Чтение онлайн

– Россер, - Ирэн впустила его, распахнув дверь за секунду до того, как он собрался в неё постучать. Улыбнулась, кивнула одобрительно, оглядев его с ног до головы. – Ты быстро… давай сперва выпьем чаю, или что там ты сейчас пьёшь – рано ещё идти.

– Чаю – так чаю, - кивнул он, входя. – А я думал, ты совсем не живёшь тут больше … слышал, у тебя нынче семья?

– Да, семья, - она повела его в комнату, напоминавшую типичную лондонскую гостиную середины девятнадцатого века. – Ты ведь знаешь, где мы живём… приходи как-нибудь посмотреть, если хочешь. Или ты видел?

– Так… мельком. Славные детки… и как ты выдерживаешь? – он сел в кресло у небольшого столика, на котором стояла статуэтка обнажённой полулежащей

девушки, отлитая из какого-то тёмного металла.

– Мне пока нечего, - улыбнулась она. – Времени прошло немного… я активно пользуюсь косметикой, а муж уверен, что я слегка повёрнута на всяческих омолаживающих средствах. Да и люди нынче долго остаются молодыми… Так что лет двадцать иди тридцать у меня ещё есть – тем более, что, когда дети ещё подрастут, мы переедем, сменив окружение, а те, кто видит нас каждый день, привыкает и замечает меньше, чем окружающие.

– Ты всегда была оптимисткой, - с едва заметной иронией заметил Россер. – Оставь этот чай, налей просто вина, если есть… и посиди хотя бы минуту. Ты понимаешь, что рано или поздно тебе всё равно придётся либо исчезнуть, либо начать стареть?

– Да, понимаю, - Ирэн вышла и вернулась с уже открытой пыльной бутылкой и парой простых прозрачных бокалов. Разлив по ним гранатово-красную, кажущуюся тяжёлой и бархатистой жидкость, она поставила бутылку на столик и, протянув один из бокалов своему гостю, села напротив, подогнув под себя правую ногу. – Я проверяла. У меня получается стареть. Не так хорошо, как мне хотелось бы, но я могу себя состарить. Хоть на сколько-то. Это тяжело, но оно того стоит, - она улыбнулась тепло и счастливо. – Ты мужчина, тебе не понять…

– Сказала бы уж, что мне не понять, потому что у меня были свои родные дети, - покачал он головой. – Большинство из нас рано или поздно увлекают подобные игры… хотя ты для них ещё молода. Обычно подобное начинается сна с четвёртого, а никак не со второго. Тогда и возможностей больше, и…

– Видишь – я особенная, - оборвала его Ирэн и улыбнулась несколько натянуто. – Лучше бы ты рассказал мне кое-что.

– Спрашивай, - кивнул он, с наслаждением принюхиваясь к вину и катая его по стенкам бокала.

– Ты ответишь? – спросила она с недоверчивой настойчивостью, прикрытой, прочем, лёгкой полуулыбкой.

– Я постараюсь. Не обещаю – но постараюсь, - он сделал первый глоток. – Вино превосходно. Просто одно из лучших!

– Я кое-что помню, - довольно ответила Ирэн. – Скажи, откуда ты его знаешь? И что вас связывает?

– Аргела? – Россер бросил на Ирэн внимательный взгляд. – Тебе для чего?

– Любопытно.

– Ты ведь умеешь молчать? – спросил он, подумав.
– Не думаю, что это секрет, и всё же я не хотел бы делать эту информацию общедоступной. Что ты хочешь знать?

– Меня всегда интриговала ваша… дружба, - призналась Ирэн.

– Тебя удивляет моя верность ему? – понимающе спросил Россер.

– И это тоже, - кивнула она, с непонятной торопливостью допивая своё вино. – Ты совсем не похож ни на слугу, ни на политика.

– Для тебя это, судя по всему, комплимент, - усмехнулся Россер, доставая большой портсигар старого тёмного золота и вытаскивая из него сигару. – Напрасно, на самом деле. Все мы политики и все – слуги…

Достав гильотинку, он отщипнул у сигары кончик и неторопливо прикурил, прикрыв глаза и некоторое время молча наслаждаясь дымом. Потом, спохватившись, протянул портсигар Ирэн – та отказалась, и Россер, убрав всё в карман, молчал ещё некоторое время, задумчиво глядя куда-то прямо перед собой.

