Интерполицейский
Шрифт:
Ганс быстро потерял чувство времени, так что не знал, как долго они ехали. Просто в один момент тряска прекратилась, снаружи раздались негромкие голоса, шаги, скрежет отодвигаемых ящиков, и наконец стенка контейнера со стуком упала на сталь кузова.
— Живы? — заглянул внутрь Коуни. — Ну и отлично, — бодро ответил он на нервный кивок Ганса. — Выползайте, а то вы на мышей лабораторных здесь похожи.
Грузовик стоял в тесном гараже, здесь же еще находился тот желтый "Мицубиси", в котором уехал Беркутов.
— Не ждал вас тут увидеть, господин полковник, — сообщил Ганс, выбираясь из ящика, и с хрустом расправляя свои широченные плечи. — Вы-то зачем
— Все потом, потом! — заторопил подчиненных полковник. — Сейчас нужно быстро ехать, завтра утром группа выступает, только вас двоих и дожидаются. А вам еще отдохнуть надо, да мои ЦУ выслушать. Так что советую, Ганс, запастись терпением.
Но по пути к временному пристанищу интерполиции Гансу все же удалось раскрутить шефа. Выяснилось, что шеф назначен личным куратором операции, и напрямую руководит ее подготовкой. Еще он поделился с ними не очень приятным известием о расширении опергруппы на еще двух человек, которые являлись журналистами.
Час от часу не легче!
Также выяснилось, что полковник уже знает о связи шейха с Ларинчей, и через отслеживание перемещений наркобарона выяснил, где с девяностопроцентной вероятностью укрывался Акбарс. Так что информация Герды и Ганса явилась лишь дополнением и подтверждением к этому вопросу.
Ганс наконец почувствовал, что у него мозги набекрень сворачивает. И внезапно ощутил, что этот день прошелся по нему паровым катком, дожимая остатки сил. Оставив в покое шефа, он расслабленно откинулся на подголовник сидения. Все, к дьяволу всех, он сейчас хотел только одного — спать. Тем более и солнце окончательно закатилось за горные вершины, пока микроавтобус добрался по трущобным закоулкам до ангара. Глаза у капитана слипались, и он сквозь сон уже помнил, как выпал из машины на чьи-то заботливые руки, потом помнил подушку под головой, и все…
10
"Рука Аллаха"
Центральный аэропорт
Кито, 10-е, отсчет -
15:00 м. в.
Он был один. Ему пришлось надеть эту неудобную жесткую одежду — тесные джинсы и цветастую безрукавку взамен привычного камуфляжа, и лететь в самое логово неверных. В его руке был чемоданчик — просто личные вещи. Лишь в потайном уголке чемоданчика находился нож — отличный боевой нож, изведавший крови не одного неверного шакала. Огнестрельное оружие ему претило, хотя, если возникнет необходимость, достать его труда не составит.
Но изменивший слову Аллаха и своим единоверцам испробует на собственной шкуре не быстро убивающую пулю, а справедливый холод клинка! И так будет с каждым отступником!
Он безразлично огляделся, вступил в здание аэропорта, быстро пронизал таможню, и брезгливо касаясь взором сотен христианских собак, заполоняющих окружающее пространство, покинул здание. Поймал такси, и назвал выданный ему командиром адрес. Там его должны были радушно встретить, и обеспечить всем необходимым…
Миссия очищения началась.
11
"Шейх"
Эквадор, Кито — Амазония,
поместье "Дель Лока",
отсчет — за три дня до того.
— Значит, Ларинча согласился помочь?
Абу аль Гарад поднял на хозяина черные, как пустынная ночь, глаза. Крылья тонкого носа, в профиль напоминающего
орлиный клюв, расширились.— Да, великий. Но при одном условии.
— Каком же? — Акбарс не очень любил, когда ему ставили условия. Но не в его положении загоняемого зверя избирать свои правила. Ларинча прекрасно осознавал это, и без зазрений совести пользовался ситуацией.
— Он просит предоставить ему наши транзитные каналы в Азии. Ему сломали прямой европейский трафик, и он ищет обходные пути для своего товара. Ну и, конечно, хочет стать нашим единственным поставщиком оружия, так сказать, монополистом… — советник едко улыбнулся.
— Жирный кусок. Ладно, шайтан с ним, пусть так и будет. Нам слишком необходимо его покровительство в данный момент. Вдобавок, наверняка все наши каналы уже отслеживаются Интерполом, так не будет ли лучше, если в его когти угодят не правоверные, а люди этого прохвоста?
Весь этот диалог происходил в салоне небольшого комфортабельного самолета, заходящего на посадку в Кито. Шейх Акбарс, смертельно напуганный налетом спецназа Интерпола, пытался найти временное укрытие понадежнее, и новый южноамериканский партнер Гарсия Ларинча подошел для этой цели как нельзя лучше. Наркоделец был заинтересован в связях с арабским аристократом, имеющим широкое влияние по всей территории Азии, и входившим в состав крупного восточного теневого альянса.
Акбарс хорошо помнил минуты, когда он, без памяти от страха, бежал по узким бесконечным туннелям катакомб, подальше от этих проклятых полицейский и трупа Венесии, сорвавшегося с лестницы. Шейх, мчащийся по неровному камню, все ждал, когда за спиной раздастся глухой удар о землю контейнера с газом. Ждал, что металлический ящик лопнет и извергнет в подземные проходы ядовитый туман. Но не дождался…
Все обошлось. Акбарс остался жив, ускользнул из сетей полиции, и через несколько часов добрался до тайной вертолетной площадки в горах, где его ждали верные люди, вывезшие своего владыку в Египет. Там шейх соединился со своей ближайшей свитой, также избежавшей ареста. Известив Конклав о своем временном уходе от дел организации, пока шум не уляжется, он, запросив помощи у Ларинчи, вылетел в Южную Америку. Но не был до конца уверен в том, что Ларинча рискнет встать на пути Интерпола. Тем не менее, шейху сейчас необходимо было непрерывно перемещаться с места на место, чтобы ускользать от преследователей.
И вот Ларинча согласен. Теперь оставалось переждать за его спиной определенное время, прежде чем вернуться к активной деятельности.
— Саиб.
В отдельный салон шейха вошел еще один сподвижник Акбарса — его телохранитель Магомет. Только он, да еще советник Абу знали истинное имя шейха, и имели право им пользоваться. Ведь все они росли вместе, были молочными братьями, и позднее стали кровными для укрепления этих уз. До сих пор на их руках остались узкие шрамы от юношеских клинков.
— Что? — спросил Акбарс, вглядываясь в хмурое лицо телохранителя.
— Саиб, я только что получил известие от верного человека, что Аль-Каида и Талибан объявили тебя вероотступником и заявили, что ты ответишь за отступничество кровью.
— Вначале пусть достанут, дети шакала! Не думай об этом, брат, за нами стоит гораздо большая сила, чем за этими детьми дьявола. Никогда не уважал учение Ваххаба, позорящее честный ислам, да опустит на них Аллах свою карающую длань.
— Тем не менее, нужно быть настороже, Саиб. Ты знаешь, на что могут быть способны эти фанатики. Ладно, это моя забота. Скажи, христианин согласился?