Чтение онлайн

– Не передумал.

– Вот и замечательно. Тогда давай так, ты поклянёшься, что выведешь меня за пределы этого мира в… назови любое место по выбору. И не станешь преследовать. И не станешь мстить. Не причинишь вреда ни словом, ни делом, ни чужой рукой по твоему поручению…

Речь её сделалась напевна.

Ворожба плелась чёрным кружевом, и Рагнару пришлось собрать всю волю, не разорвать липкую эту паутину. Он даже позволил ведьме заглянуть в глаза.

И кивнул.

Медленно так, будто в раздумьях.

– Хорошо.

– Ты принесёшь такую

– Принесу, - он и говорил-то медленно. И Зинаида за спиной затаила дыхание.

– Тогда приноси. Скажи своё слово, и уже завтра я уйду. Ты забудешь о моём существовании.

Прикосновение. И сила внутри его оживает, готовая испепелить чужие чары. Но Рагнар придавливает её. А вот дыхание само сбилось.

И ведьма, успокоившись, убирает руку.

– Мир? – она лукаво щурится.

– Мир, - Рагнар перехватывает запястье. И уточняет. – Ты ведь тоже поклянёшься? На крови?

– Конечно, - она проводит пальцем по ладони черту. – Только аккуратно, чтобы шрамов не осталось…

Зинаида поморщилась. Не то, чтобы её пугал вид крови, скорее уж всё это казалось таким… на диво ненастоящим. Будто спектакль, поставленный любителями на скорую руку. И оба актёра безбожно фальшивили.

Как и она, зритель.

Почему? Почему она просто стоит, смотрит и не вмешивается?

И молчит.

И давит в себе желание заорать. Даже рукой руку схватила, сжала до боли. Наверняка синяки останутся и…

– Что ж, дорогая, - Эмма Константиновна прижала к порезу белоснежный платок. Вот только на этой белизне не появилось красного пятна крови. Ещё одна бессмысленная деталь. – Не скажу, что была рада знакомству. Всё-таки ты меня подвела, но как вышло, так вышло. Не держи зла.

И ушла.

Развернулась и просто вот ушла.

– Ты… - Зинаида только тогда и сумела дышать в полную силы. – Ты… ты ей поверил?

– Конечно, нет, - Рагнар вытащил перстень из кармана. – Я, может, и слегка одичал, но умом не тронулся.

– Но ты же поклялся…

– Да.

– Знал, что она обманывает, но всё равно поклялся?!

– Да.

– Не понимаю.

– Держи, - он протянул перстень. – Надевать не советую. Лучше в карман спрячь.

– Это… - кольцо было тёплым, камень и вовсе горячим. Зинаида коснулась его осторожно, и искорки вспыхнули. А она вспомнила вдруг, что видела этот перстень раньше.

В день их знакомства с Эммой Константиновной.

Та была в костюме цвета слоновой кости. Изящная. Изысканная. Такая, что Зинаида сразу поняла, насколько она… отличается. И не в лучшую сторону. И этот жест, словно Эмма Константиновна протягивает руку для поцелуя, но в последнее мгновенье спохватывается и просто касается плеча Зинаиды, смахивает с него соринку. И искры на перстне вспыхивают.

– Какое у вас кольцо красивое… - Зинаида тогда обратила внимание. Да и как не обратить на единственное украшение.

– О, это память… - Эмма Константиновна коснулась нежно. – Подарок от одного дорогого человека.

Как Зинаида могла забыть?!

Тогда ведь у неё не

– Это кольцо было у неё давно. До нашей свадьбы с Тумилиным.

– Верю.

– Но ты… не понимаю! Если ты знаешь, что она солгала, то зачем это всё вот? Игра и… и клятва твоя! Ты же не сможешь ей навредить.

– Я – нет.

Вот же… вот как можно быть настолько спокойным? Он издевается? Или нарочно бесит? Или…

– Беда старых ведьм в том, - Рагнар, кажется, что-то такое понял, если соизволил заговорить. – Что со временем они становятся весьма самоуверенными. Привыкают к тому, что умнее и ловчее прочих.

И руку подал.

Вежливый.

– Осторожно, тут корни торчат.

– То есть, она пытается обмануть тебя, а ты – её?

– Нет. Я обмануть не пытаюсь. Если бы она сдержала слово, я бы и её отпустил.

– И не искал бы?

– Нет.

– И мести… тебе ведь есть, за кого мстить.

– Есть, - согласился Рагнар. – Но я тут предсказание получил, а к таким вещам надо относиться серьёзно. Кроме того, я уже вырос из того возраста, когда считают, что месть должна быть совершена непременно собственной рукой.

Зинаида ничего не поняла.

– И что мы будем делать?

– Ждать.

– Чего?!

– Не знаю. Того, что произойдёт сегодня.

– Уверен, что произойдёт?

– Да. Она могла бы уйти сейчас. И она это знала, когда шла договариваться.

– И могла бы собрать пожитки, но вместо этого попросила отсрочку, - протянула Зинаида. Перстень лежал в кармане, он всё ещё был тёплым. И вовсе не потому, что она его согрела. Нет, он сам источал жар, как будто полежал на солнце. – До завтрашнего дня… и значит, сегодня?

– Сегодня.

– Рагнар, вот мне очень хочется тебя чем-нибудь стукнуть, - она не стала высвобождать руку. – А ещё наорать. Или сделать какую-нибудь пакость.

– Только не проклинай.

– То есть, стукнуть можно?

– Если тебе станет легче.

– Не станет. Я вообще против насилия. Хотя иногда, наверное, можно и исключение сделать. Не для тебя, но для неё… она ведь всю жизнь врала. И продолжает. И… и она действительно убила свою дочь?

– Вероятно.

– То есть, в этом ты ей веришь?

– Сложнее всего распознать ту ложь, которая почти правда. Мороженого хочешь?

Переход был резким. Зинаида даже споткнулась. Они о ведьмах говорили, о драме, а он тут с мороженым. И Рагнар пояснил.

– Просто мне вчера понравилось. Мой повар такого не делает. Он несколько, как бы это выразиться, старомоден. Но отлично готовит паштет из гусиной печени. И пирог с живыми дроздами.

Зинаида моргнула, попытавшись представить. Потом поинтересовалась:

– Зачем?

– Во времена его молодости это очень впечатляло гостей, когда пирог выносят, разрезают, а из него вылетают дрозды.

Почему-то представились напуганные до одури птицы, которые мечутся и выражают свой ужас материально. И это выражение падает на наряды дам, шляпы кавалеров.