Чтение онлайн

— Нет, рискованно, — возразил Петренко. — Это всё же подземелье. Чревато обрушением.

— В таком случае, предлагаю в помещение не соваться, а запускать зомби по одному. В галерее темно — не видно, на сколько коридоров она разветвляется. Вдруг, там толпа за углом… или того хуже — бюреры — Усомнился Фанат. — Не отобьёмся.

— От бюреров мы и так не отобьёмся, — усмехнулся Бочка. — Они эту дверь за секунду с петель снимут. — Но предложение одобряю. Не стоит соваться в пекло раньше времени.

На том и решили. Часть группы заняла удобные позиции напротив входа.

— Берегитесь рикошетов. —

Напутствовал Петренко, прислушиваясь к подозрительному скрежету за дверью. — В белый свет, как в копеечку не палим! Бьём строго в конечности, чтобы замедлить или в голову. С близкого расстояния.

Карась с Фанатом и Бочка, как самые массивные среди нас, сгрудились у двери, дабы придержать створку, если в неё ринется толпа зомби.

Открыв створку, Бочка безмолвно кинул болт в ближайшего к нам зомби.

Медленно покачиваясь, ходячий труп стоял последи коридора в зеленоватой луже «Киселя». Ботинок его разъело аномалией, а кожа, казалось, дымилась и плавилась, создавая дополнительный салатовый отблеск в полутьме подземелья.

Не чувствуя боли, он разглядывал запавшими глазами паутину на потолке, издавая кряхтящие звуки атрофированными голосовыми связками. Кожа его иссохла и в некоторых местах разошлась, напоминая пожелтевший пергамент.

От звона болта о бетон мутант, казалось, опомнился и обернулся на дверь. Его «сосед» по «Киселю», увязший в луже почти по щиколотку нервно задергался, пытаясь сделать шаг вслед за товарищем по несчастью, но стопы, погруженные в зловонную, едкую жижу оказались слишком хрупкими. Распухшие, съеденные аномалией лодыжки подломились, и зомби упал в лужу, навзничь, подняв кучу брызг. Недовольно рыча, он сверлил блёклыми глазами Бочку, пока кожа его лица, густо политая «Киселём», сползала на пол.

Зато его сосед уверенно поковылял навстречу группе, протягивая вперёд иссохшую руку, будто хотел поздороваться с нами, а не разорвать в клочья. Нечленораздельно мыча, он буквально впился безжизненными бельмами в Карася и, припадая на ногу, побывавшую в «Киселе», медленно, но планомерно брёл к нам.

— Есть! — торжествующе произнёс Фанат, когда труп неловко перешагнул через порог и, зафиксировав дверь засовом, отскочил в сторону.

Зомби двинулся было к нему, но Бочка обхватил мертвеца сзади, уводя с намеченной траектории. Следом взгляд кадавра остановился на Петренко, засевшем вдоль стены в паре метров от него.

Карась и Фанат отреагировали оперативно, уходя с линии обстрела. Бочка, выпустив из рук воротник покойника, оттолкнул его в сторону. И пока тот бессмысленно шарил руками по полу, пытаясь сохранить равновесие, присоединился к товарищам в противоположной стороне коридора.

Приняв, наконец, вертикальное положение, живой труп, не замечая ничего вокруг, двинулся к полковнику. Заплетающиеся ноги не слушались как следует, отчего зомби не показался мне опасным. Я с удивлением наблюдал за сценой, не понимая, отчего все так насторожились и боятся этих неловких, как куклы, созданий.

Но в последнюю секунду мертвец словно, оттаял, постепенно набравшись сил, и заспешил к Петренко куда стремительнее. Глаза его преисполнились злобой или даже жаждой. Апатия, скользящая во взоре бесследно ушла.

На моих глазах из неловкого куска плоти он превратился в хищника, алчущего кровавой расправы. Вся

сцена заняла буквально мгновение, непомерно растянувшееся для меня во времени. Никогда ещё я не видел в глазах такой бессмысленной злобы: "Убить, растоптать, разорвать, безвозвратно уничтожить!" — Вот что прочёл я во взгляде мертвеца.

Полковник нажал на курок и не попал — слишком шатающейся выглядела походка врага. Пуля прошла по касательной и срезала мочку уха. При этом зомби не сбавил скорости, а лишь рефлекторно мотнул головой и ускорил шаг, приближаясь к вожделенному живому существу, чьей тёплой плотью он всерьёз надумал полакомиться.

— Чёрт, — выругался Петренко сквозь зубы, и точным выстрелом в голову упокоил прыткого зомби навсегда.

— Как-то слишком просто, — облегчённо выдохнул Домра.

— Ага, проще некуда, когда он идёт не на тебя, — смахнул пот со лба Петренко.

— Ну что, запускаем по двое? — поинтересовался Эд.

— Сквозит излишним оптимизмом, — ухмыльнулся Бочка. — С этим пассажиром нам чисто повезло. Всегда может быть хуже.

— Теряете время, — протянул откровенно зевающий Пуля. — Не проще ли в несколько орудий сразу всех перестрелять?

— Осторожность — превыше всего, — возразил полковник. — Не будем подвергать группу лишней опасности. Я не сторонник рискованных мер.

— Да все вы в "Долге" перестраховщики и ссыкуны. — Рассмеялся барыга. — Бить из пушки по воробьям — вот ваш метод. Ну-ну…

Бочка задумчиво посмотрел на Петренко:

— Но ведь он прав. Ну, что за опасность — несколько зомби против стольких вооружённых людей?

— На плане заявлены четыре дополнительные галереи. Мы не знаем, открыты ли они, и что там притаилось! — Отрезал полковник. — Я отдал приказ. Вы обязаны подчиниться, и точка, пока топчите Зону под моим началом. Сколько с "Ростка" увёл, столько и приведу на "Выжигатель". Не время оспаривать приказы, поддаваясь на дешёвые провокации Пули.

— Да, бросьте, полковник, — махнул рукой Эд. — Не ставлю Ваш авторитет под вопрос, но у нас тут, всё же, не армия. Не вижу большой разницы. Если только во времени. В коридоре-то тишина.

— Вот и не трожь лихо, пока оно тихо! — Отозвался пословицей полковник.

— Предлагаю пострелять эту шайку из-за двери. В случае опасности — запереться. — Не унимался Бочка, которому не терпелось поскорее закончить дело и всласть попить пивка в новом Баре на "Выжигателе". — Проголосуем? Кто за то, чтобы перебить их коллективно?

Все, включая Пулю, подняли руки вверх. Против проголосовали лишь Фанат и Петренко.

— Ну, лады. — Устало вздохнул полковник. — Раз у нас тут демократия намечается, уговорили. Но, если что, не плачьте. Я предупреждал.

Все разместились по точкам. Бочка с Домрой даже демонстрировали некоторую расслабленность. Живые мертвецы стали обыденностью в реалиях Зоны. В основном, медлительные и колченогие, они вызывали отвращение, жалость, но не жгучий страх. Хотя, признаюсь честно, встреча с последним кадавром меня немного отрезвила.

Эд в очередной раз выдернул засов, открыв заветную дверь, и оттуда на него мешком навалилось нечто…

Ужасная, облезлая тварь, когда-то бывшая человеком. ПахнУв густой гнилью и разложением, она прижала Эда к стене и попыталась вцепиться зубами в его лицо.