Горошина для принцессы
Шрифт:
Потому что Толя Серов после Испании стал оч-чень большим начальником!
Владимира отправили домой в конце сентября, как только он чуть-чуть оклемался после тарана и вышел из госпиталя. А Толян вернулся в Союз лишь в январе. И в одночасье стал почти легендой! Ему вручили три ордена и грамоту Героя! Из старших лейтенантов он шагнул сразу в полковники! В мае был назначен начальником Главной летной инспекции Красной Армии, а совсем недавно стал членом Совета авиации при Совнаркоме.
После крепких объятий и богатырских хлопков по спине и по плечам, посыпались обычные расспросы… Какими судьбами? Кем, да где, да как дела? Кого видал, да что о ком слыхал? А здесь зачем?
– Толя, помоги попасть на прием к Никитину!
Анатолий поднял трубку внутреннего телефона и несколько раз крутнул диск:
– Серов… Алексея Васильевича!.. Так. А когда будет?.. Понял! Спасибо, - он посмотрел на Владимира.
– В командировке. Но завтра уже будет на месте. Сам на прием пробьешься или проводить?.. Помощничек у него прямо цербер! Мне б такого!
– ухмыльнулся он.
– Или проводить, - сказал Владимир.
– Времени в обрез! Я тут мотаюсь по совещаниям уже почти две недели, а бригада без командира! Сам понимаешь!
– Слушай, Владимир, а почему Дальний Восток?..
– вдруг спросил Анатолий.
– Давай лучше ко мне в инспекцию! Дел невпроворот, а людей не хватает!
– Ты же меня знаешь, Толян!..
– Владимир развел руками.
– Какой из меня столоначальник! Мне, ведь, в кабинете и полдня не высидеть! Я же без неба не могу!
– Обижаете, товарищ майор!
– покачал головой Анатолий.
– С чего ты взял, что мы тут штаны просиживаем! Все мои инспектора без роздыху мотаются с проверками по частям! С утра до вечера из самолетов не вылазят!.. И, вообще, у меня тут грандиозная мысль родилась недавно!
– у него загорелись глаза.
– Пилотажная пятерка из боевых летчиков! Не просто групповой и одиночный пилотаж на грани возможного, а реальный воздушный бой! Стреляем холостыми, само собой! Но все остальное, как в жизни! До Дня Воздушного Флота осталось всего ничего! Мы уже и тренировки начали!.. Мы - это я, Мишка Якушин, Борька Смирнов и Женька Антонов!.. Пятого пока нет… Кандидатуры имеются, конечно. Но мне нужен свой, проверенный! А ты, как раз, такой и есть! Давай к нам пятым!
Владимир почесал в затылке.
А, ведь, как заманчиво! Как заманчиво-то, а!.. Вместе, как в былые времена, полетать, пострелять! Опять же, зная Анатолия, Владимир был совершенно уверен, что пилотаж действительно будет на грани!.. Э-эх, если бы не Снежка!.. В Москве Герой Советского Союза Иволгин неминуемо окажется на виду. И его жена, само собой, тоже! И неудобных вопросов им не избежать…
Анатолий заметил его колебания. Но давить не стал… Ничего, еще не вечер! Сам дозреет!.. И ребята помогут!
– Так, - сказал он.
– Ты подумай! Само собой, с кондачка такие дела не решаются!
– Анатолий прищурился.
– А пока вы будете думать, товарищ майор, я, как старший по званию, вас к себе прикомандировываю!
– сказал он официально и вдруг широко улыбнулся.
– Тебе все равно сидеть в гостинице еще как минимум сутки! Ты где остановился? В «Москве» или ЦДКА?
– В «Москве», - сказал Владимир.
– Отлично! Мы с Валей тоже там обосновались, пока квартиру ждем! Значит так!..
– он посмотрел на часы.
– Сейчас мы с тобой завалимся куда-нибудь перекусить, а потом махнем в ТРАМ-тарарам, то бишь, в Театр рабочей молодежи! Сегодня там ставят «Бедность - не порок» Островского. Между прочим, моя Валя - в главной роли!
– гордо сказал Анатолий.
– А после спектакля подхватываем Валентину и сразу ко мне!
– он положил руку на телефон.
