Легенда о Фейлель
Шрифт:
«Не мог же я ошибиться!» — удивлённо подумал Хаим, внимательно оглядывая шумящую толпу и пытаясь взглядом зацепиться хоть за кого-то, так или иначе напоминающего человека, чей магический дар почувствовали волшебники даже в Зале Совета.
Из одной группы разговаривающих и смеющихся людей вышла девушка, под руку с молодым человеком. Рыжие волосы…
«Ну, слава Богу! — облегчённо вздохнул Хаим. — Мисс Эдилейн! Так вот оно что…»
И Начальник Стражи направился к молодой волшебнице.
— Эди, — негромко проговорил Алуан, бережно отводя девушку в сторону и помогая уставшей
Эдилейн изумлённо-испуганно взглянула на молодого человека. О! Эти синие бездонные глаза! Они не врали… Тогда как же?..
— Эди, — Галан мягко улыбнулся, — прости, что не смог догнать тебя тогда… что побоялся сказать сразу, думая, что наша с тобой встреча не должна иметь налёт нечестности, будто я просто стремлюсь скорее попасть на консультацию к твоему отцу, ну, по знакомству, что ли… Ты сразу сказала своё имя, а я постеснялся… Прости, если бы я только мог предположить, как серьёзно и опасно всё обернётся… Это моя вина…
Эдилейн нахмурилась и схватила себя за голову.
— Это я виновата… — прошептала она. — Я ничего не соображала… Конечно! Ведь познакомиться со мной можно и ради корыстной цели: приём у отца… Дура! — отчаянно воскликнула она. — Так уже было. Целых три раза. Со мной искали дружбы, чтобы поскорее попасть в клинику… Ал, прости меня…
Эдилейн чуть не плакала. Галан стоял перед ней на коленях.
— Нет-нет, — прошептал он, держа девушку за руки. — Это я должен был сказать сразу… Асена — моя сестра. Я отвечаю за неё. Она немая, не с рождения… Твой отец сказал, что она будет говорить…
Алуан смотрел в глаза любимой.
— Ты выйдешь за меня, Эди? — спросил он. Девушка кивнула.
— Я люблю тебя, Ал, — прошептала она.
Хаим подошёл к Эдилейн и Алуану, сидящим на траве, и поклонился.
— Мисс Фейлель, — проговорил он. — Рад видеть вас в здравии — мы ощущали темноту…
— О! — Эди только теперь заметила Конвой. — Извините, господин Хаим, — проговорила она, поднимаясь, — что-то я совсем рассеянная стала…
— Вы устали, мисс, — Хаим был прав. — Кто нас вызывал? Где тот, на чьё появление, не мне вам рассказывать, Совет мало рассчитывал?
Свет улыбки, озарившей лицо Эдилейн, укрепил Хаима в его догадке, догадке и надежде, высказать вслух которую опытный солдат и воин не позволил себе. Он, молча, последовал за девушкой. Галан скромно шёл позади Конвоя.
Люди расступались перед Эди и Волшебным Конвоем.
Девушка остановилась. Человек, с которым так оживлённо и непринуждённо беседовали крестьяне, обернулся. Хаим уже знал точно, кто стал Верховным Магом, — ведь по решению последнего Совета тот, кто в следующие за Советом шесть месяцев окажется величайшим волшебником, какого ещё не видывал свет, и становится Верховным Магом. Стражник с радостью увидел волнистые рыжие, с обильной сединой волосы, ладную сильную фигуру, стоящего к нему спиной Динаэля…
— Папа, — позвала Эдилейн. Дин обернулся.
— Доброе утро, Хаим, — улыбнулся он.
— Действительно, доброе, сэр Фейлель, — радостно ответил Командир Конвоя.
— Фейлель? — изумлённо повторил один из крестьян.
И волна восторженного шёпота покатилась по толпе.
Эливейн, стоя рядом с мужем, ласково глядя на дочь и сыновей, улыбалась.
— Хаим, —
проговорил Дин, словно сожалея о необходимости выполнить эту миссию, — доставьте, пожалуйста, мистера Берка в тюремную камеру, до Решения Суда его необходимо содержать под стражей.— Слушаюсь, — Хаим поклонился.
Конвой увёл Сэмюэля, молодого и прежде сильного своей магией, но так и не пустившего в своё сердце ни одного доброго чувства…
Тепло попрощавшись с жителями окрестных деревень и предоставив в их распоряжение бывший Сумрачный Замок, в котором силами Динаэля, Элеля, Эркеля и Эди были убраны все чёрные магические предметы, знаки, книги и записи, уставшие, но безумно счастливые тем, как обошлась с ними судьба, семейство Фейлелей и Галаны пустились в обратный путь.
Для начала им предстояло привести в порядок место тайного лагеря, разбитого в горах Дином и Эливь. Там царил полный хаос после пребывания на этом месте Тёмных Стражников. Уничтожение мусора, в который обратились весьма добротные прежде вещи, заняло достаточно времени и потребовало труда. К четырём часам дня небольшая горная полянка, наконец, радовала глаз своей чистотой и красотой.
Эливейн, остановившись возле небольшого пышно цветущего куста шиповника, лукаво усмехнулась. Оказавшаяся в тот момент рядом с ней Асена внимательно проследила за её взглядом и тоже улыбнулась. Картина, представшая их взорам, действительно была достойна нежной и любящей улыбки.
Эркель и Элель, присев на траву и прислонившись спинами друг к другу, делали вид, что просто осматривают местный пейзаж.
— Взгляни, — кивнула Эливейн в их сторону, — эти красавцы желают убедить нас в том, что чувствуют себя лучше всех, — Эливь говорила нежно, — несмотря на то, что их больничные рубашки выдают всё, что они так пытаются скрыть… Про свои госпитальные одежды они просто позабыли…
Близнецы переглянулись и невольно усмехнулись сами себе.
— Теперь наши влюблённые, — ласково продолжала Эливь. — Твой брат делает вид, что магия излечила его от смертельной раны за одну ночь совершенно: он уже окреп, твёрдо стоит на ногах… Правда, сейчас почему-то ему трудно даже ответить нам…
Алуан улыбнулся.
— А Эди уже спит, уронив голову ему на колени, — говорила Эливейн, — хотя пять минут назад утверждала, что, как только закончим с уборкой, немедленно отправимся домой.
Динаэль, тоже сидевший, прислонившись к скале, вытянув ноги и широко улыбаясь, поднялся и обнял супругу.
— О! — засмеялась она. — К твоим штучкам я давно привыкла… Конечно, но кто же позволит себе усомниться в том, что Динаэлю Фейлелю вообще незнакомо слово «усталость»…
И Эливь прижалась к мужу.
— Милый, — прошептала она, — не изображай героя передо мной. Я в любом случае люблю тебя. Поэтому, пожалуйста, устройся поспать: и силы восстановишь, и боль от свежего шрама стихнет… Да и мальчики последуют только твоему примеру — словами я их не уговорю.
Динаэль смотрел в глаза Эливь.
— Я люблю тебя, моё чудо, — проговорил он.
— И я тебя люблю, — ответила Эливейн. — Пожалуйста…
Дин покорился.
К семи часам вечера, когда в импровизированном лагере все проснулись, у Эливь и Асены был готов ужин. Они очень умело использовали всё, что осталось не тронутым Чёрными Солдатами.