Чтение онлайн

– Разумеется, - кивнул Аргел, кладя кусочек мяса себе в рот. – Ты видел когда-нибудь других правителей?

– Я не люблю власть, - пожал плечами Мар.

– Конечно. Конечно, ты не любишь её, - кивнул Аргел. – Ты так чист и благороден… несложно, если не лазить в грязь, не так ли? Легко оставаться добродетельным, оставляя грех другим, а, Себастьян? – он глянул на него насмешливо и залпом допил кровь.

– Все причастные так говорят, - пожал Мар плечами. – Все и всегда. Подлость оправдать легко.

– Хорошо, - с лёгкостью согласился Аргел. – Нынешний глава тебе нравится

больше?

– Вы не нравитесь мне оба. Равно.

– Пра-авда? – протянул Аргел насмешливо. – Что же – в таком случае я уже говорил, что вы свободны. Я ничего не просил взамен своей услуги и не попрошу.

– Так нельзя, - покачал головой Мар. – Я не могу так.

Донат, судя по выражению его лица, не был с ним согласен, однако промолчал.

– Вот чем хороши благородные люди: своей предсказуемостью, - заметил Аргел. – Я рассчитывал на это.

– Ты действительно мерзавец, - констатировал Мар.

Он всегда считал, что лучше всего человек раскрывается в подобных важных для него спорах, и упустить шанс изучить одного из самых старых вампиров не мог.

Или не хотел.

– Конечно, - согласился Аргел. – Но в вашей ситуации значения это несущественно. Потому что, в общем-то, у вас три выхода: вернуться в Город и добровольно пойти на казнь, всю жизнь скрываться, либо помочь мне – и заодно выполнить образовавшийся долг. Верно?

– Да, - ответил после недолгой паузы Мар. – Верно.

– Я немного помогу тебе, Себастьян, - в голосе Аргела зазвучали бархатные нотки. – Город… вампиры не могут существовать совсем без власти. Ведь ты понимаешь это, не так ли? – он помолчал, ожидая реакции, но вынужден был продолжить без оной. – Кто-то всё равно будет стоять во главе. И я, поверь мне, не самый худший правитель. По разным причинам. Мне объяснить?

– То, что ты говоришь, отвратительно, - ответил Мар.
– Даже если справедливо.

– Разумеется, - согласился Аргел. – Но так уж устроен мир. Ты, кстати, мог бы стать неплохим правителем… позже, - проговорил он задумчиво. – Лучший правитель – тот, кто не ищет власти. Как я когда-то.

– Конечно, - Мар слегка поморщился. – Не трать своё обаяние, Аргел. Как ты справедливо заметил, я всё равно помогу тебе.

– Мы поможем, - вмешался Донан, и Аргел, глянув на него, ответил обаятельной и полной признательности улыбкой.

– Знаю, что поможете, - сказал Аргел. – Но я предпочёл бы, чтобы ты понял, - он отложил нож, который крутил в пальцах последние несколько минут, и посмотрел на Мара неожиданно серьёзно. – Мне нужна помощь, и лучше бы искренняя.

Мар ему, пожалуй, верил. Это-то его и настораживало, и удивляло. Зачем он мог понадобится бывшему главе Совета теперь, когда Клара была в его руках?

– Не хочу тебе мешать, - Россер, обстоятельно объедавший мясо с рульки, разлил по бокалам тёмно-красное вино. – Но время идёт, и как бы нам не опоздать.

– Куда? – спросил Мар.

– Искать союзника, - ответил Аргел. – Полагаю, он тебе понравится… а ты – ему, - сказал он Мару.

– Это важно? – вскинул брови Мар.

– Весьма, - кивнул Аргел. – Леонар – вампир… сложный.

– И кто он? – Мар прекрасно понимал, что от него ждут этого вопроса,

и решил, что может подыграть. Почему бы нет?

Хотя он слышал кое-что о Леонаре. Слухи эти были слишком противоречивы, чтобы верить им, и к их субъекту никакой симпатии не вызывали – а о том, чтобы когда-нибудь воспользоваться услугами Леонара, Мар никогда даже не думал.

– О-о, - протянул Аргел. – Леонар – лучший наёмный убийца в мире. Уже лет двести, вероятно…

– Убийца? – оживился Донат.

– О, да, - мечтательно подтвердил Аргел. – Лучший. Правда, в Городе он не живёт, но я знаю, где его можно найти.

– Ты хочешь просто убить Бальда? – удивился Мар.

– Я рассматривал такой вариант, - кивнул Аргел, - но это на крайний случай. Я предпочёл бы просто победить в Совете – честно, но, если это не выйдет, я должен подстраховаться.

– Тогда честной схваткой это уже не будет, - возразил Мар.

– Разумеется, не будет, - с некоторым удивлением согласился Аргел. – Видишь ли, Себастьян, всё дело в задаче. И она не в том, чтобы схлестнуться с Бальдом или сохранить свою совесть незапятнянной, а в том, чтобы победить. Чувствуешь разницу?

– Это бесчестно.

– Конечно. Но, - он почти беззвучно рассмеялся. – Себастьян. Ты не понимаешь, что такое власть.

– Не уверен, что хочу понять, - Мар поймал себя на мысли, что ему нравится дразнить Аргела. И на том, что тот тоже понимает, что их постоянный спор – отчасти игра.

Хотя и не всегда.

– Тебе и не нужно, - благодушно заметил Аргел. – Это ты и такие как ты можете позволить себе честные битвы и благородную смерть. Я подобной возможности лишён.

– И почему же? – насмешливо поинтересовался Мар.

– Потому что от меня слишком многое зависит. Себастьян, я объясню тебе – но только один раз. Прежде всего, скажи – ты согласен, что Город должен существовать? – спросил он и, дождавшись ответного кивка, продолжил. – А с тем, что у нас должны быть свои законы, выполнение которых обязательно для всех нас? – Аргел снова дождался кивка, на сей раз куда более искреннего. – А раз так, ты должен понимать, что для всего этого нужна власть. И эта власть – я.

– Почему именно ты? – насмешливо поинтересовался Мар. – Я не вижу особой разницы между тобой и Бальдом.

– Это потому, что ты его не знаешь, - усмехнулся Аргел – Впрочем, так же, как меня, - он снова посерьёзнел. – На самом деле, вопрос не в том, кто из нас лучше. Мы оба стары, мы оба, если пользоваться твоей терминологией, мерзавцы – как, впрочем, и все, кто умудряется выжить в течение нескольких сотен лет… и не приводи в пример себя, - махнул он рукой. – Всегда есть исключения, ты – одно их них, что ж поделать, тебе не повезло, - он рассмеялся. – Но в большинстве своём это так. По сути, между мной и Бальдом разница лишь в двух вещах. Во-первых, я не особенно хотел власти, когда получил её. И, во-вторых, я – власть законная. А он – нет. А значит, по сути, то, что он сейчас сделал – это революция, Себастьян. А ты ведь видел революции, не правда ли? А теперь представь, как она будет выглядеть в нашем Городе – и как скажется на любимых тобою людях.