Чтение онлайн

— Потрудись забрать своих телок и убраться отсюда.

— Но, — растерялся Максим, глядя в леденящие душу глаза.

— Без «но»! — отрезал мужчина.

— Но, постойте, какое вы имеете право? Мы заплатили за ночлег, это всего лишь деревня…

Юна, охая, поспешила ретироваться в избу, что я расценила, как очень нехороший знак.

— Максим, поехали, — торопливо сказала я по-французски. — Пожалуйста, не спорь с ними.

— Но как же ведь мы…

— Говори при мне по-русски! — взревел приезжий. — А сказать ты должен: «Прощайте, я забуду сюда дорогу!» и после убраться отсюда! Через три секунды

я травлю на тебя собак, а через четыре — пускаю пулю вам в лоб по очереди! И начну я с этой! — Он схватил меня за руку и рывком подтащил к себе.

— Мы уезжаем! — поспешил сказать Максим. — Отпустите ее, мы уходим!

— Время пошло! Раз!

Максим рванул с места, ухватив меня и Валери за кофты. По счастью, наш джип был припаркован недалеко. Казалось, Максим целую вечность шарил по карманам в поисках ключа, но на счет «Три!» мы все-таки захлопнули дверцы. Мотор взревел. В свете фар мы видели несущихся к машине псов. На счет «Пять», который я мысленно вела для себя, мы уже мчались по ночной дороге, петляющей в тайге. А вдали слышались выстрелы.

Мы не могли и не хотели говорить. Каждый думал о своем, но, как мне кажется, сейчас наши мысли были похожи. Часа три мы ехали в полной тишине, пока Валери вдруг не произнесла задумчиво:

— Эти люди — самая большая загадка в моей практике. Признаться, я даже затрудняюсь определить их расовую принадлежность.

— Дикари, что с них взять, — тяжело вздохнул Макс. — Как вы вообще оказались на улице?

— Это все я, — покаялась Валери. — Ты заснул, а мне хотелось сфотографировать их божка. Но тут подъехали два этих мрачных типа, собаки нас нашли, мы побежали и…

Валери вздохнула, не окончив.

— Не понимаю их реакции! — искренне удивился Макс. — Ну и что с того, что нас приняли в этой деревне? Что с того, что вы оказались на улице? Чем мы им так помешали?

— Я так думаю, что это бандитская группировка, — высказала я свою догадку. — А урты работают на этих мафиози. Они как раз обсуждали свои грязные планы разборок, когда мы выскочили из своего укрытия. И взбесились они только потому, что мы слышали их разговор. И отпустили нас только потому, что посчитали, что я тоже француженка и не знаю русского. Иначе…так бы мы и остались в этой тайге. Брр…

Я передернула плечами, вспомнив лица взбешенных бандитов. Я ни секунды не сомневалась в том, что они были эрфами. Ведь Арделл говорил, что их в России пруд пруди, а кем, как не преступниками могли быть эти падшие эльфы с душами, отравленными злом?

— Может, нам стоит заявить в полицию? — предложила Валери.

— Не стоит, поверь, — покачал головой Макс. — Наше заявление будет голословным, а это в расчет не берется. Такие у нас тут методы работы, Валери. Поднимать шум — себе дороже.

— Интересная у вас страна, — огорченно вздохнула Валери, разглядывая непролазную мглу за окном. — Непонятная…

— Давайте просто забудем об этом, — предложил Макс, и все снова замолчали.

В Омске мы были к утру. Все-таки наша поездка смогла отвлечь меня от моих страданий: оказавшись дома, я рухнула в постель и впервые заснула, не пролив ни слезинки.

Я купила новую сим-карту и наконец-то включила телефон. Мне давно следовало позвонить папе

и традиционно отчитаться о своем здоровье и делах. Конечно, сначала я выслушала от него строгий выговор за мое долгое молчание и обвинения в отсутствии совести. Папа был прав, я заслужила его гнев, но оправдываться и объясняться я не могла, поэтому переключилась на другую тему в надежде отвлечь отца от дальнейших нападок и вопросов.

— К нам приходил мужчина, назвавшийся другом мамы. Влад. Ты знаешь его? — спросила я, опустив детали появления гостя.

— Влад?! — удивленно переспросил отец.

— Ну, да. Он хотел узнать насчет одной вещи…

— Какая вещь?! Что ему нужно?! Какой друг?! — неожиданно взорвался отец.

— М-м… То украшение… — Реакция папы меня удивила.

— Пусть проваливает и больше не появляется у нас! Вспомнил он!.. Друг!

— Пап, что такое?

Отец перевел дыхание и попытался ответить спокойно:

— Просто, у нас были очень натянутые отношения. Да что там натянутые — он всей душой ненавидел меня. Как он смеет сейчас появляться в моем доме?! Он даже не приехал на похороны! — снова завелся отец. — На похороны своей сестры! Друг!.. Мерзавец! Он — брат Лады!

Я едва не выронила трубку от неожиданности.

— Он мой дядя?! — изумленно спросила я.

Отец презрительно усмехнулся:

— Дядя?! Не думаю, Эмма, что он рад этому. Он настолько ненавидел меня, что вряд ли видит в тебе свою племянницу. Надеюсь, ты ничего не отдала ему?

— Н-нет.

— Ну и прекрасно! Пошел он к черту!

— Почему ты раньше не говорил мне о нем?

— Да потому что мы не существуем для него, а он — для нас! У тебя нет дяди, Эмма. Ты и я — вот наша семья.

— А где он живет? — не успокаивалась я, не обращая внимания на нежелание папы продолжать эту тему.

Отец вздохнул и недовольно ответил:

— Раньше жил в Новосибирске и работал в институте археологии и этнографии. Хватит, Эмма, я не хочу больше говорить о нем! Объясни-ка мне лучше другое: что у тебя с Арделлом и почему он разыскивает тебя?

У меня подкосились ноги.

— Эмма? Алло!

— Что он делает? — прошептала я в трубку.

— Не бубни! Он был у нас сегодня. Спрашивал наш омский адрес. Вы что, поссорились? Зачем он ищет тебя? У вас все настолько серьезно?

— Ты дал ему адрес? — упавшим голосом спросила я.

— А почему нет? У тебя-то телефон отключен, при всем желании я не мог посоветоваться с тобой. А парень хороший, я одобряю. Если поссорились, то стоит помириться. Он ради тебя из Франции примчался!

— Когда он уехал из Тамани?

— Эмма, я понимаю — все бывает…

— Когда он уехал?!

— Пару часов назад. Если сразу возьмет билет…

Я бросила трубку, не дослушав. Стук сердца заглушал все вокруг, мысли метались, как испуганные бабочки. Еще не зная, что делать дальше, я бросилась собирать вещи. Я взяла только самое необходимое и напоследок кинулась к папиному столу. В его ящике нашлись пара тысяч рублей, и столько же оставалось на моей банковской карте. Уже через час, в который раз за этот месяц, я оказалась на вокзале. Решение пришло само собой и, за неимением других вариантов, мне оставалось принять его безоговорочно — я еду в Новосибирск. Настало время познакомиться с дядей поближе.