Чтение онлайн

— Завязали въ простыню?

— Сд?лалъ ему что-то въ род? м?шка. Прекрасное было средство угомонить и напугать этого болвана: выл?зти изъ м?шка ему было бы трудно, чортъ побери. Милый Кемпъ, что вы уставились на меня, какъ будто я совершилъ убійство? У него в?дь быль револьверъ. Если бы онъ меня хоть разъ увид?лъ, онъ могъ бы описать меня…

— Но все же, — сказалъ Кемпъ, — въ Англіи, въ наше время! И челов?къ этотъ былъ въ своемъ собственномъ дом?, а вы… Ну да, вы обкрадывали его.

— Обкрадывалъ! Чортъ знаетъ что! Еще того не доставало, чтобы вы назвали меня воромъ. Но вы, конечно, не такъ глупы, Кемпъ, чтобы плясать по старинной дудк?. Разв? вы не понимаете моего положенія?

— А также и его положенія! — сказалъ Кемпъ.

Невидимый вскочилъ.

— Что вы хотите этимъ сказать?

Лицо Кемпа сд?лалось немного жесткимъ. Онъ хот?лъ что-то сказать, но удержался.

— Въ конц? концовъ, — зам?тилъ онъ, — оно и д?йствительно было, пожалуй, неизб?жно: положеніе ваше было безвыходно. А

все-таки…

— То-то и д?ло, что безвыходное, дьявольски безвыходное! А онъ къ тому же разозлилъ меня: гонялся за мной по дому съ этимъ дурацкимъ револьверомъ, запиралъ и отпиралъ двери. Этакій несносный! Вы в?дь не вините меня, не правда ли?

— Я никогда не виню никого, — сказалъ Кемпъ, — это совс?мъ вышло изъ моды. Что же вы стали д?лать потомъ?

— Я былъ голоденъ; внизу нашлась коврига хл?ба и немного прогорьклаго сыру, бол?е ч?мъ достаточно чтобы насытиться. Я выпилъ немного водки съ водою и прошелъ мимо своего импровизированнаго м?шка, — онъ лежалъ совс?мъ неподвижно, — въ комнату со старымъ платьемъ. Она выходила на улицу, и окно было зав?шено кружевной, коричневой отъ грязи, занав?ской. Я выглянулъ. На двор? былъ яркій день, — по контрасту съ коричневой тьмою мрачнаго дома, гд? я находился, день осл?пительно яркій. Шла оживленная торговля. Тел?ги съ фруктами, извозчики, ломовикъ, тачка рыбнаго торговца. Я обернулся къ темнымъ шкафамъ позади себя, и въ глазахъ у меня заплавали пестрыя пятна. Возбужденіе мое см?нялось яснымъ сознаніемъ своего положенія. Въ комнат? носился легкій запахъ бензина, служившаго, в?роятно, для чистки платья. Я началъ систематическій обзоръ всего дома. По видимому, горбунъ уже довольно долго жилъ одинъ. Это было существо очень любопытное… Собравъ все, что могло мн? пригодиться, въ кладовую стараго платья, я сд?лалъ тщательный выборъ. Нашелъ дорожную сумку, которая показалась мн? вещью полезной, пудру, румяна и липкій пластырь. Сначала я думалъ выкрасить и напудрить лицо, шею и руки, чтобы сд?лать себя видимымъ, но неудобство этого заключалось въ томъ, что для того, чтобы опять исчезнуть, мн? понадобился бы скипидаръ, н?которыя другія вещи и довольно много времени. Наконецъ я выбралъ довольно приличный носъ, немного см?шной, правда, но не особенно выдающійся изъ большинства челов?ческихъ носовъ, темные очки, бакенбарды съ прос?дью и парикъ. Б?лья я не могъ найти, но его можно было купить впосл?дствіи, а теперь пока я завернулся въ коленкоровыя домино и б?лыя кашемировые шарфы; башмаковъ также не нашелъ, но сапоги на горбун? были просторные и годились. Въ конторк? въ лавк? было три соверена и шиллинговъ на тридцать серебра, а въ запертомъ шкафу, который я взломалъ, восемь фунтовъ золотомъ. Обмундированный такимъ образомъ, я могъ теперь снова я виться на св?тъ Божій. Но тутъ напала на меня странная нер?шительность. Была ли, въ самомъ д?л?, прилична моя наружность? Я осмотр?лъ себя со вс?хъ сторонъ въ маленькое туалетное зеркальц?, стараясь отыскать какую-нибудь упущенную мною щелку. Я былъ чудёнъ въ театральномъ дух?,- какой-то театральный нищій, — но физической невозможности не представлялъ. Набравшись см?лости, я снесъ зеркальце въ лавку, опустилъ шторы и со вс?хъ возможныхъ точекъ зр?нія осмотр?лъ себя въ трюмо. Н?сколько минутъ собирался я съ духомъ, потомъ отперъ дверь лавки и вышелъ на улицу, предоставляя маленькому горбуну выбираться изъ простыни по своему усмотр?нію. Казалось, никто не обратилъ на меня особеннаго вниманія. Посл?днее затрудненіе было, повидимому, превзойдено.

