Чтение онлайн

– Капитан-торпедир Хэнтауту, вы что – охренели?!

– Капитан Наллаурх! Это вы охренели, янрирр! Прямое неподчинение? Пожелали в беспочетную ссылку, на Мефисс или Шокхагу? Или на тот же Троктарк, благо он рядом… прямо сейчас, в спасательном модуле, с суточным запасом провианта?!

– Предпочту Суд справедливости и силы… если вы понимаете, о чем речь.

Хэнтауту оскалился.

– У нас, кхэри, свои представления о справедливости, силе и способах судопроизводства… если вы понимаете, о чем речь.

– Янрирры, остановитесь, – попробовал вмешаться второй навигатор. – Сейчас не лучшее время…

– Заткнитесь, Оккиорн, – лязгнул Наллаурх. – Для исполнения приказа есть все условия,

целься и пали… корабль болтается на прицеле у этелекхов… с минуты на минуту начнутся танцы со стрельбой… а капитан-торпедир счел за благо погрузиться в люгер и дезертировать!

Даже юнец Этунварнарк подал обиженный голос из своего угла:

– Этелекхи были бы счастливы видеть все, что здесь происходит…

Похоже, объяснений было все же не избежать.

– Второй навигатор, ко мне, – приказал Хэнтауту.

Оккиорн настороженно, боком, словно ожидая какого-то подвоха, приблизился к нему и замер на почтительном расстоянии.

– Не хотите поразвлечься? – спросил каптор.

– Благодарю, я на сегодня уже достаточно развлекся, – деликатно заметил Оккиорн.

– В жизни всегда должно быть место маленьким удовольствиям, – возразил Хэнтауту, понемногу исполняясь внутренней уверенности. – Слабостям следует потакать… Первый навигатор… янрирры… я не обязан перед вами отчитываться, но соображения высшей целесообразности вынуждают меня отступить от флотских правил. Нужно кое-что забрать с этой огромной… гм… дуры до того, как начнется стрельба. Это важно, это в стратегических интересах Эхайнора. К тому же… несмотря на готовность всех торпед… я не до конца уверен, что нам удастся нанести Цели-один непоправимый урон, и вы знаете, почему. – Оккиорн сделал протестующий жест, а Наллаурх, потемнев лицом, шагнул вперед. – Не перебивать! Иллюзии – самое позорное, что может позволить себе Истребитель Миров!.. Между тем я имею категорический приказ гранд-адмирала, который исключает всякую вероятность того, что этелекхи получат то, за чем они здесь. Домысел, будто их интересуют штурм-крейсеры, есть одна из постыдных иллюзий – у них этого добра и без нас навалом! Они здесь ради того, что мы называем Цель-один. Они жаждут ее выпотрошить! Между тем как наша задача намного сложнее: забрать свое и не отдать чужое… Второй навигатор, через четверть часа жду вас и два дежурных палубных расчета на борту люгера. В боевой выкладке: возможен огневой контакт с противником.

– Как прикажете, янрирр, – промолвил Оккиорн без большого энтузиазма. – Третий навигатор, займите мой пост.

– Слушаюсь, янрирр, – потерянно отозвался Этунварнарк, которому ситуация совершенно не нравилась своей непредсказуемостью.

– Первый навигатор, не желаете принести извинения? – на всякий случай спросил Хэнтауту.

– Охотно, капитан-торпедир, – стиснув зубы, ответил Наллаурх. – Когда – и если! – вернетесь на главный пост.

«Когда я вернусь, то первым долгом разочтусь с тобой за непочтение, сволочь высокородная, – подумал Хэнтауту, со всевозможным проворством покидая помещение. – Но в одном ты прав: когда… и если».

Он все рассчитал.

У него все получится.

И вашим и нашим.

И гарантированное благорасположение всех заинтересованных лиц.

Только бы этелекхи не преподнесли сюрпризов.

