Чтение онлайн

Заняло все это удовольствие секунд, наверно, тридцать, не больше, но этого с меня хватило. Еще немного - и я бы просто стек по стенке, но что-то меня от этого удержало.

– Допустим, - я не сразу сообразил, что Эрик отвечает на последнее замечание шерифа.
– А с нами как? Не хочешь включить в экспедиционный корпус?

Тот всем своим видом постарался выразить сожаление:

– Сами понимаете, парни... Документов у вас нет, подозреваетесь в грабеже и убийстве, имеете при себе кучу оружия... А время у нас военное, так что ничего не поделаешь, отправлю вас в город для выяснения, пусть там и решают, как с вами

быть.

Эге-ге! Этот фокус я уже знаю! На такие штучки у меня чутье: ни до какого города мы не доедем, по дороге нам организуют смерть при попытке к бегству. Ну их на фиг, такие милые шуточки!

Я уже лихорадочно соображал, как выкручиваться, когда из холла послышался странный шум.

– Не пускать никого. Совещание, - коротко распорядился шериф. Что-то брякнуло, кто-то коротко взвыл, потом дверь распахнулась, ноги перекрывшего проход автоматчика оторвались от пола, и кто-то аккуратно, словно ребенка, переставил его и ворвался в комнату. Лица я разглядеть не успел - вошедший сразу ринулся к шерифу:

– Сколько раз все это повторяется, а?! Ты что, хочешь, чтоб я со своих парней намордники снял?
– со спины, конечно, не очень разберешь, но этот тип кажется мне знакомым. И нашивка институтская на рукаве... Шериф попытался его игнорировать:

– Я же сказал - не пускать никого!

– В следующий раз сами попробуйте, - в дверь просунулась рожа, прикрывающая ладонью разбитый нос. Вошедший заговорил елейным тоном:

– Я все понимаю, шериф, ваша служба и опасна и трудна... Но почему, получив от меня предупреждение, что там-то и в такой-то момент пойдет такая-то группа, твои головорезы оказываются там же, и задерживают эту группу, после чего суют нос туда, куда им вот совсем его совать не надо? У вас, может быть, это служебным рвением называется? У нас это называется элементарным саботажем, - так, а этот институтовец еще и Силой владеет...

Шериф не смутился:

– Я думал, вашу группу голыми руками не возьмешь.

– И не взяли бы, если б их не предупредили - твоим уродам шеи не ломать. В следующий раз скажу, чтоб не стеснялись.

Шериф пожал плечами:

– Отправляй жалобу по инстанции.

– Непременно, - дружелюбно откликнулся институтский.
– Развел тут у себя бардак…

Тут его взгляд упал на кучу нашего оружия, на торановский меч.

– Так... Это уже интересно!
– и он круто повернулся к нам. Вот черт, и как это я его сразу не узнал?!

– Герман! Вот змей траншейный! Я-то уж думал...

Он некоторое время всматривался в меня, потом его заросшая бородой физиономия расплылась в улыбке:

– Ордынцев, бродяга! Какими судьбами?

– Как обычно. От передряги к передряге.

– Я смотрю, весело время проводишь, - усмехнулся он, потом посерьезнел.
– Да, а что это вы все тут делаете?

– Ждем, когда нас при попытке к бегству замочат, - весело растолковал я.
– Кстати о птичках, тебя не интересует случайно канал переброса, у Института не зафиксированный?

– Безусловно. Да...
– он посмотрел на моих спутников. Я тут же поспешил представить:

– Это Эрик, из группы «Топаз», на данном этапе - мой командир. Эксперт-паранормальщик.

– Герман. Отдел контроля группы «Мастер», - большие институтские шишки церемонно обменялись рукопожатиями, а я продолжил:

– Это - Коллинз из той же группы, а вот - прошу

любить и жаловать - Мастер Торан.

– Ладно, - перебил Эрик, - некогда любезничать. Герман, мы накрыли левый канал переброса километрах в двадцати отсюда. там остались наши ребята. В данный момент по их души едет команда местных истребителей. Что можно предпринять?

– Ч-черт! С этого бы и начинали. Шериф?

– Ну?

– Можешь вернуть своих барбосов?

– Нет.

– Тогда пеняй на себя. А вы, братцы, топайте за мной.

Шериф вскинулся, не желая упускать добычу:

– Эй! Эти люди - под моей юрисдикцией! И вилла тоже!

Герман в упор уставился на него и пообещал медовым голосом:

– Будет тебе и юрисдикция, и белка, и свисток, и потрахаться большая коробка...

Шериф прикусил язык - а что ж он еще сделать мог? А мы, не теряя времени, кинулись разбирать оружие.

И тут без препятствий не обошлось: один из автоматчиков сделал робкую попытку преградить нам дорогу. Бедолага явно никогда не сталкивался нос к носу с Чародеем, да еще раздраженным. Фокус, в общем-то, простейший: коротенький знак, придать Силе направление и слегка закрутить... Если учесть мое состояние, вышло неплохо: парнишка слегка стукнулся башкой об потолок и очутился на шкафу, обрушив гору пыльных папок. Там он и остался сидеть, скрючившись в неудобной позе и очумело моргая.

– Неплохо, - одобрительно заметил Герман.
– Растешь, уняться не можешь...

– Ладно, ладно, хватит развлекаться. Местные на вилле будут минут через двадцать-двадцать пять.

– Наших-то они врасплох не застанут, - с ноткой самодовольства заметил Торан.
– Мы тут времени не теряли, - и тут он соизволил одарить меня самой дружеской улыбкой, на какую способен, приоткрыв длинные желтоватые резцы.

– Нам тоже терять не стоит, - сообщил Герман.
– Потолкуем позже. С тобой, шериф, кстати, тоже. Пошли.

Мы не заставили себя долго упрашивать и ломанулись на улицу, провожаемые враждебными взглядами автоматчиков. У крыльца, фыркая мотором, стоял тупоносый джип без водителя, Герман кивнул на него:

– Садитесь. Я сейчас, - потом выудил из-под куртки рацию, что-то на ней покрутил и, заручившись тонким писком, заговорил:

– Ковчег-первый? Кентавр у аппарата. Анри? Слушай внимательно, повторять не буду. Стрекозу на поле. Найди Янека... Где хочешь, но чтоб через десять минут он в кабине сидел. Снаряга? Форма нуль-четыре... Да, именно, полный боекомплект... Включая. И погрузите гитару, по ящику апельсинов и яблок, гроздь бананов. Да, еще добавь на всякий там по пять тортиков обоих сортов. Все. Отбой. Жди, - он прыгнул за руль.
– Ну, теперь пристегнуть ремни. У этой колясочки рессор сроду не бывало.

– Дай Торану какой-нибудь мешочек, - попросил Коллинз, сидящий на заднем сиденьи между Тораном и Эриком. Эрик задумчиво пробормотал:

– Гитара - знаю. Яблоки, апельсины - это понятно... А что такое тортики?

– Хорошая штука, - усмехнулся Герман, переключая скорость.
– Тебе понравится.

А потом все заткнулись - Герман потому, что следил за дорогой, я - по причине навалившейся усталости и головной боли, а остальные... Наша поездка сюда была легкой разминочкой перед предстоящим испытанием выносливости. Герман, похоже, избрал кратчайший путь и преодолевал его на максимальной скорости.