Чтение онлайн

Еще одна ночь прошла для меня в пути. Автобус прибыл в Новосибирск утром, а уже через час я была у стен института археологии и этнографии. Я упорно гнала от себя мысли о том, что Влад может уже не работать здесь. Кроме него мне не к кому было обратиться за помощью и некуда больше бежать.

Войдя в здание, я разволновалось не на шутку, так как не имела понятия, что скажу Владу. Наше знакомство и прощание не предполагало дальнейших встреч, и мне оставалось только надеяться, что слова найдутся сами, главное, чтобы их согласились выслушать.

В институте я спросила о Владе немолодую

сотрудницу в отделе кадров. Когда я вошла в кабинет, она поливала кактусы. Десятки колючих растений всех форм и размеров в разноцветных горшках были расставлены на подоконниках, шкафах и столах. Женщина попросила минутку, чтобы закончить, и провозилась с поливом еще минут двадцать.

— Смотри-ка, а здесь уже детки! — умилялась она над одним кактусом и тут же причитала над другим: — Ой, а этот-то подсыхает! Надо бы его подальше от окна переставить.

Я уже сгорала от нетерпения, когда она, наконец, отставив в сторону пузатую лейку и протяжно вздохнув, села за компьютер и, сосредоточенно щурясь, защелкала мышкой. Через пару минут женщина обернулась ко мне и бесстрастно сообщила:

— К сожалению, его нет. Он в отпуске.

Такого я совсем не ожидала.

— Извините, но в таком случае не могли бы вы дать номер его телефона?

Весьма красноречивым взглядом женщина дала понять, что я сморозила редкую глупость и, поджав губы, произнесла:

— Мы не даем такую информацию.

Я пришла в отчаяние.

— Пожалуйста, я была бы очень признательна, если бы вы позвонили ему сами и сказали бы, что я его разыскиваю! Это очень важно. Очень! И у вас очаровательные кактусы! — добавила я с чувством, надеясь, этой репликой смягчить ее колючий взгляд.

Женщина долго решала, как ей быть. Не знаю, растрогал ли ее мой потерянный вид или комплимент ее растениям, но она, сдвинув брови, сняла-таки телефонную трубку с допотопного аппарата и набрала заветный номер. Ожидая ответа, женщина то и дело качала головой и посылала мне взгляды, полные безнадежности и сожаления. Но, на мое счастье, ей, наконец, ответили. С расстояния двух метров я услышала громкое и отрывистое «Алло!».

— Владислав Эдуардович, здравствуйте, это из института! Извините за беспокойство, но здесь вас разыскивает девушка. Говорит, это очень важно.

Она выслушала ответ и удовлетворенно кивнула.

— Вот и я то же самое сказала. Будете в конце сентября. — Последние слова она адресовала мне.

Но я не могла лишиться последней надежды и взволнованно воскликнула:

— Скажите, что это Эмма! Эмма Верес!

Видимо, мой отчаянный возглас услышал и Владислав Эдуардович, потому что секундой позже женщина протянула мне телефон, удивленно взметнув брови:

— Он просит вас.

Одним прыжком я преодолела отделяющее нас расстояние и выхватила старомодную тяжелую трубку из ее рук.

— Влад, мне очень нужно встретиться с вами. Пожалуйста!!!

Он помолчал немного.

— Это невозможно, Эмма. Я сейчас на Алтае.

Я устало прислонилась к стене. Мой план по воссоединению семьи трещал по швам.

Я чувствовала себя так, словно осталась одна в целом мире, и эта непроглядная обреченность заставила меня заявить:

— Тогда я приеду к вам.

Какая

теперь разница: Новосибирск или Алтай? Я была не в той ситуации, чтобы выбирать, где скрыться.

Женщина даже не старалась делать вид, что не слушает наш разговор, она внимательно следила за мной, а после последней фразы всплеснула руками и неодобрительно зацокала языком. Между тем, Влад тоже не был в восторге от моих слов.

— Эмма, тут далеко не курорт. Дорога тяжелая, условия — спартанские. Тебе не стоит ехать сюда, — всячески открещивался от меня Влад, но я не собиралась сдаваться.

— Я не уйду из вашего института, пока вы не разрешите мне приехать, — набравшись наглости, сообщила я. — У меня к вам предложение. Я должна вас увидеть!

Вероятно, Влад решил, что мое важное дело касается медальона, и без лишних слов назвал адрес. Я вернула телефон женщине, и она смерила меня осуждающим взглядом, что мало заботило меня сейчас. Поблагодарив ее, я вышла из института и снова отправилась на вокзал.

Только к ночи я добралась до Горно-Алтайска, и это был еще не конец путешествия. Следующий мой автобус отправлялся ранним утром. Я купила билет, получив дополнительно специальный пропуск, необходимый для въезда в приграничный Кош-Агач, поселок, в котором ждал меня Влад. Точнее, вынужден был ждать. Не важно.

На улице шел проливной дождь, и было довольно прохладно. Я порадовалась, что в сумке, собранной наспех, оказалась теплая кофта. Устроившись на жесткой лавке в здании автовокзала, я коротала время, придумывая, что такого важного можно сказать Владу, чтобы остаться у него. Если он столько лет игнорировал мое существование и при встрече скрыл наше родство, то, скорее всего, мои попытки обрести дядю могут оказаться напрасными. Но я отчаянно нуждалась в помощи, и, так уж случилось, что этот, по сути, чужой человек стал моей последней надеждой, а, значит, мне, во что бы то ни стало, нужно было каким-то образом уговорить его приютить меня.

Я сняла с шеи медальон Арделла, подумав о том, что Влад ни в коем случае не должен увидеть его. Конечно, он сразу поймет, что это совершенно другой медальон, ведь на нем не было древних символов, но мне совсем не хотелось снова придумывать небылицы, объясняя, каким образом появилась эта копия. Мне было стыдно, что пришлось обмануть Влада, но я хранила не свою тайну. К тому же, признавшись в потере медальона, я не так уж далека была от истины. Поглаживая блестящую поверхность драгоценного сердечка, я погрузилась в воспоминания и, наверное, задремала.

Мне снилась залитая солнцем поляна. Вокруг щебетали птицы, а теплый ветер ласково перебирал ветви деревьев, кольцом обступивших поляну. Я шла по мягкой траве к густому лесу. Откуда-то издалека доносилась прекрасная песня, слов которой я не понимала, но все равно была очарована ею и шла на эти чудесные звуки. Внезапно я увидела Арделла. Он возник передо мною словно ниоткуда. Его взгляд был полон боли и упрека. Он протянул ко мне руки, но я остановилась. Арделл печально улыбнулся и шагнул мне навстречу. Я, проклиная себя, отступила на шаг. Тогда он тихо сказал: