Чтение онлайн

— Это не слишком отличается от того, что приходилось делать мне и не раз. — Прошипела она в ответ. — Ты думаешь, что сидеть взаперти и отъедаться словно бычок на убой так уж отличается от того, чтобы сидеть взаперти, до случки, ради потомства, которое ты можешь принести? Да. Тебе будет нелегко. Это было нелегко для меня. Но мы оба все еще живы. И эту цену нам придется заплатить, чтобы мы оба оставались живы достаточно долго и смогли придумать другой план.

— Какой план? — Он ненавидел, что увидел смысл в ее словах. Он хотел чтобы она ошибалась, хотел чтобы для него было будущее, в котором не было бы отвратительных, увядших стариковских губ, присосавшихся к его запястью.

— Если бы я знала, нам бы не пришлось его придумывать. Давай. Позволь мне помочь тебе немного приподняться.

Я хочу чтобы ты выпил немного вина и что-нибудь съел. Похоже теперь ты сможешь получить любые напитки и еду, какие только пожелаешь. Есть какие-то предпочтения? Что-то, что вызывает аппетит?

— Мясо. Свежее мясо. — потребовал он. Он произнес эти слова не задумываясь, а потом замолчал. Он поднял глаза, чтобы встретить ее пристальный недоуменный взгляд.

— Так сказал бы дракон. — сказал он, сделав вид, что это шутка. Но сам он задумался.

День 12-й месяца Пашни.

Год 7-ой Вольного Союза Торговцев.

От Селии Финбок, из Торговцев Удачного.

Гесту Финбок, из Торговцев Удачного.

Для отправки в Зал Торговцев Кассарика.

Мой дражайший сын, как можешь ты держать нас в таком напряжении? Столько странных новостей я получаю от своих друзей в Дождевых Чащобах и до сих пор не слова от тебя! Мой дорогой, это унизительно, что мне приходится выслушивать россказни о появившемся драконе и о загадочном и неожиданном отправлении вверх по реке, того самого непроницаемого корабля, на котором ты прибыл! Мне сказали, что он отчалил, без всяких объявлений и что несколько влиятельных Торговцев, судя по всему, отбыли на нем! Если ты хоть что-то знаешь об этих сплетнях, заклинаю тебя, пришли мне с птицей подробности, как только представится такая возможность! Все мои друзья сами не свои от любопытства. Кто-то говорит, что корабль ушел так внезапно, следуя за небывалой торговой возможностью, а другие утверждают, что это связано с другим кораблем, который преследовал Смоляной Вверх по реке.

Мои знакомые судачат, что ты бросился в безумную авантюру, чтобы найти свою пропавшую Элис. Они представляют всевозможные романтические спасения и воссоединения, но я снова повторяю тебе, я всегда считала ее неподходящей парой для тебя. Я надеюсь, что из-за нее ты не станешь подвергать себя опасности или слишком беспокоиться.

Надеюсь, что ты скоро свяжешься со мной, наняв самую быструю птицу из всех!

Твоя любящая мать

— Мы теряем время, кэп, — сказала Скелли, стоя прямо перед капитаном Лефтрином. — Внизу слишком темно, глубина колодца слишком велика, а Серебро слишком обмелело. Мы не начерпаем Серебра, опуская туда это ведро. Оно каждый раз оказывается на дне не в том положении. Можно подвесить к нему груз, чтобы оно наклонилось набок, но тогда и все Серебро, которое нам удастся набрать, разольется, пока мы будем тащить ведро наверх.

Она прервалась, чтобы сделать вдох. Несколько хранителей, собравшихся вокруг отверстия колодца, молчали. Три дня, проведенные в бесплодных попытках добыть Серебро, лишили их силы духа. Сегодня Карсон настоял, чтобы повседневные работы должны продолжаться, поэтому некоторые хранители отправились на охоту, чтобы пополнить их запасы мяса, а почти вся команда Смоляного вернулась на пристань, чтобы позаботиться о корабле и заняться укреплением причала. Тимара и Татс пришли к колодцу, чтобы узнать, есть ли какие-то подвижки.

— Ты хочешь сказать, что нам надо бросить это дело? — хмуро посмотрел на нее Лефтрин.

Нет, сэр. Я хочу сказать, что этим надо заняться вручную. Вы должны разрешить мне попробовать. Я самая маленькая и легкая в команде. А здесь как раз нужна та, у кого хватит бицепсов, чтобы осилить спуск и подъем. Так что это должна быть я. Сэр.

