Чтение онлайн

Барражировавший над нами красный огонёк дрона опустился на одну из машин. Чёрные тени мелькнули в свете фар, из дождя возникли громоздкие силуэты бойцов в полной экипировке.

— Руки держать на виду!

— Не стреляйте! — воскликнула Алиса.

— Решили в догонялки поиграть? — осведомился один из них сквозь маску, наставив на меня оружие почти в упор. — Откуда боевой имплант?

Собака глухо зарычала.

— Оскар, спокойно, — вполголоса обратилась я к собаке.

— Что в машине?! — приглушённо рявкнул боевик, нависая надо мной. — Кого везёшь?!

— Никого, мы тут одни, — ответила

— На таких скоростях «просто» не ездят! — заметил боец. — Оружие для противника? Боеприпасы?

— У нас ничего нет, мы просто пытаемся выжить.

— Хатчинс, проверь машину! — скомандовал он, и один из закатанных в броню силуэтов двинулся к торчащей из канавы корме стального зверя. — «Сфера», режим приманки метрах в ста отсюда.

Загудели лопасти, едва слышные на фоне работавших двигателей. Подпрыгнул в воздух беспилотник, замер на мгновение, а затем перескочил сквозь стену дождя и завис над дорогой. Замигали разноцветные огни – белый, синий, красный, зелёный, и дальше по кругу, замолотили воздух во всю мощь винты, слышные даже отсюда…

— Дохляки в зоне видимости, сэр! — крикнул кто-то из темноты, и один из ярких лучей метнулся в сторону, выхватывая из плотной дождевой завесы обочину.

В пульсирующем свете появились два оборванных мертвеца – и тут же с гортанным воем кинулись вперёд. Грохотнула короткая пулемётная очередь, скашивая обоих, и эхо было моментально проглочено шумом дождя.

Хатчинс тем временем отодвинул полурасстёгнутый брезент и бегло оглядел внутренности «Райно».

— Сумку сюда! — Перед моим лицом возникла рука в зелёной перчатке.

Я медлила, лихорадочно соображая, что делать дальше. В сумке пистолет. Отдать её? Или достать оружие и использовать по назначению единственный патрон? Этот здоровяк не похож на военного, но упакован на совесть – полный шлем, жилет, бронепластины. Единственный выстрел должен быть метким и точным, но вот что делать с остальными – я не представляла…

Прожектор сделал ещё один резкий вираж, озаряя заражённого возле угла какого-то строения. Вновь заговорил пулемёт, опрокидывая тело на мокрый асфальт, а следом второй прожектор метнулся совсем в другую сторону, на бетонную ограду с высаженными вдоль неё деревцами, из-за которых выбрался ещё один доходяга.

А вот и оно – секундное замешательство. Лёгкий поворот головы – боец прямо передо мной отвлекается, а я, ведомая рефлексом, изо всех сил бью его ногой по колену, одновременно хватая за шею мехапротезом того, что сбоку. Пистолет уже был в моей руке, упираясь в стык между шлемом и композитным наплечником. Попав в болевой захват, боевик отделял меня от слепящих фар.

— Оружие на землю! — заорали из темноты.

— Сами кладите! — как можно громче рявкнула я, пытаясь разглядеть бойцов в непроглядной мгле. — Я стреляю лучше, чем любой из вас!

Показалось, что они растерялись на краткий миг, не ожидая подобного развития событий.

— Мы не желаем никому зла, просто дайте нам уйти! — попыталась я закрепить успех.

— Спокойствие, парни! — вскинув руку с автоматом, обратился к сослуживцам взятый крепким захватом боевик – видимо, их старший. — И ты тоже успокойся и не усугубляй своё положение. Пистолет положи, и поговорим.

Вполоборота повернувшись

— Алиса, будь всё время у меня за спиной и не высовывайся!

Про собаку, похоже, все позабыли, а она тем временем с полным пониманием ситуации держалась рядом.

— Да ты самоубийца, как я погляжу? — процедил офицер в сантиметрах от моего лица. — Жить надоело?

— Тебе-то какая разница? Прикажи своим, чтобы дали нам уйти, но сначала пушку на землю! — Я посильнее вдавила дуло в шею, и боевик медленно, нехотя опустил автомат на асфальт. — Мы вам не враги, но и убить себя так просто не дадим!

— Для базаров уже поздно, детка, — прошипел офицер. — Ты теперь гарантированный труп. Если сейчас же отпустишь меня, девчонку мы пощадим…

Краем глаза отмечая канаву, я медленно пятилась вдоль неё под прицелами полудюжины стволов. Алиса, спрятавшись за нас с офицером, не отставала. Я с трудом удерживала хватку – боец был на голову выше меня. Из-за плотной стены обложного дождя доносились взрыкивания и хрипы – гости были на подходе.

— Ты прав, сейчас не до разговоров, но ты не в том положении, чтобы диктовать условия, — сказала я. — У вас есть настоящий враг – вот с ним и воюйте. А мы с вами сейчас разойдёмся, как в море корабли. Мы пойдём по своим делам, а вы – по своим. И никто ни в кого стрелять не будет. Идёт?

Молчание было мне ответом.

— Ну, что будем делать? — вполголоса спросила я, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Подождём, пока нас сожрут? Или ты всё же прислушаешься к доводам разума?

Ещё одна автоматная очередь полоснула серую дымку, в стороне с влажным плеском в лужу рухнуло тяжёлое. Сердце заходилось галопом, я чувствовала спиной Алису, которая дрожала от мокрого холода и нервного напряжения, прячась за меня. Лучи прожекторов бегали из стороны в сторону, выхватывая из полутьмы всё новые оскаленные лики смерти. Коротко стрекотали автоматы – не по нам, куда-то мимо.

— Командир, здесь становится горячо! — крикнул чёрный силуэт с крыши одной из машин. — Я думаю, их можно отпустить! Всё равно не жильцы!

— Хорош в рожу светить! — огрызнулся офицер на невидимого сослуживца, и сразу же слепящий луч ушёл в сторону.

— Валите, — сказал он. — Ты, похоже, с подготовкой, но у вас нет шансов выжить. У девчонки – точно.

— Мы попробуем, — ответила я и разжала хватку.

— У вас десять секунд, чтобы исчезнуть, пока я не передумал, — с гробовым спокойствием сообщил боевик.

Ухватив Алису за руку, я нырнула в переулок, и мы со всех ног кинулись по брусчатке в темноту. Взревели отдаляющиеся двигатели. Девочка тяжело дышала, разбрызгивая лужи и еле поспевая за мной, рядом рысью бежала собака, а сзади громыхали пулемётные очереди и отрывистые выстрелы. Видимость была почти нулевой, дождь застилал глаза, и нашим ориентиром был железный забор слева и каменная стена справа, бегущие мимо…

Отрывисто гавкнув, Оскар перегородил нам дорогу и застыл, а мы чуть не полетели через него кубарем. Он стоял, смотрел в темноту и рычал. Напрягая с трудом привыкающие к темноте глаза, я едва различала какие-то смутные силуэты, колышущиеся в узком переулке. Кажется, идут навстречу. На выстрелы, которые, отдаляясь, ещё разрывали воздух далеко позади.