Интерполицейский
Шрифт:
Молниеносно оценивая ситуацию, я подал со своей позиции за большим валуном, притертым вплотную углу горловины — сигнал Ао Тену. Тот, со свойственной азиатам ловкостью и изобретательностью вскарабкался над выходом из тоннеля. Неясно, за что держась, он показал мне, что понял.
Мы очутились за спинами террористов. Я, так, чтобы видел Ао, быстро, но четко отсчитал пальцами до трех, и рванулся вперед. Ао атаковал синхронно со мной.
И понеслась… Террористы, не ожидавшие нападения в самом сердце своей цитадели, дали нам огромную фору. Локтем вырубив первого подвернувшегося, я поймал неудачную атаку следующего, растерявшегося
Оказывается, он напал на "моего" боевика со спины. Мы с ним посмотрели друг другу в глаза, и тихо рассмеялись.
— Счет — по два с половиной на каждого, — выдохнул я. После чего мы помогли друг другу выпрямиться.
— Лихие мы парни, — подытожил я, оглядывая побоище. Агент согласился:
— Это точно. С тобой приятно работать, майор. Только скажи мне, друг, у тебя живые остались? У меня, к сожалению, нет — увлекся…
Посмотрев под ноги — наша последняя жертва явно загнулась, причем не от моего удара, я произнес:
— Кажется, есть там один. Я его только оглушил.
Мы нашли боевика лежащим возле стены. Видимо, моим ударом боевика еще шваркнуло о камень — на лбу у него была рассеченная рана. Но жить он еще мог.
Ао толкнул его ногой. Это не помогло прийти бандиту в чувство. Чтобы не терять времени, я взял его за грудки, и хорошенечко встряхнул.
— Эй, просыпайся! — добавил ладонью по щекам, и только после этого тот начал проявлять какие-то признаки жизни.
— Ты по-английски понимаешь?
Он неуверенно кивнул.
— Предупреждаю — звук без спроса, и ты труп! — стоящий рядом Ао уже вытащил пистолет из кобуры мертвеца, и сняв с предохранителя, наставил напротив левого глаза пленного.
— Он не шутит, — подтвердил я. — А теперь скажи-ка нам, приятель, есть ли здесь иные выходы наружу, кроме ущелья? От ответа будет зависеть твоя поганая жизнь. Даю минуту на размышления, — затем я повернулся к напарнику. — Ао, надо предупредить там, чтобы не волновались…
— Держи, — он отдал мне пистолет, а сам на пути к ответвлению, в котором укрылись оставшиеся беглецы, подхватил с полу пару автоматов.
Я вернулся к начатому разговору.
— Ну, память прояснилась? Что-нибудь полезное вспомнил? — дуло пистолета переместилось и уперлось под горло боевика. Того всего трясло от страха, он, похоже, еще не совсем соображал, во что влип, и впивался в меня побелевшим взглядом. Судорожно глотая, он пытался издать какие-то звуки, но они застревали у него в глотке. Я сильнее вжал пистолет в его шею. Наконец, поймав широко открытым ртом глоток воздуха, он выдавил:
— Д-да, господин! Господин, й-й-есть еще один выход… — очень плохо, но пленник в самом деле говорил по-английски, что значительно облегчало наше взаимопонимание.
— Ну?! — грозно потребовал я продолжения. Сзади уже шелестели шаги нашей орды.
— Не очень далеко отсюда есть старая шахта, поднимающаяся к южному склону горы. Она совсем старая и ей давно уже не пользовались, только в качестве запасного выхода.
— Там есть охрана?
— Человек пять
или шесть. Двое внизу, около выхода из нее, трое в ней на третьем уровне, там есть платформа. Вы отпустите меня? — на него было жалко смотреть. В одночасье самоуверенный террорист превратился в трясущееся ничтожество. Плоховато что-то у полковника с моральным воспитанием "солдат террора". Что, впрочем, играет нам на руку.— Не так быстро! Проведешь нас к шахте, возможно, останешься жив. Это зависит только от тебя.
— Хорошо, хорошо, господин, — часто закивал пленный. Я помог ему подняться.
— Присматривайте за ним, — приказал я бойцам. Потом мой взгляд поймал небезынтересный факт — почти все они оказались вооружены, причем у большинства были автоматы. Ну я понимаю, три у нас, но ведь один у Ао, а между тем лишь Джеф держал в здоровой руке трофейный пистолет.
Заметив мой красноречивый взгляд, Жиль жизнерадостно улыбнулся:
— У нас тоже были веселые гастроли. Человек шесть.
Да, опасно здесь оставаться. Того и гляди, еще кого-нибудь нелегкая принесет. Воевать с учеными в багаже несподручно будет.
— Веди как можно более короткой дорогой! — велел я боевику.
Он повел нас к дальнему боковому тоннелю. Рядом с ним неотступно следовали хромающий, но не потерявший сноровку Жиль, и Чарли, держащий на весу простреленную руку, но не ставший от этого менее опасным. Впереди вновь крались Ао и я. Замыкал процессию Керк, единственный из нас везунчик, избежавший ранений.
Минут через пять блужданий по узкой извилистой кишке неожиданно взревела приглушенная скалами сирена. Где-то впереди запрыгали огненные всполохи тревожных огней.
Значит, либо обнаружили нашу пропажу, либо Шаневского, либо нашли трупы террористов. Либо и то, и другое, и третье вместе. Не стоило и не рассчитывать, что наше исчезновение останется незамеченным…
Пришлось немного пошевеливать неприспособленных к подземным путешествиям ученых и чиновников. Я мимоходом удивился, как они безропотно сносили наши помыкания. Молчал даже мсье Рельи, уважаемый заместитель министра обороны Франции, хотя Жильбер, помнится, что-то упоминал о нестабильном характере Рельи. Тяжело, видно, пришлось в плену беднягам. А тут шанс на спасение, ведь только мы можем их вытащить, свои то их бросили.
— Быстрее, быстрее, господа! — оглядываясь, торопил Керк. — Чую погоню!
Я ему верил безоговорочно, как себе. Прибавил ходу, чуть вырываясь вперед, за мной неслышно скользил республиканец. Жиль, тот вообще запрыгал на одной ноге, еще и задавая темп Чарли и "языку". По коридору металось наше тяжелое дыхание.
— Господин, господин! — вдруг позвал меня пленник. Я, остановив Ао, бросился к нему.
— Что?
Он перевел дыхание, и сказал:
— Господин, мы уже почти пришли. За следующим поворотом — первый пост. Двое человек.
Когда он слышал звуки сирены, его лицо слегка изменилось. Но боевик четко ощущал, что тревога лично ему счастья не принесет. Поэтому стремился сохранить свою шкуру. Ну не везет полковнику на преданных людей. Хотя, с другой стороны, жить хочется всем, а умирать за чьи-то там идеалы — занятие на любителя.
— Уберите его. Джеф, иди сюда!
Из наших раненных он выглядел лучше всех — его рана успела слегка затянуться стараниями Эда… а у Жиля и Чарли сквозь повязки проступала свежая кровь, хотя они и виду не подавали, что им больно.