Чтение онлайн

Послышались звуки возни, глухие удары, после чего проводник натужно вскрикнул от боли. Домра с Фанатом мгновенно бросились к нему, оттаскивая мертвеца от товарища, но тот парой мощных движений отбросил их, как котят.

Эд, на секунду почуявший свободу, нырнул подмышкой покойника и, заметно ускорившись, отбежал от него на приличное расстояние.

Домра и Фанат отползли к двери и ушли из зоны видимости живого мертвеца. Тот же, не мигая, вперился в глаза проводнику, заставляя моё нутро сделать сальто от ужаса.

Казалось, кадавр видел перед собой

лишь Эда. И страстно хотел его, в гастрономическом плане. Не отрывая взгляда от проводника он в несколько шагов, бегом, преодолел пару метров, готовясь к новой схватке, но Карась с Петренко одновременно, не сговариваясь, выстрелили из двух стволов. Первая очередь перебила коленные суставы твари, а вторая угодила точно в голову, размозжив кости черепа и снеся добрую половину обезображенного тлением лица.

Упав на живот, монстр ещё какое-то время скрёб конечностями по бетонному полу, пока Эд не приблизился к нему и не пристрелил обидчика.

— Он не покусал тебя? — Спросил у проводника Фанат. — Иначе придётся уколоться… Антистолбнячная сыворотка и антибиотик есть в наборе.

— Я вскрикнул, когда он сдавил мне рёбра, — отдышавшись, ответил Проводник. — Пытался пробраться под костюм и… чёрт его знает… Возможно, зомби хотел голыми руками выпустить мне кишки?..

— Странный мертвец. Никогда таких не видел, — удивился Карась. — Слишком быстрый и прыткий, как из фильмов про зомби. А Морда-то какая вздутая, будто ошпаренная…

— Гляньте, какие у него резцы. — Домра дулом винтовки приподнял синюшную, в струпьях верхнюю губу покойника. — Такое ощущение, что здешние кадавры мутируют… Не к добру.

— Кто говорил, что необходимо проявить осторожность? — Невзначай похвалил свою прозорливость Петренко. — Давайте, скажите это вслух, чтобы я понял, что вы осознали свой косяк. Он сейчас едва не обернулся увечьями. Спешка хороша только при ловле блох, — подначил друзей полковник, отталкивая зомби к стене.

Пока Петренко с ребятами освобождали путь, мы с Мутом решили привести в чувства «фримэнов». Парни уже не рыдали, первая волна истерики прошла. Взамен неё накатила чернейшая апатия. Струна свернулся калачиком у стены, положив под голову рюкзак и закрыл глаза.

Бочка, заметив сие, молча забрался в карман и выудил оттуда небольшую серебристую флягу с памятной надписью:

— Пусть хлебнут моего «эликсира жизни». Авось, оклемаются…

— Что это? — Вскинул бровь я, вдохнув горьковатые пары алкогольной настойки. И тут же, закашлявшись, закупорил крышку, протягивая «пузырёк» обратно хозяину. — Ты уверен, что это на пользу? Там градусов сто, судя по запаху. Гортань сжечь можно.

— Обещаю, поможет, только в путь. — Выпятил грудь Бочка. — С непривычки «Слёзы» хорошенько вышибают из колеи. Мерзкая аномалия. Глотни тоже, только немного. Сначала продерёт до копчика, а потом, глядишь, и бодрость вернётся. «Свободным» же без моей настоечки вообще никак. Совсем поплыли, господа: бледные, квёлые, Вот бы сейчас

Дока сюда с его «Эйфорией».

— Что это за напиток? — Полюбопытствовал я, ещё раз, на свой страх и риск принюхиваясь к содержимому фляги. — Особенно забористый абсент? Травкой пахнет.

— «Слеза контролёра», — гордо ответил Бочка. — Самый крепкий алкогольный напиток в Зоне. Настойка из горькой полыни и дурман-травы. Тут главное — не переборщить в плане соотношения ингредиентов, иначе можно некисло травануться. Идеально настой варит лишь Бармен, поэтому, я всегда храню флягу для особых случаев, как этот.

— А им можно? — Проявил осторожность Мут. — Они же перманентно под «дурью». Вдруг, несовместимость приключится.

— Плесните по глотку и тому, и другому. — Отмахнулся Бочка. — Этих молодцев уже ничто не возьмёт.

Мут пошарил в рюкзаке у Духа и выудил оттуда складной стаканчик.

— Ну, с Богом, — разлил он остро пахнущую, буро-зелёную жидкость в стакан. — Никогда эту штуку не пил и, пожалуй, не буду. — Он понюхал настойку и резко отшатнулся. — От одного запаха хмелею, как «институтка» от портвейна.

Струна покорно принял настойку из рук Мута и залпом опорожнил тару. Сначала его лицо приобрело нездоровый багрянец, постепенно превратившийся в неровные, алые пятна. Потом сталкер побледнел и, вздохнув с надрывом, заскрёб руками по горлу.

— Сейчас отёк Квинке долбанёт, — вздохнул Мут. — Был Струна, и нет его.

— Типун тебе на язык, — оборвал его Пуля. — Мне лучше накапай, чем чушь впустую молоть. Я, между прочим, тоже пострадал. Видишь, сижу вот, тоскую.

— Ага, — ощетинился Мут. — Настолько, что прям забухать хочется.

Пуля усмехнулся, но промолчал.

Дух, собравшись с мыслями тоже выпил настойку и, крякнув, сделал вид, что вот-вот кинет стакан о стену:

— Ээээээээхххххх, жжёт!.. — Прохрипел он, неловко сглотнув. — Будто кипятка хватанул.

— Ну вот, видно же, что приходите в чувства, — обернулся к нам Бочка, показав большой палец. — Универсальное средство.

— Посидите ещё чуток, — по-отечески посоветовал «фримэнам» Петренко. — Пять минут и будете, как новенькие.

— Если не захмелеете, — прибавил Бочка.

Домра с Эдом снова подошли к заветной двери, аккуратно снимая засов. С той стороны кто-то бился и скрёбся, нетерпеливо поскуливая.

— По ходу, ждёт нас ещё один пронырливый зомбак. — Опечалено заявил Фанат. — Жаль, развернуться в коридоре негде. Надеюсь, дальше будет лучше.

Наконец, после недолгой возни, в приоткрытую дверь, проник небольшой мужичок, ростом с кошку, в порванном сталкерском костюме типа «Заря».

Эд позвал его к себе, не давая отвлечься на Домру с Карасём, прилагавших немалые усилия, в попытках закрыть и зафиксировать входную дверь. Оттуда к ним уже тянулись неприятного вида руки — мертвецы почуяли нас, и теперь всеми правдами и не правдами пытались свести с нами счёты.

Прихрамывая на одну ногу, мёртвый сталкер брёл по коридору, сжимая в руках попорченный «Киселём» пистолет.