Чтение онлайн

— Какого черта? О чем он говорит? — Воскликнул Энцио, с изумлением глядя на Ансельма.

— А, так ты ему ничего не рассказал. — Родан осклабился. — Ну что же, вам будет, что обсудить по пути к королевскому дворцу.

— Так вот твой план. — Сквозь зубы прошипел Ансельм. — Продать нас королеве?

— А почему бы нет? Как думаешь, хорошо она заплатит за него? Я думаю, что очень хорошо.

Энцио с нетерпением поднял руку, показывая пальцем на Родана.

— Ансельм, я тебя еще раз спрашиваю: как это нужно понимать?

— А что тут понимать. — С усмешкой отвечал Родан. — За смерть Милены Ансельм нажил пятьдесят

тысяч золотых.

— Да как ты смеешь! — Закричал Ансельм. — Я получил десять тысяч. И вовсе не за смерть Милены.

— Ну-ну. Десять, пятьдесят. Но все-таки же получил, а?

— Ты обманул меня! Если бы я знал, что ты убьешь Милену, я бы тут же на тебя донес.

— Вы только поглядите на него! Какое благородство! А где же было твое благородство, когда ты согласился выкрасть дневник Энцио? А, Ансельм? В известном смысле это даже непорядочно. И все-таки я не держу на тебя зла. Как я уже сказал: вместе дело начали, вместе и закончим. Я уверен, королева заплатит за Энцио сполна. Поделим поровну. Что скажешь?

Ансельм шагнул вперед.

— Скажу, что для того, чтобы доставить Энцио в столицу, тебе придется меня убить.

— Вот как? Это твой окончательный ответ? Ты хорошо подумал?

— Ну, будет. — Вполголоса сказала Галатея и обнажила меч. — Или вы дадите нам пройти. Или все пятеро останетесь лежать тут.

— Тю-ю. — Протянул Родан и окинул Галатею насмешливым взглядом. — Разве барышня куда-нибудь торопится?

***

Галатея успела заколоть двоих, до того как ее ранили в плечо. Энцио к тому времени уже лежал: ударом лезвия плашмя ему свернуло набок нос и выбило три зуба. Родан с Ансельмом бились в стороне от общей свалки, у ворот. Прежде чем потерять сознание Энцио еще увидел, как Родан ударом страшной силы выбивает меч из рук Ансельма.

***

Из записей Энцио.

Я пришел в себя и несколько минут лежал, собирая воедино обрывки воспоминаний. Трактир, изобретение старика, Ансельм.

— Ансельм! — Воскликнул я и попытался сесть. Сесть не получилось. Зато я выяснил, что лежу в какой-то комнате под одеялом. Окно открыто. Занавески подергивает сквозняком.

— Ты проснулся?

— Галатея? Где мы?

Галатея улыбнулась.

— В Твилле.

— Как в Твилле? Не понимаю. Как мы оказались в Твилле?

— Приехали на лошади, как же еще? Ты всю дорогу был без сознания и бормотал какой-то вздор.

— Но как… Как это возможно? Ведь тебя ранили.

— Бывало хуже.

— Хочешь сказать, ты одна одолела тех двоих? А потом…

— А потом еще и третьего. — Кивнула Галатея. — Дотащила тебя до конюшен и засунула в какую-то повозку. Нам удалось уехать за минуту до того как набежало сборище солдат.

— Но как это возможно… Подожди. А где Ансельм?

— Погиб.

При этом слове на меня нахлынула лавина. Я отвернулся и несколько минут молча глядел в окно.

— Это не он убил Милену. — Сказала Галатея после паузы.

— Я знаю, что не он подсыпал яд. Но это вряд ли служит оправданием. Сначала под личиной дружбы, он пытался выкрасть мой дневник. Потом согласился меня уничтожить и уничтоженного отвезти в столицу.

— Он не убивал Милену. — Тихо повторила Галатея.

— Но

он был в этом замешан! — Крикнул я. — Я почти уверен, что он лгал. Он не мог, не знать, что меня собираются отравить.

Галатея покачала головой.

— Нет, он действительно этого не знал.

— А ты откуда знаешь? Это он тебе сказал?

— Нет, он мне ничего не говорил. Я слышала ровно то же, что и ты.

— Тогда откуда же ты знаешь?

— Вертальцы чувствуют, когда им лгут.

— Чего?

— Я говорю, вертальцы чувствуют, когда им лгут.

— Как это понимать?

— Так и понимать. Если сейчас ты попытаешься меня обмануть, то я почувствую.

Я с удивлением посмотрел на Галатею.

— Ты серьезно?

— Да, я серьезно.

— И как именно это работает?

— Как чувство. Ну вот ты, например, чувствуешь холод, боль. А вертальцы чувствуют, когда им лгут. Ансельм не лгал тебе.

Я снова перевел взгляд на окно. Как кто-то может чувствовать, когда ему лгут?

— А кстати, почему я ничего не чувствую? По-моему мне сломали нос.

— Я напоила тебя отваром из древесного цветка. Может кружиться голова, но боли не должно быть.

Тут из соседней комнаты послышался какой-то шум. Словно бы что-то металлическое уронили на пол. Я поднял брови и перевел недоуменный взгляд на Галатею.

— Тут что, кто-то еще?

— Мальчик.

— Какой мальчик?

— Я подобрала его по дороге.

Поднявшись, я пошел смотреть на мальчика.

— И как его зовут?

— Я не спросила. С тех пор как мы приехали, он спит.

Я осторожно открыл дверь и просунул голову. Мальчик лежал на кровати с открытым ртом и тихо посапывал. На полу возле кровати валялся медальон. Видимо, мальчик задел его рукой и смахнул с тумбочки, когда переворачивался. На медальоне была изображена хищная птица Краин — символ королевской власти. Несколько мгновений я разглядывал мальчика, после прикрыл дверь и посмотрел на Галатею. Та подозрительно прищурилась.

— Ты разве его знаешь?

— Да, знаю.

— И кто это?

— Февроний. Сын короля Тиберия. Мой племянник.

***

Проснувшись на другое утро, Февроний рассказал, что с ним произошло. Как он угодил на корабль работорговцев, как разразилась буря, как корабль налетел на рифы. Последнее, что он запомнил, была огромная волна, которая смыла его за борт. Очнулся он уже на берегу, недалеко от Мелоса и сам не понимал, как уцелел.

Следующие пять дней Февроний скитался по Эолу. Спал на земле, питался дикими ягодами и подачками торговцев в деревнях. На третий день набрел в лесу на лагерь разбойников и снова только чудом избежал неприятностей. В одной деревне он услышал, что его считают погибшим, и решил, что это знак.

Когда Галатея подобрала его на дороге, он как раз шел в столицу Вестриэля, чтобы наняться в подмастерии к какому-нибудь кузнецу.

***

— Послушай, а может нам остаться здесь? — Спросил я Галатею спустя два дня. — Доживем свой век в Твилле. Тихо и спокойно. Я открою овощную лавку. Ты обучишь Феврония владению мечом и верховой езде. По вечерам будем гулять все вместе. Перед сном сидеть возле камина с чаем.

Галатея покачала головой.