Легенда о Фейлель
Шрифт:
Динаэль и Эливейн переглянулись. Они снова поняли друг друга без слов: на шее Эди не было волшебного медальона с витиеватым вензельком. Значит, она нашла подсказку, значит, чуть не опоздала к полуночи потому, что была у Алуана…
Эдилейн постояла несколько мгновений, не шевелясь, будто прислушиваясь к тому, что происходило внутри неё самой. Потом она слегка приподняла согнутые в локтях руки и повернула раскрытые ладони вперёд, к сидевшим на сыром холодном полу подземелья людям, с тревогой и надеждой напряжённо следившим за каждым её движениям.
Стояла звенящая тишина. А для Эдилейн — и полная темнота. И вдруг девушка ощутила тепло, домашнее, милое, уютное, успокаивающее,
Эди немного поводила ладонями перед собой и почувствовала… Она так боялась не поймать это дуновение, упустить шанс… Но вот оно — огромное, живое, трепетное, наполненное любовью… Эдилейн поняла, что в мрачной темнице тоскуют друг о друге ровно двести человек. И ни одного не любящего сердца. Молодая волшебница ощущала и силу, и направленность чувств. Любовь кого-то была больше, кого-то меньше, чьё-то чувство прошло испытание временем, а кто-то только-только встретил свою половинку…
Эдилейн улыбнулась и сделала шаг вперёд.
Она поняла, что перед ней совсем юная девушка, видимо, задорная, весёлая, даже темница не сломила её дух. Эди, внимательно прислушиваясь к биению любящего сердца, перевела свои руки чуть влево. «Нет, — говорила волшебница сама себе, — это не то… И следующий человек не её жених… Вот!..» Эдилейн замерла. Мгновения напряжённого ожидания показались наблюдающим за её действиями пленникам вечностью.
Тонкий розовый лучик блеснул в полумраке и соединил двух молодых людей. Юная крестьянка чуть не вскрикнула от восторга, но вовремя зажала себе рот руками. Эди ощутила восторженное движение и счастливо вздохнула: начало было положено.
Далее волшебница продвигалась уверенней.
Уже более семидесяти безошибочно угаданных пар бесшумно стояли за её спиной, нежно обнимаясь и с надеждой следя за действиями Эди.
Волшебница явно устала. Её руки дрожали. Лоб покрылся капельками пота.
Неожиданно Эди вздрогнула. Женщина, чьё сердце она ощутила теперь, своим теплом, нежностью, светом, льющимся, может, и незримо для глаз, так походила на маму. «Но не мог же Берк сделать мне такой великолепный подарок? — поразилась девушка. — Ведь он умён. Очень умён… Правда, он никогда не любил и не верит в силу этого чувства…» Эдилейн направила ладони к другой стене. Вот! Здесь ошибиться невозможно. Такое великое чувство встречается редко. Это как чудо… Отец? Так похож: сила и нежность, величие и доброта… Но не папа… «Как жаль этого человека, — горестно подумалось девушке. — Ведь он смертельно болен… И никому не скажет… Может быть, отец сможет ему помочь…» Эди знала точно, что, когда она снимет платок с глаз, она безошибочно узнает эту немолодую уже пару и обязательно папа, как врач, посмотрит этого человека…
К четырём часам утра Эдилейн завершила Испытание. Она остановилась перед стражниками, повернулась к ним спиной и сняла повязку с глаз.
Тусклый свет подземелья показался ей ярче солнца. Девушка зажмурилась на мгновение.
Потом её обнимали совершенно незнакомые люди, целовали и благодарили. Она улыбалась в ответ, счастливая и уставшая, и искала глазами тех двоих, что так напомнили ей родителей, и одного из которых она хотела спасти.
