Чтение онлайн

– Господа, у вас отсилы минут десять, - сообщил он им, – после я разворачиваюсь и ухожу. И как мне будет ни жаль, помочь больше не смогу ничем. Поторопитесь.

– Почему? – спросил Мар, так и не двинувшись с места.

– Потому что я не считаю, что вас нужно казнить, - с некоторым нетерпением ответил Аргел. – Да поторопитесь же!

– С чего бы нам тебе верить? – спросил Донат.

– А что вы теряете? – ответил вопросом Аргел. – Вы уже покойники. Оба. И смерть вас ждёт очень неприятная, поверьте. А я предлагаю вам свободу. Без всяких условий, хочу обратить ваше внимание.

– Не боишься, что мы возьмём тебя в заложники? –

хмыкнул Донат.

– Нет, - ангельски улыбнулся Аргел, пристально посмотрев на Мара.

– А… - вновь начал Донат, но Аргел, внезапно потеряв терпение, вдруг схватил его за воротник и, с лёгкостью притянув к себе, прошипел:

– Хватит болтать! Я не так часто предлагаю кому-то помощь.

Его лицо на миг переменилось: слетела маска вежливого участия, слетело насмешливое равнодушие, слетела изнеженность, и даже кажущаяся молодость пропала, и под всем этим обнаружился лик старого, очень старого вампира, не одно столетье возглавлявшего город – и по силе, и по праву. Впрочем, всё это продолжалось мгновенье, не больше – потом он разжал пальцы и вновь улыбнулся, нежно и слегка скучающе.

– Я предлагаю продолжить нашу приятную беседу в каком-нибудь другом месте. В конце концов, вы всегда сможете вернуться сюда, не так ли? Это я бы снял, - предложил Аргел, указывая на обёрнутые вокруг талий узников цепи. – Помочь? Полагаю, у меня хватит на это сил… особенно вместе с этим, - он развернул свёрток и достал длинный тяжелый предмет, оказавшийся на поверку секатором. – Позвольте?

– А ты хорошо подготовился, - с некоторым одобрением и даже уважением заметил Донат.

Аргел иронично поклонился и ловко перекусил могучим инструментом толстый посеребрённый обруч на его талии, после чего повторил то же с Маром. Потом аккуратно смотал цепи и сложил их у стен.

– Жаль, я не увижу их лиц, когда они обнаружат побег, - с некоторым сожалением проговорил он и спросил: – Готовы, господа? Отсюда напрямую выйти нельзя, нам придётся проделать один фокус.

Они вышли в коридор и двинулись за Аргелом. Коридоры, по которым он вёл их долго, уверенно и очень быстро, оказались пусты. Остановившись, наконец, у небольшой дверцы, Аргел достал было ключ, но, подумав секунду, навалился на неё и после некоторого усилия буквально выдавил её из проёма. Обернулся, подмигнул спутникам совершенно мальчишески, и поманил за собой.

Пройдя по медленно поднимающемуся коридору, они оказались почти на самой окраине города. Вокруг был песок – плотный, слежавшийся почти до состояния камня. Свет сюда, как и на любую здешнюю окраину, почти не попадал, но того, что был, хватало, чтобы нормально ориентироваться. Домов здесь практически не было, а те, что изредка попадались, давным-давно перестали быть обитаемыми. С разрушенных ступеней одного из них навстречу беглецам поднялась тёмная фигура.

– Ты успел, - довольно кивнул Аргел, подходя ближе. – Тебя видели?

– Большинство сейчас празднует, - усмехнулся Россер, вешая себе на плечо объёмную сумку, что стояла прежде у него в ногах. – Кто попроще – на Арене, кто посложнее – у Бальда в доме. Улицы пусты.

– А кто поумнее, я полагаю, уже покидает – или покинул – Город, - продолжил Аргел. – Тем лучше. Вы знакомы? Впрочем – Россер, это Себастьян и Донат, господа, это Россер. Себастьян, ты даёшь руку мне. Как только окажемся среди людей, немедленно переодевается.

– А где именно мы окажемся, мы можем узнать? – поинтересовался Донат.

– В лесу, - отозвался Аргел, –

хотя возникнуть посреди Елисейских полей было бы куда эффектнее.

– Особенно на проезжей части, - буркнул Донат. Аргел улыбнулся в ответ и, крепко сжав руку Мара, скомандовал:

– На счёт три – раз, два…

И едва он произнёс «три», как четвёрка, сделав дружный шаг вперёд, в буквальном смысле этого слова растворилась в пыльном воздухе этого заброшенного места.

– Мне всегда было интересно, - лениво проговорил Бальд, с наслаждением потягиваясь и медленно расстёгивая свой роскошный то ли пиджак, то ли камзол, - чем так насолил тебе Аргел?

– Какой ты любопытный, - улыбнулась в ответ Козима, устало опускаясь на обтянутую тёмно-зелёным полосатым шёлком кушетку. – Зачем тебе это знать?

– Возможно, я ревную, - усмехнулся новоявленный глава Города, неторопливо подходя и садясь в ногах у своей гостьи. – Расскажи мне. Тебе разве самой не хочется?

– Представь себе, нет, - та неспешно сбросила туфли и так же неторопливо положила ноги ему на колени. Её ступни были маленькими и узкими, а левую лодыжку украшал витой браслет тёмного, старинного золота. Бальд заулыбался и начал ловко снимать чулки с Козимы, даже не попытавшись при этом хотя бы приподнять подол её роскошного длинного, в пол, платья белоснежного бархата, вышитого пронзительно-алым шёлком. – Мне вообще не хочется про него вспоминать. И теперь, - промурлыкала она, позволяя ему делать всё, что захочется, - благодаря тебе это наконец стало возможным.

– Должен признать, что ты сделала для этого не так уж мало, - Бальд небрежно отбросил чулки в сторону и теперь то ли массировал, то ли просто ласкал ноги Козимы. – Но всё же. Скажи! Только без сказок про политику, или можешь даже не начинать.

– Но какие же сказки? – засмеялась она. – Бальд! Меня всегда раздражала необходимость прятаться так, как мы. В конце концов, я ещё не простила людям инквизицию. С каких пор охотник оберегает добычу?

– Я не собираюсь разрешать открытую охоту, - отрезал он. – Если ты об этом.

– Нет, разумеется, - она слегка зевнула и промурлыкала: – Но ты же вернёшь некоторые… старые обычаи?

– Например?

– Например, - мечтательно повторила она, - держать дома людей… немного, конечно. Я даже согласна на ограничения – например, по возрасту… по местностям… да?

– Ну, - рассмеялся довольно. – Не вижу в этом ничего невозможного.

– И на инициацию, - продолжала она, медленно распуская свои роскошные волосы, убранные в прихотливую причёску. – Я не утверждаю, конечно, что можно убрать ограничения вовсе… но людей теперь стало так много… вполне можно было бы и смягчить правила… скажем, почему бы не разрешить каждому из нас – с определённого возраста, конечно – инициировать по одному в десятилетье? Просто так, без всяких убийств.

– Та-ак, - протянул Бальд, любуясь ею с очень странным выражением слегка сощуренных сейчас глаз. – Что ещё?

– Например, я бы ограничила обращение африканцев… И тех, из Нового света. Американцев и латинов… Они… не подходят. Ты не согласен?

– Согласен, - кивнул он. – И ты знаешь об этом. Всё равно они не способны выжить хоть сколько-нибудь долго в новом виде – большинство выдерживает всего несколько лет.

– А потом они сходят с ума, - подхватила Козима, - и хорошо если просто бросаются на солнце…