Хотя с какой стати? Они, со своей этикой, такие предсказуемые…

Поравнявшись с приоткрытой дверью кают-компании, где свободные от вахты унтер-офицеры в нарушение боевого регламента развлекались игрой в кости, бросил на ходу:

– Янрирры, есть желающие пострелять по движущимся мишеням?

– С готовностью, янрирр каптор, – услышал он позади себя.

Тусклые глаза-пуговицы. Тусклая физиономия, все что ни на есть самое тусклое.

– С

готовностью, – повторил научный офицер Диридурн суконным голосом.

Оператор астероидного тральщика «Пиранья» Абульхайр Мухаммад ибн Халид Сайяд аль-Камараи славился скверным, неуживчивым характером, за что и получил от товарищей прозвище «Шерир», что по-арабски означало «Злыдень».

Среди его недостатков числилась также и безоглядная отвага. Он пребывал в постоянной готовности собрать все наличествующие неприятности на свою задницу. Всякий раз, когда возникала нужда в добровольцах для рискованных операций, первым со словами «на все воля Аллаха…» вызывался Шерир. И не потому, что специально искал смерти или как-то уж чересчур стремился облачиться в зеленые шелка, побродить по жемчужной гальке и тронуть трепетной рукой золотые кирпичи райских стен (хотя справедливости ради стоило заметить, что с женщинами у Шерира не клеилось и внимание волооких гурий ему не помешало бы).

Создавалось впечатление, что он таким образом постоянно испытывал себя на излом.

Для чего это было ему нужно, никто не знал, а сам он никогда не отвечал на вопросы, к делу не относящиеся.

По счастью, на его профессиональных качествах этот недостаток никак не сказывался. Да, Шерир лез в самое пекло, но не терял головы и всегда знал обратную дорогу. За все время работы в Поясе астероидов он повредил свою «Пиранью» один только раз, и то не сильно и не по своей вине. На подходах к орбитальной базе Шерир подставил борт тральщика под шальной камень, летевший со всей дури в оранжерейный комплекс. Сделал это осознанно и расчетливо, чтобы удар пришелся вскользь, между тем как на развертывание силового поля времени не оставалось, да и в непосредственной близости от обитаемых конструкций это причинило бы не в пример больший ущерб, чем паршивый обломок древней безымянной планеты.

Шерир действительно был одним из лучших в своем деле, если не самым лучшим. Кому могло понадобиться ранжировать такое и выставить оценки?

Поэтому он сразу же вызвался лететь к Иблису на рога, как только об этом объявили по внутренней сети концерна «Равикович Экстратерристриал».

– Шерир, – внушительно сказал начальник орбитальной базы Карим Сахрауи, – это не то, что ты привык делать. Это чрезвычайно опасно.

– На все воля Аллаха, – сдержанно ответил тот.

Помолчав, Карим Сахрауи уточнил:

– Это зона военных действий.

– Мне нечем стрелять, – пожал плечами Шерир. – Но я смогу защищаться. Это далеко?

– Своим ходом ты будешь добираться туда месяц. Тебя и «Пиранью» доставит гравибустер-беспилотник. Это займет час с небольшим.

– Хорошо.

– С тобой будет сопровождающий – инспектор Департамента оборонных проектов.

– Никогда не слышал о таком. Но хорошо, что будет сопровождающий. Кто-то должен объяснить, что я должен тралить.

– Ты знаешь, почему тебя выбрали?

– Потому что я лучший.

– Нет. Потому что ты один из лучших и у тебя нет родных. Нуреддин и Ахмет Эргювенч не летят.

– Это хорошо. У Нуреддина молодая жена, а у Ахмета столько детей, что он сам путается.

– Через сорок минут к тебе присоединится Маркус Мканьяна и его «Каскавелла».

– Это плохо.

– Я знаю, что вы не ладите, – сказал начальник базы, а про себя подумал: «Но я не знаю никого, с кем ты ладишь». – Маркус хороший оператор, и он совершенно один в этом мире, как и ты. – Выдержав многозначительную паузу, добавил: – И мне обещали, что никто не собирается лишать вас обоих шанса изменить эту ситуацию к лучшему, когда вернетесь.