути не было, потому что все иные вели лишь к одному: гибели не только моей расы, но и всей Лилеи.
Новый, наполненный до краев алой жидкостью бокал оказался в моей руке раньше, чем я успел додумать эту мысль до конца. И был весьма своевременным: невозможность расслабиться хоть на мгновение натянуло нервы до предела и мне не хотелось бы демонстрировать слабость перед лицом правителя, который, несмотря на репутацию демонов, сумел завоевать не только мое уважение.
— С Ярангиром все более менее понятно: каким бы образом он не оказался здесь, его отец вряд ли будет против получить обратно меч с гранью души своего сына. А если при этом Олейору удастся найти коммандера…
— Кайлара.
— … коммандера Кайлара и передать ему привет от его
дочери, то можно считать, что пусть и не союзники, но те, на чью помощь можно хоть как-то рассчитывать, у них есть.— Все так и было бы, Элильяр, если бы не Асия. Мне кажется, что у нее несколько иные планы, которые связаны лишь с одной Лерой. И зная, что движет этой женщиной и каково ее отношение к тем, кого она здесь на Лилее назвала друзьями, я почти не сомневаюсь в провале задуманной тобой операции.
— Надеюсь…
Напряжение, что царило внутри меня, провалилось бездонной пропастью под моими ногами. И лишь тысячелетиями выпестованная выдержка не позволила мне вложить всколыхнувшийся в моей душе ужас в это восклицание. Ответом на который послужил твердый и спокойный взгляд, что больше чем иные слова придал мне ничем пока не обоснованной, но уверенности.
— Я, конечно, не светлоэльфийская Видящая, но могу предположить, что в самом скором временем все они, кроме самой Черной Жрицы и твоей невестки вернуться в Тарикон. Все остальные никак не могут повлиять на ее задумку, а рисковать их жизнями понапрасну она не станет.
— Ты мог сказать об этом и раньше.
— Не мог. Я сам узнал обо всем лишь прошлой ночью. Поэтому все, что я говорю, продолжает оставаться предположением, хоть и весьма вероятными.
— Тебе не кажется, что ты меня достаточно заинтриговал, чтобы я едва ли не начал молить тебя о пощаде?
Он довольно добродушно усмехнулся, потом на его лице расплылась улыбка, а в черных глазах запылал рассыпавшийся искрами огонь: похоже, он весьма наглядно представил эту картину.
— Это было бы весьма интересным зрелищем. Но в моем рассказе не было злого умысла, я лишь пытался дать тебе понять, что у тех игр, что ведут у нас Даймоны, слишком много подводных течений и личных мотивов, которые нельзя не учитывать, если мы не хотим проиграть заранее. А теперь, возвращаясь к Асие…
Вот только договорить ему не удалось. Охрана Аарона была не только предупреждена о гостях своего Повелителя, но и весьма жестко проинструктирована, что я мог понять по пути из портального зала в личные покои Арх'Онта, которые проделал максимально быстро и со всеми приличествующими моему положению почестями. Так что дверь в гостиную раскрылась без стука и в комнату вошли Властитель Тахар, который своими размерами ничем не уступал крупному, даже на фоне своих подданных, демону, и Алексер, на его фоне казавшийся едва ли не изящным.
Аарон бросил на меня быстрый взгляд, словно извиняясь за то, что не успел закончить фразу, и в его глазах мерцала странная грусть, словно еще раз убеждая меня в его искреннем сожалении.
И хотя, основное, ради чего я появился у демонов раньше, так и осталось для меня тайной, которую я надеялся все-таки узнать в самом скорейшем будущем, но и без того Арх'Онт сумел дать мне уверенность, которой мне в последнее время так не хватало. И это было для меня тем более важным, что вселять в свой народ то, чего ты сам не имеешь было практически невозможно.
И ни опыт правления, ни сроднившаяся со мной маска не могли дать того, что давала убежденность в том, что является не словами, а самим тобой. Не менее важным было и то, что эта поддержка нашла меня именно тогда, когда я остался фактически один, оказавшись в центре интересов передовых отрядов Даймонов, для которых мое уничтожение едва ли не открыло бы путь на Лилею.
Впрочем, вряд ли Повелитель этого не понимал и, возможно, я бы и остановился на этом мнении, если бы в течение всего дальнейшего общения время от времени не ловил на себе его взгляд. И когда я, откликаясь, падал в черные глубины его глаз, новая мысль все четче звучала внутри меня: в моей жизни появилось еще одно существо, которому я готов был доверить свою спину.