Онъ опять остановился.

— А горбуна вы такъ-таки и оставили на произволъ судьбы? — спросилъ Кемпъ.

— Да, — сказалъ Невидимый. Не знаю, что съ нимъ сталось. В?роятно, онъ развязалъ м?шокъ или, скор?е, разорвалъ его: узлы были здоровенные.

Онъ замолчалъ, подошелъ къ окну и началъ смотр?ть въ него.

— Что же произошло, когда вы вышли на Стрэндъ?

— О, опять разочарованіе. Я думалъ, что мои невзгоды пришли къ концу, что въ практическомъ отношеніи и получилъ теперь возможность д?лать все, что бы не вздумалось, р?шительно все, только бы не выдать своей тайны. Такъ я воображалъ. Что бы я ни сд?лалъ, какія бы не были посл?дствія этого, — было для меня безразлично; стоило только сбросить платье и исчезнуть. Никто не могъ задержать меня. Деньги можно было брать, гд? придется. Я р?шилъ задать себ? великол?пный пиръ, поселиться въ хорошей гостиниц? и обзавестись новымъ имуществомъ. Самоув?ренность моя не им?ла границъ; не особенно пріятно вспоминать, какъ я былъ осломъ. Я пошелъ въ трактиръ и уже заказывалъ себ? завтракъ, какъ вдругъ сообразилъ, что не могу ?сть, не обнаруживъ своего невидимаго лица. Я кончилъ заказывать завтракъ, сказалъ лакею, что вернусь черезъ десять минутъ, и ушелъ взб?шенный. Не знаю, были ли вы когда-нибудь обмануты въ своемъ аппетит?, Кемпъ.?

— Не до такой ужъ степени, сказалъ Кемпъ, — но могу себ? это представить.

— Я готовь быль просто искромсать вс?хъ этихъ тупоумныхъ дьяволовъ. Наконецъ, совс?мъ обезсил?нный жаждой вкусной пищи, я зашелъ въ другой трактиръ и спросилъ отд?льную комнату. «Я изуродованъ», сказалъ я, «получилъ сильные ушибы». Лакеи посмотр?ли на меня съ любопытствомъ, но, конечно, это ихъ не касалось, и завтракъ мн? подали. Онъ былъ не особенно хорошъ, но я на?лся до-сыта и, когда кончилъ, закурилъ

сигару и сталъ обдумывать планъ будущихъ д?йствій. А на двор? начиналась вьюга. Ч?мъ больше и размышлялъ, Кемпъ, т?мъ ясн?е мн? становилось, какую безпомощную нел?пость представляетъ невидимый челов?къ въ холодномъ и сыромъ климат?, въ многолюдномъ, цивилизованномъ город?! Передъ совершеніемъ своего безумнаго опыта я мечталъ о всякихъ преимуществахъ. Теперь все мои мечты, казалось, разлет?лись въ прахъ. Я перечислилъ въ голов? вс? вещи, какихъ можетъ желать челов?къ. Конечно, невидимость д?лала возможнымъ ихъ достиженіе, но пользованіе ими она д?лала невозможнымъ. Честолюбіе? Какой толкъ въ высокомъ званіи, если вы не можете въ немъ появляться? Камой толкъ въ любви женщины, если имя ея непрем?нно будетъ Далила? Я не им?лъ никакого вкуса къ политик?, къ подонкамъ изв?стности, къ филантропіи, къ спорту. Что же мн? было д?лать? Такъ вотъ для чего я обратился въ завернутую тряпками тайну, въ забинтованную и запеленатую карикатуру на челов?ка!

Онъ замолчалъ и, судя по поз?, смотр?лъ въ окно.

— Но какъ вы попали въ Айпингъ? спросилъ Кемпъ, стараясь, во что бы то ни стало, поддержать разговоръ,

— Я по?халъ туда работать. У меня была одна надежда; это была смутная мысль, она есть у меня и теперь, но теперь она созр?ла вполн?: вернуться назадъ! Поправить сд?ланное, когда понадобится; когда совершу невидимо все то, что хочу. Объ этомъ-то, длиннымъ образомъ, мн? и нужно теперь съ нами поговорить.

И вы прямо по?хали въ Айпингъ?