– Ребятам я сейчас команду дам, чтобы к столу чего-нибудь сообразили! Посидим, потолкуем, а потом танцы устроим!.. Борька и Мишка придут с женами, а для тебя и Женьки Валя кого-нибудь с собой притащит!.. Для компании!.. А может, еще кто-нибудь потом подтянется на огонек! Я в Доме писателей с такими хорошими ребятами познакомился!
– Анатолий поднял трубку и набрал номер.
–
Владимир подождал прямо в кабинете, пока Анатолий закончит самые неотложные дела. После чего, усевшись в «королеву», роскошный Серовский лимузин - подарок испанских товарищей, они поехали в ресторан, поужинали, как следует, а затем махнули в театр.
Спектакль произвел на обоих огромное впечатление.
Хотя Анатолий смотрел эту постановку уже несколько раз, он снова был до глубины души взволнован развертывающейся драмой. Так, словно все это происходило не с Любовью Гордеевной, а с самой Валентиной!
Владимир видел пьесу впервые, и, не скрывая эмоций, вовсю переживал за главную героиню, сразу же влюбившись в этот цельный и сильный характер.
Как гордо ответила она разбитной, веселой вдове в первом действии: «Девушка девушке рознь!»… Как сверкнули ее глаза!.. У Владимира даже что-то к горлу подступило! Ведь, точно также могла бы сказать и обязательно сказала бы Снежка!
А сцена объяснения в любви! Как искренне и просто Любовь Гордеевна призналась в своих чувствах!.. Она сказала Мите, который прочел ей свое стихотворение: «Я тебе сама напишу… Только стихами я не умею». А потом написала на листке «И я тебя люблю!» и отдала ему…
У Владимира так гулко стучало сердце, что он невольно огляделся, не заметил ли кто!.. Куда там! Все взгляды были устремлены на сцену… Анатолий стиснул кулаки так, что побелели пальцы, и практически не дышал, не отрывая глаз от жены.
Э-эх, вздохнул Владимир, вот если бы Снежка написала ему такое!..
А как проникновенно, глядя в зал, прямо на сидящего в первом ряду Анатолия, Валя, то есть Любовь Гордеевна, сказала, обнимая подругу в одной из сцен:
– Ах, Аннушка, как я его люблю-то, кабы ты знала!..
Когда спектакль окончился Владимир вышел из театра и закурил, стоя на крыльце. Написанная еще в прошлом веке пьеса задела его за живое. Прекрасную молодую девушку против ее воли хотели отдать замуж за мерзко хихикающего старого паука только потому, что он был очень богат!.. А ее любимый был беден…
Это ужасно, подумал Владимир, когда юные девушки так беззащитны!.. И чертыхнулся! А сам-то, что сотворил?! Взял и принудил несчастную Снежку выйти за себя! Конечно, он не какой-нибудь, падкий на молоденьких, слюнявый старикан! Но все равно!.. Нельзя же без любви, насильно, отдавать беззащитных девушек замуж!..
В конце второго действия он уже еле сдерживался! Ему жутко хотелось вылезти на сцену и вмешаться! И прекратить этот кошмар! Потому что папаша главной героини, тиран-самодур, пообещал отдать ее этому старику и уперся на своем, как баран!..
И она тоже хороша! Нет бы, за счастье свое побороться! Что же сдалась-то так быстро! «Твоя воля, батюшка!» - передразнил Владимир покорную дочку Любовь Гордеевну… Просто зла на них не хватает! На девушек этих, беззащитных!.. Ведь, понимает же, что не видать ей счастья со старым да нелюбимым, а туда же, под венец! А потом что? Ублажать в постели противного дряхлого старикашку, слезы лить и чахнуть?! Ах, я другому отдана и буду век ему верна?!
Владимир в сердцах раздавил каблуком окурок! Спасибо автору, отвел беду от глупой, послушной барышни! Спас! Вот только в жизни так не бывает!.. Никто не спасет! Надо самому за свое счастье сражаться!..
Он вздохнул. Все вы правильно излагаете, Владимир свет-Иванович! Надо за счастье сражаться! Но сказать-то легко… А если она не любит, что делать? С ней самой, что ли сражаться?!
А может, и с ней, пришла вдруг в голову шальная мысль!.. Ну и что, что не любит! А может, это она просто в чувствах своих еще не разобралась по молодости лет?