Татс опустил глаза, а Тимара, стоявшая рядом с ним, промолчала. Она знала, что оба они согласны со словами матроса. Скелли лучше всех подходила для этой работы. В то же время Тимара с трудом подавила дрожь. Она не представляла, как можно доверить свою жизнь веревке, не говоря уж о том, как спуститься на такую глубину в холодную

темную дыру в земле. От одной мысли об этом Тимару мутило. Может быть к этому делу и надо приложить руки, но только не ее.

— Я не могу доверить твою жизнь веревке такой длины, — резко сказал Лефтрин. — От твоих навыков с такелажем мало проку, если твои руки онемеют от холода. Если веревка порвется, ты умрешь от прикосновения к Серебру. Это сказал сам Меркор. Вот. Этому не бывать.

— То есть вы хотите сказать, что мы сдаемся? — Она была настолько поражена, что забыла добавить «сэр».

Не сдаемся. Просто мы не будем делать по-твоему. У нас есть порядочное количество старой цепи. В обрывках. Не знаю, что разорвало ее, но оно было намного сильнее человека с кувалдой. Вчера Большой Эйдер занялся ею, чтобы понять, сможет ли он разомкнуть и снова соединить несколько звений. Пока что ему это не удалось. Но когда он починит цепь и если удастся сделать ее достаточно длинной, тогда, возможно, я рискну отправить кого-нибудь вниз. Не тебя, а кого-то другого.

— Сэр, я…

Ее обиженный протест был внезапно прерван. Послышался отдаленный рев. Все было замерли, а потом их осенило.

— Драконы возвращаются! — прокричал Лектер. — Сестикан! Сестикан!

— Фенте захочет принять горячую ванну и чтобы ее хорошенько почистили, — сказал Татс, почти извиняясь.

— Так же как и Синтара. — Тимара понимала, что это означает. Пока драконы не будут выкупаны и вычищены, хранители не смогут распоряжаться своими жизнями. И так как Синтара не любила присутствия других королев, вероятнее всего она не увидит Татса все это время. Тимара почувствовала как у нее упало сердце и удивилась этому. Неужели она так быстро привыкла проводить свои дни вместе с ним? Без Рапскаля было проще, ее чувства к нему усложняли жизнь. Вслед за этой мыслью пришла другая: ей опять придется столкнуться с Рапскалем и с тем, чем он становился. По ней прокатилась волна страха. Каждый раз, когда она встречала его, он становился все более странным. И все более чужим.

— Ты идешь?

Другие, хранители и команда корабля, уже торопились обратно, к Площади Драконов. Татс остановился подождать ее.

— Я иду. — Ответила она и поспешила схватить его за руку, прежде чем они побежали вместе.

Драконы прибывали по двое и по трое. Похвальбы, рев и призывы хранителей практически сводили на нет попытки добиться последовательного рассказа о том, что произошло. Фенте чувствовала отвращение от того, что ей пришлось приземлиться на реку и пройтись по грязи. По пути домой она несколько раз убивала, каждый раз в грязи на берегу реки. Фенте настаивала на том, что она испачкана с головы до пят даже несмотря на то, что по мнению Татса она была как всегда ее сверкающим зеленым величеством.

Ее рассказ о том, как драконы бросились в битву, покорив злых людишек силой своей сверкающей красоты, показался ему немного неправдоподобным.

— То есть вы захвалили их, не пролив ни капли крови? — спросил он, осматривая ее когти после продолжительной горячей ванны.

Она томно вытянула свои пальцы. Он нашел немного песка, застрявшего между двумя из них и старательно вычистил его оттуда щеткой.

— Некоторые умерли. Один потребовал, чтобы его съели, и Сплит его съел. Некоторые прыгнули в реку и утонули. Другие убежали в лес и мы их оставили там. Потом у них была драка между собой на пути сюда и некоторые пострадали. Глупые людишки.

— Понятно, — спокойно сказал Татс. — А Тинталья, которую вы собирались спасти?

Она умирает. Мы прилетели слишком поздно. Все, что мы могли сделать, — это отомстить за нее. Кало остался с ней, чтобы съесть ее воспоминания, когда она уйдет.

Татс отвернулся от нее. Глаза защипало от слез. Значит первенец Короля и Королевы Элдерлингов тоже должен погибнуть. — Малте будет нелегко услышать это.

— Она оглохла? — спросила Фенте с праздным любопытством. Татс покачал головой и бросил расспросы. Судя по тому, что она не придавала значения некоторым событиям, спрашивать ее о деталях было бесполезно. Ей было бы куда интереснее рассказать ему что она убила и каким оно было на вкус, чем объяснять, как была выиграна битва и захвачены два корабля.