— Да. Только добылъ свои три тома зам?токъ, и чековую книжку, запасся б?льемъ и вс?мъ необходимымъ, заказалъ химическія снадобья, посредствомъ которыхъ думалъ привести въ исполненіе свою мысль (покажу вамъ свои вычисленія, какъ только получу книги), и вы?халъ. Боже, какая была метель, и какихъ хлопотъ мн? стоило не давать таявшему сн?гу вымочить мой картонный носъ!

— Наконецъ, — сказалъ Кемпъ, — третьяго дни, когда васъ открыли, судя по газетамъ, вы н?сколько…

— Да, я «н_?_с_к_о_л_ь_к_о»… Покончилъ, что ли, я этого дурака-полицейскаго?

— Н?тъ, — сказалъ Кемпъ, — говорятъ, онъ выздоров?етъ.

— Ну, значитъ, ему особенно повезло. Я совс?мъ вышелъ изъ себя. Что это за дураки! Что они ко мн? привязались? Ну, а болвана-лавочника?

— Никакихъ смертей не предвидится, — сказалъ Кемпъ.

— Что касается моего бродяги, — сказалъ Невидимый съ непріятнымъ см?хомъ, — это это еще неизв?стно. Боже мой, Кемпъ, люди, подобные вамъ, не понимаютъ, что что значитъ б?шенство. Работать ц?лыми годами, составлять планы, замыслы и потомъ встр?тить на своемъ пути безмозглаго, безтолковаго идіота, который путаетъ вс? ваши д?ла! Вс? сорта дураковъ, какіе только можно себ? вообразить, и какіе когда-либо существовали, были посланы, чтобы ставить мн? палки въ колеса! Еще немного — и я совс?мъ ошал?ю и начну косить ихъ направо и нал?во. Ужъ и теперь, благодаря имъ, положеніе мое стало въ тысячу разъ трудн?е.

— Ну, — сказалъ Кемпъ, косясь въ окно, — что же мы теперь предпримемъ?

Онъ придвинулся ближе къ гостю, чтобы не дать ему зам?тятъ троихъ людей, поднимавшихся вверхъ по холму, — поднимавшихся, какъ показалось Кемпу, съ невыносимой медленностью.

— Что вы нам?ревались д?лать, отправляясь въ Портъ-Бордокъ? У насъ былъ какой-нибудь планъ?

— Я нам?ревался удрать отсюда, но съ т?хъ поръ, какъ встр?тилъ васъ, планъ этотъ н?сколько изм?нился. Мн? казалось разумнымъ теперь, когда погода потепл?ла и невидимость стала возможной, пробраться на югъ. Главнымъ образомъ потому, что моя тайна открыта, и зд?сь вс? будутъ высматривать маскированнаго и забинтованнаго челов?ка. Отсюда в?дь есть пароходное сообщеніе съ Франціей? Я думалъ с?сть на пароходъ и рискнуть переправой. Изъ Франціи я могъ бы добраться по жел?зной дорог? до Испаніи или у?хать въ Алжиръ. Это было бы нетрудно. Тамъ можно навсегда остаться невидимымъ и все-таки жить и д?лать разныя вещи. Бродягу этого я употребилъ, просто, въ качеств? носильщика багажа въ то время, пока не р?шилъ еще, какъ устроить, чтобы за мной выслали книги и вещи.

— Это ясно.

— И вдругъ этой грязной скотин? вздумалось обокрасть меня! Онъ припряталъ мои книги, Кемпъ! Нав?рное, припряталъ… Коли мн? только удастся его поймать!..

— Лучше всего сначала добыть отъ него книги.

— Но гд? онъ? Разв? вы знаете?

— Онъ въ городскомъ полицейскомъ участк? запертъ, по своей собственной просьб?, въ самую кр?пкую тюремную камеру, какая только тамъ есть.

— Мерзавецъ! — сказалъ Невидимый.

— Но это немного задерживаетъ исполненіе вашихъ плановъ.

— Намъ надо добытъ книги; книги существенно необходимы.

— Конечно, — сказать Кемпъ немножко нервно: снаружи ему какъ будто послышались шаги, — конечно, намъ нужно добытъ книги. Но это будетъ не трудно, разъ онъ не будетъ знать, что он? для васъ.

— Н?тъ, — сказалъ Невидимый и задумался.

Кемпъ старался что-нибудь выдумать, чтобы поддержать разговоръ, но Невидимый заговорилъ самъ.

— То, что я попалъ къ вамъ, Кемпъ, — сказалъ онъ, — м?няетъ вс? мои планы, потому что вы челов?къ понимающій. Несмотря на все, что случилось, несмотря на эту огласку, потерю книгъ, все, что я вытерп?лъ все же остаются великія, громадныя возможности… Вы никому не говорили, что я зд?сь? — спросилъ спросилъ онъ внезапно.