– Это было очень давно, - начал он, и тут же сбился: - Жаль, что у тебя нет ни виски, ни коньяка… С тех пор минуло уже много сотен лет… мир в то время был более настоящим, -

он вдруг рассмеялся, - хотя все мы так говорим о тех временах, когда были людьми, не так ли? Тебе наверняка тоже так кажется… но тогда всё вправду было куда проще. Я был тэном одного из богатейших боклендов того времени... тебе знаком этот термин?

– Не уверена… но я догадываюсь. Продолжай, пожалуйста! – попросила она, забираясь на кресло обоими коленями и облокачиваясь о стол.

– Догадываешься, - повторил Россер с мягкой усмешкой. – Это привилегированный феод, если всё упрощать. Всё, что я обязан был делать – поставлять солдат да содержать в порядки мосты и королевские замки, - он улыбнулся слегка туманно и гордо. – Ничего больше… во всяком случае, королю я не должен был больше ничего. Но о своих кёрлах я, разумеется, заботился. Земли мои были богаты и неплохо защищены, однако это имело и минусы – они часто подвергались набегам что со стороны соседей, что всяких иных разбойников. У меня была семья, мои старшие сыновья уже стали взрослыми и, в общем, я вёл обычную для тех времён жизнь, не верил ни в бога, ни в чёрта – и в то же время верил во всех богов вместе взятых, - он улыбнулся. – Хотя формально я был христианином, на деле мне всё это было не слишком-то интересно. В то время период относительного покоя уже начал заканчиваться, и в наших краях то и дело вновь стали появляться викинги. Они-то меня как-то и поймали. Я с небольшим отрядом глупейшим образом угодил в засаду. Меня связали и бросили в яму – достаточно глубокую для того, чтобы оттуда никак нельзя было выбраться. Обычное, в общем-то, дело… я полагаю, они надеялись получить за меня выкуп, - он докурил сигару наполовину и тщательно загасил её. Потом, подумав немного, взял ещё одну. – Там-то мы с ним и познакомились.

– В яме? – рассмеявшись, переспросила Ирэн.

– В яме, - кивнул Россер. – Именно так. В первый момент я удивился, обнаружив, что он не просто связан, а прямо опутан тяжёлыми цепями. Потом кое-как рассмотрел его – была хоть и ясная, но всё-таки ночь – и удивился ещё раз: он был голым. Я попытался заговорить с ним, но он почти не знал нашего языка, а я в то время совсем не говорил на других – в общем, мы друг друга не поняли, - он рассмеялся – и в ответ на удивлённый взгляд пояснил, - так Аргел провёл меня в первый раз… позже выяснилось, что он вполне сносно говорит на любом нашем диалекте.

– Но почему же тогда…

– А кто его знает, - добродушно ухмыльнулся Россер. – Скорее всего, я ему не понравился… или же он решил сперва понаблюдать за мной – в конце концов, мало ли, кем я мог оказаться. Мне он показался совершенным ребёнком: я привык к людям иного сложения и типа. Я сидел и гадал, что это за странный мальчишка, которого так сурово заковали в цепи, оставив раздетым на холоде – было хотя и лето, но нежаркое. Так мы сидели довольно долго – и вдруг он со мной заговорил. Я возмутился до крайности, - он покачал головой. – Тогда одна мысль о том, что кто-то посмел меня обмануть, казалась мне оскорблением. Но то, что он говорил… сперва я решил, что он просто безумен.

– Он рассказал тебе, кто он?

– Ему пришлось. Близилось утро – я бы сам всё увидел. Он мог сгореть – Аргел был молод, едва проснулся впервые… но моей реакции он, видимо, не ожидал, - Россер фыркнул негромко и закашлялся, поперхнувшись дымом. – В наших местах, видишь ли, ничего не слышали о вампирах, - откашлявшись, пояснил он. Ирэн налила ему ещё вина, и Россер, приняв у неё бокал, сделал несколько глотков.
– Нет, в самом деле – у нас никогда не встречалось никого подобного, - продолжал Россер. – В первый момент мне всё это показалось бредом безумца, но потом я довольно легко поверил ему. Тем более что Аргел меня убеждал, что пьёт кровь только животных – и, мол, когда он делал это с одной из лошадей, его и поймали…