И тут она увидела маму и отца. Они улыбались, стоя чуть в стороне. Эдилейн побледнела, ибо поняла, кого видела своим внутренним зрением некоторое время назад. Отец перехватил её испуганный взгляд и, как только мама шагнула к дочери, прижал палец к губам. Эди пошатнулась, её подхватили, и она тяжело осела на пол…
Городок на берегу огромного Голубого Океана, так живописно выглядевший всего день назад, сейчас представлял собой жуткое зрелище. Прежде красивые здания, превратившиеся в руины,
наполовину скрытые остывающей лавой и горами пепла — вот что осталось от прежней роскоши.Извержение началось внезапно. Учёные предрекали катастрофу гораздо позже и в стороне от центральных районов.
События развивались стремительно. И, если бы не подоспевший так кстати Отряд Спасателей, то жителям городка не выжить…
По ещё не везде отвердевшей лаве шла, осторожно ступая, но упрямо не желая отказываться от своих намерений, черноглазая смуглая девушка. Её звали Рива.
Неделю назад она познакомилась на танцевальном вечере в Клубе с ним. Подруги подтрунивали над всегда столь высокомерно глядящей на молодых людей Ривой. «Как ты будешь различать его и брата? А вдруг перепутаешь? А его фамилия? Ты её знаешь? Может, она смешная или неприличная?» Много подобных глупостей пришлось выслушать девушке. Но сердце её знало точно: это он, единственный, никто другой ей не нужен, и с братом они совсем разные, хоть и близнецы, и фамилия не имеет значения… Только тревожно будет ей за него: Спасатель — профессия опасная. А он и его брат были Спасателями и ждали прибытия Отряда, где служили. Почему они приехали в городок раньше других — Рива не задумывалась тогда… а теперь знала точно. Просто и Эркель, и Элель предчувствовали приближение беды.
Любовь между Ривой и Эркелем зародилась с первого взгляда. На второй день он признался ей, что «немного волшебник». Так он сам сказал. И он не может обещать ей, что всегда будет рядом, потому что ему, как Спасателю, придётся отлучаться из дома… Но он искренне любит её и, если она решится составить его счастье, то он предлагает ей стать его женой. И он не торопит с ответом: конечно, она должна подумать, а он будет ждать…
И она сделала вид, что думает… «Дура! — ругала она себя сейчас, осторожно перебираясь через поваленные ворота школы. — Надо было кричать ДА. Немедленно».
Слёзы текли по её щекам…
А прошлой ночью начался этот кошмар…
Рива со своими учениками поднялась, как было объявлено, на верхний этаж самого безопасного здания городка — школы. Там они и сидели, с ужасом наблюдая в окна, как раскалённая лава течёт по улицам, сметая всё на своём пути.
Жара была страшная. Дышать от летящих пыли и пепла казалось почти невозможным.
И тут она увидела их — двух братьев-Спасателей. Эркель сказал правду — они были волшебниками. Благодаря их дару не погиб ни один человек. Близнецы вставали на пути у раскалённого потока и какой-то неимоверной силой удерживали его, пока люди убегали прочь. Остальные члены Отряда спешно эвакуировали спасённых на безопасное расстояние.
Рива последней видела Эркеля, когда уводила своих подопечных. Молодой человек прежде, чем выпустить ребят из дверей школы, вдруг посмотрел на Риву долгим, словно прощальным взглядом и, сняв с шеи медальон с витиеватым вензельком на крышечке, надел на девушку.
— Вы остались последние, — тихо сказал он. — Постарайтесь скорее… Мы можем не удержать…
И она поняла, что он не обманывает и не пугает. Он говорит правду. И он очень устал, хотя и не желает ей показать этого.
— Я люблю тебя, — прошептала Рива и… поцеловала Эркеля в губы, прямо при своих учениках…
— Спешите, — он распахнул дверь и побежал навстречу приближающейся огненной реке.
Из-за угла школы выскочил Элель и нагнал брата. Так они и остались там, на узкой улочке, готовой вот-вот погрузиться в небытиё…
Благополучно устроив детей в разбитом на безопасном месте лагере, Рива отправилась на поиски Эркеля и Элеля, так как слышала случайно разговор двух Спасателей о том, что, «кажется, все вернулись».
Но тревога не покидала сердца девушки. И не напрасно. Риве показали на Командира Отряда, и та поспешила к нему.