Поиграем?
Шрифт:
Не выдержав, он в очередной раз быстро прошел к своей нише, скрываясь за дверью. По обычаю прошел в коридор уже в четвертый раз за этот день. Раздраженно открыв картину, он резко остановился, увидев включенный телевизор, что стоял напротив кровати. Раньше его не было. Тут же повернув голову вправо, он увидел и Скардино, что лежала на кровати и пилила меняющиеся картинки не особо то осознанным взглядом. Сердце моментально пропустило удар. Жива. Вполне в порядке. Лежит на кровати, а не на больничной койке с кучей проводов. Значит всё хорошо.
— Как
— Нормально, — протянула Аннабель, медленно повернувшись на другой бок. Слабо улыбнулась. Мысли путались.
— Что сказали в больнице? — изогнул он бровь, погладив ее по бедру, что скрывалось под тонким одеялом.
— В больнице сказали… что у меня сильный нервный срыв и вкололи мне очень много успокоительного, — медлительно проговорив некоторые слова почти по слогам. Они, кажется, давались ей с трудом. — Потому что я… впала в истерику… и пыталась пырнуть себя ножом.
— Зачем? — не понял Рэн
— Мне казалось, что я мертвая, — слабо посмеялась Скардино, — Думала, поможет очнуться.
Аррингтон помолчал. Шумно выдохнув, прошел языком по внутренней стороне щеки. Какая дрянь. У человека психика итак слабовата. А из-за его тупой мамаши и вовсе чуть все не полетело.
— А я, еще у меня было сильное переохлаждение и, кажется микроинфаркт, — нервно хихикнула Аннабель, положив обе ладони, под свою щеку. Ее большие глаза чересчур радостно блеснули.
— Скардино, прости, пожалуйста, — выдохнул Рэн, ощутив, как спазмом стянуло всю грудину. Видеть ее в таком состоянии оказалось до невозможности паршиво и неприятно. Понимать, что она заимела большие проблемы со здоровьем из-за его долбанной семьи вообще невозможно. — Это моя мать подстроила.
— Ну, ты, это же не твоя мать, — слабо проговорила Аннабель. Особых мыслей и эмоций в голове не было. Вообще никаких. Никаких сложных цепочек. Сил хватало только на что-то прямое. И по этой прямой логике вроде все было ясно. Он не Маргарет. Подстроила Маргарет. Значит, он не виноват. Бинго. — Ты меня наоборот спас. Спасибо.
— Не за что, — грустно хмыкнул Аррингтон, осматривая каждый сантиметр ее лица и тела. Она придет в себя абсолютно точно. По-другому не может быть.
— А мне в комнату принесли телевизор, — искренне поделилась Аннабель, — Там идет какая то дрянь.
— Зачем ты опустила наш рычаг вместо своего? — задал интересующий его вопрос Аррингтон. Он уже сто раз переиграл этот момент в своей голове. Не давал этого сделать. Нажал на ее рычаг первым, но этого не произошло. Ему не нужна была эта долбанная победа. Во первых, это нечестно. Во вторых, не хотелось лишний раз радовать мать.
— В знак благодарности, — расслабленно хмыкнула Скардино, — Подарок от меня. Я думала, что последний, — добавила она, и это было чистой правдой. В тот момент она была уверена, что жить ей осталось не больше пары часов. Вот такую вот реакцию выдал мозг. Может он тогда вспоминал бы о ней и помнил об этом прощальном подарочке.
Она вообще мутно помнила тот момент. Как и весь тот заплыв. Будто было сто лет назад. Все помнит, а заплыв как в тумане. Но рычаг она
запомнила. Она все решила. Она хотела опустить именно их рычаг и ни чей больше.В комнате повисло молчание. Рэн вновь не нашелся с ответом. Ему было отчетливо стыдно. Аннабель тем временем поднялась на трясущиеся руки. Тяжко выдохнула. Это оказалось почти непосильной задачей.
— Не вставай, — проговорил Аррингтон, смотря на это ужасающее зрелище. Как кошмарно осознавать, что еще вчера в человеке кипела жизнь и он вертел сальто на турнике, а сегодня он не может подняться, чтобы сесть. Скардино уперто продолжала свое занятие и таки смогла сесть на мягкое место, чуть придвинувшись к парню. Устало вздохнув, она протянула к нему руки для объятий. Дальше пусть сам. Она уже не может. Рэн слабо улыбнувшись, сразу же придвинулся к ней, крепко прижав к себе.
— Мне кажется, будто меня сварили, — произнесла Аннабель, полностью облокотившись на него, опустив голову на грудь.
— У тебя просто температура, — тихо проговорил Рэн, поцеловав ее в лоб, сжав руки на таком хрупком сейчас теле, еще сильнее.
— Кто тебя побил?
— Никто, — усмехнулся Аррингтон. Это был равный бой. Он в нем почти выиграл.
За окном прогремел очередной раскат грома. О стекло ударилась ветка, создавая резкий и неприятный звук. Аннабель даже не обратила на него внимания. Разум работал медленно.
— Неделя испытаний прервалась, — посмеялась она, когда в комнате мигнул разряд молнии.
— Для тебя она вообще уже закончилась, — глубоко вздохнул Рэн. Теперь от неё опять пахло ванилью и яблоком, а не водой и водорослями. Сейчас она была теплая.
— Неправда, — прошептала Скардино. Родители не позволят ей валяться без дела. Восстановиться и снова в бой. Она важный игрок. Решающая битва.
— Меня достали эти сраные выборы, — закатил глаза Аррингтон. Скорее бы это все уже закончилось. Он уже ненавидит это поганое все. Ему уже даже в бар не хочется. Всё равно не помогает.
Аннабель промолчала. Отстранилась, подняв на него лицо.
— Снимай свои штанишки и рубашку, и ложись ко мне, — проговорила она и улыбнувшись, практически упала обратно на свои подушки. Рэн усмехнулся, качнув головой. Точно придет в себя. Даже под таблетками в своем репертуаре. Ну, да ладно. Сейчас он подчинится этому чудному приказу. Ему не сложно.
Раздевшись, он выключил свет. Прилег на свое привычное место на мягкой кровати, сгребая девушку к себе. Та обняв его живот одной рукой, прилегла на грудину, расслабленно вздохнув. Так было гораздо лучше и спокойнее. Аррингтон тоже ощутил это. Его, наконец, отпустило.
— Расскажи что-нибудь, — тихо произнесла Аннабель. Этот паршивый телевизор все равно бесил ее. Неинтересно. Просто не хотелось оставаться в тишине.
— Что, например? — хмыкнул Аррингтон
— Не знаю, мне без разницы, — пожала она плечами, выбрав себе точку на его руке, смотря только туда.
— Могу рассказать историю, как в детстве сломал ногу и 2 дня не говорил об этом, потому что был обижен, — усмехнулся Рэн, не вспомнив больше вообще ничего. Сразу после просьбы что-то рассказать в голове образовался вакуум.