Чтение онлайн

Борис Сергеевич с сожалением погладил капот грузовика и еще раз просмотрел список деталей, необходимых для починки.

– Мы столько денег не наскребем, сынок, - тяжело вздохнул он.
– Даже если Гнедого запряжем и до рынка осенью дотащимся. У нас урожая такого не будет, чтоб продавать! Сам видал, какая тут земля. Изголодалась, милая, плохо родит.

– А трактор?
– Глеб не желал принимать поражение. Все, что он мог сделать с машиной, он уже сделал. Но загубленный мотор окончательно и безнадежно сдох. Оставалось либо чудо, либо поездка за запчастями в поселок.

– Да ты лучше меня знаешь,

что трактор не поможет.

– Надо бы в Давыдовку сходить, - предложил бывший адвокат Карпов. Попавший в какую-то подозрительную историю, он уже десяток лет жил в Белкове. Поговаривали - поначалу скрывался, а потом земля притянула. Осел, хозяйство завел.

– Что еще за Давыдовка?
– оживился Глеб.

– Вымершая деревня, - неохотно ответил Борис Сергеевич.
– Отсюда километров семь через болото. Жили там три-четыре семьи, и вдруг в один год все перемерли. То ли болезнь какая, то ли время им пришло. Плохое место.

– У них был автомобиль и гидравлический насос, - продолжал Карпов.
– Я к ним захаживал, видел.

– Растащили давным-давно все насосы, - проворчала тетя Вера, кормившая поросят.
– И вообще. Заразу какую-нибудь притащите оттуда, греха не оберемся.

– Я один пойду, - заявил Глеб.

– Вот еще!
– одернул Борис Сергеевич.

– Батяня, меня никакая зараза не возьмет!

– Эва, разошелся! Ты ж тропы не знаешь.

– Без машины мы пропадем зимой!

Опустилось тягостное молчание, только старый забор продолжал свой бесконечный спор с разыгравшимся ветром.

– Ладно, парень, валяй. Михалыч?

Карпов почесал бороду.

– Провожу, а как же. Кожемятова позовем - втроем сподручнее. А ты дома отогревайся со своим радикулитом.

В компании двух закаленных жизнью мужиков Глеб чувствовал себя не хуже, чем с Тамарой и бесхитростным Димкой. Шли осторожно, неспешно. Мужчины поначалу говорили каждый о своем хозяйстве, потом о рыболовных сетях и донках, затем разговор перекинулся на технику, и Глеб незаметно сделался лидером. На вопрос - откуда столько знаешь, он честно ответил, что был мотогонщиком на тотализаторе.

Тропа виляла среди кочек, а писклявое комарье тучей поднималось из травы, почуяв приближение людей. То и дело раздавались звонкие шлепки. Прихлопнув на себе несколько кровососов, Глеб не без удивления обнаружил повышенный интерес насекомых к своей персоне. Обычно мошкара и слепни на него не покушались. Даже пчелы на пасеке Бабаева держались подальше от странного тела.

Организм претерпевает изменения, я почти потерял над ним контроль, тревожно подумал он, наблюдая, как голодный комар впился в кисть руки. Видимо, это неизбежно, коли я открылся земле. Защита существует до тех пор, пока мозг полностью не адаптируется к человеческому образу жизни. Скоро моя капсула развалится окончательно. И тогда...
– он почувствовал легкий укол страха.
– Тогда состоится настоящее рождение. Жулавский считал, что творит альтернативную жизнь. Почему же он так и не понял очевидного? Он создал не жизнь, а альтернативное ее начало.

Спустя час Глеб стал замечать постороннее присутствие. Ощущение пришло от ужившегося в лабиринтах сознания "спутника", которого наука от бессилия перед лицом непознанного обозвала "шестым чувством".

– За нами кто-то идет, -

вполголоса произнес парень.

Мужики дружно оглянулись. Кожемятов молча снял с плеча ружье.

– Подождите... это кто-то из наших, - Глеб силился разглядеть субъекта в чаще леса. Образ мальчишки встал перед глазами, как наяву.
– Димка!
– сомнений не осталось.
– Димка, а ну выходи!

Пацан показался из-за кустарника. Натолкнувшись на суровый взгляд отца, он вобрал голову в плечи и бочком приблизился к мужчинам.

– Как это понимать?
– старший Кожемятов навис над сыном.

– Я с вами...
– промямлил Димка и с надеждой посмотрел на Глеба.
– Ладно?

Отказать ему не могли. Половина пути была пройдена, а оправлять пацана назад одного по болотной тропе отец не решился. Отвесив мальцу подзатыльник, он подтолкнул его вперед.

– Дома поговорим, топай... Но смотри у меня!

Обещание взбучки не произвело на мальчишку должного впечатления.

– Как я от вас спрятался, а!
– гордо заявил он, ухватив Глеба за руку. Ведь вы не заметили, да? Ведь не заметили! А я как Чингачгук.

– Нет, от Чингачгука ты существенно отличаешься, - серьезно ответил парень, но руку не высвободил.

– Почему?

– Потому что он никогда бы не поставил под удар мероприятие товарищей ради своих амбиций.

Мужики позади Глеба с удовольствием хмыкнули. Димка повесил нос.

Заброшенная деревня порождала тягостные ощущения. Глебу казалась, что за каждой дверью его ожидает след смерти. Фантазии были весьма банальными, но в одном из сараев разыгравшееся воображение продемонстрировало ему истлевший скелет. "Голым черепом" оказались разбитый глиняный кувшин, а "костями" ржавая проволока. Парень оборвал бестолковую игру с самим собой и мысленно обругал пацана, который взял моду каждый вечер требовать новую историю про призраков и инопланетян.

Поход в Давыдовку стал не напрасным. Пресловутый насос был обнаружен в целости и сохранности, а детали, снятые с небольшой автомашины, Глеб определил вполне подходящими для батяниного грузовика.

Мужчины аккуратно упаковывали находки по рюкзакам, когда издалека донесся сдавленный вскрик.

– Слыхали?
– насторожился Карпов.

– Димка!
– вскочил Кожемятов.

Крик не повторился.

– Он там!
– Глеб стремглав бросился за сараи, перемахнул через остатки забора, вломился в бурьян заросшего огорода и невольно застыл.

Бесспорно, голос раздался отсюда. Вот и следы: сломанный репейник, помятая лебеда. И всё. Пацан как сквозь землю провалился.

– Димка!
– побледневший запыхавшийся Кожемятов озирался по сторонам. Димка, кончай дурака валять!

– Ему больно, - выговорил Глеб. Чужая беда ворвалась в распахнутые земле и людям врата его существа.
– Сознание гаснет...

Он явственно ощутил в себе все, что испытывал в эту секунду ошеломленный паренек: боль, холод и страх, вдруг превратившийся из забавной игры в бесповоротную реальность.

Справа метался в поисках сына перепуганный отец. Глеб постарался сосредоточиться. Личина опасности не прорисовывалась в деталях, но интуиция взывала к осторожности. Он медленно переместился вперед и раздвинул руками колючие стебли... Ничего. Еще шаг. Второй...