Чтение онлайн

– И ты делаешь это за него. Даёшь ему шанс вырасти и поумнеть. И, наверное, не только ему. А ведь большинство из них даже не знают о том, кто ты. Не зная, они смотрят на тебя с ненавистью, и ты используешь их ненависть как прикрытие. Остаёшься...
– я беспомощно развела руками.
– Ни свой ни чужой.

– Потому что так оно и есть. Мы заодно, но мы не вместе. Они нужны мне больше, чем я им.

– Кого ты сейчас обманываешь? Меня? Себя?
– Мне хотелось взять его за плечи и хорошенько встряхнуть, и наплевать, что у меня нет на это права. К чёрту права, останавливала только раненая рука.
– Тех, с кем всего лишь "заодно", не тащат по "разным отстойникам" с пулей в плече. Через

них перешагивают и идут дальше. Ты назвал Эмбер давней подругой, значит, для тебя это просто слова? Уверена, что она-то даст однозначный ответ на вопрос, кто ты для неё. Ты не только к себе несправедлив. Ты и к ним несправедлив. Они в тебя верят. Эмбер в тебя верит. Они - твои друзья!
– Я сердито вытерла нос, Майк улыбнулся, глядя на меня.
– И пожалуйста, не смотри на меня как на сентиментальную идиотку. Да, они твои друзья. Даже этот Алек, не зная, кто ты, пытается заслужить твоё расположение. А ты... ты просто никого к себе не подпускаешь.
– Прозрение было внезапным, как напавший из-за угла грабитель.
– Ты уже всё для себя решил, да? Не веришь, что выживешь?

– Виллоу.
– Когда он ответил, в его голосе была одна только усталость.
– Я и родиться-то не должен был. Иногда мне кажется, что всё это - чистилище. Лимб. Как было в прежнем мире - большой зал ожидания. Место, где до поры остаются те, кто ещё не готов идти дальше.

От этих слов, а в особенности от того, как спокойно, даже безразлично он это говорит, меня пробирает первобытный ужас. Как во дни, когда жизнь Верити водой вытекала из моих ладоней. Я снова теряю человека, которого люблю, но теряю иначе, невидимо, постепенно, и от этого ещё страшнее.

А я-то думала лишь о ранах видимых.

Чёрт бы тебя побрал, Эмбер, ты знала, о чём предупреждала... и спасибо за предупреждение. Не знаю, что могу сделать, но я буду пытаться. "Каждому нужно за что-то зацепиться", - так она сказала. Едва ли я могу претендовать на звание той, за кого Майк станет держаться. Зато я не намерена его отпускать. В эту тьму. Буду держать его, насколько достанет сил, пусть это и не доставит ему радости... пусть. Хватит с меня потерь.

– В тебе бутылка водки и на литр меньше положенного крови.
– Я не сумела придумать ничего лучше, чем перевести всё в шутку. Вышло откровенно паршиво, но на лучшее пока не чувствовала себя способной. Тронула его за руку, одновременно пытаясь понять, есть ли жар или он такой горячий сам по себе.
– Тебе нужно отдохнуть.

– А ты само милосердие, Виллоу, - откликнулся он с иронией, ещё более выразительной на контрасте с недавним бесчувствием, и меня это самым постыдным образом уязвило. Оттолкнувшись от бортика здоровой рукой, Майк поднялся и, вопреки моему вполне оправданному опасению, твёрдо держался на ногах.
– Уверен, что ты уже решила выполнять свой христианский долг до конца, но так как это мне ты чувствуешь себя обязанной, я могу освободить тебя от этих придуманных обязательств.
– Его голос и взгляд потеплел, смягчая впечатление от предыдущих фраз.
– Не переживай, Виллоу. Я вполне сносно себя чувствую. До кровати как-нибудь дойду и без твоего сопровождения.

– Как скажешь, - согласилась с беспечностью, которой не чувствовала.
– Мне и здесь ещё предстоит работёнка. Я помню, что ты мне говорил. В этот раз буду подчищать тщательнее.

– Похоже, в своё время я успел много тебе наговорить, - вполголоса проворчал он.

– Майк...

Он обернулся у двери и ровно произнёс:

– Кристиан.

Я растерянно моргнула, прижимая к груди несобранную аптечку.

– Из всех твоих имён которое это по счёту?

– Первое. Это - настоящее.

Примечания:

строка из молитвы, Псалом 22.

Я

навела порядок в аптечке, оставила инструменты в дезинфицирующем растворе, отправила в утилизатор использованные ампулы, шприц, перчатки и перевязочные материалы. Отмыла кровь и залила чистящее средство в стыки между плиток, куда она затекла. Замочила в холодной воде одежду и полотенца и отправила в стиральную машину. Имея доступ к благам цивилизации, сделать это было совсем не сложно, и всё же, когда, наконец, пришло время принимать душ, я была готова отключиться прямо там. Ещё беспокойно ворочалась мысль зайти к Майку... к Кристиану в спальню, но включенная на максимум холодная вода подействовала отрезвляюще, не позволив пойти у неё на поводу. Сам не маленький, поймёт, если поднялась температура и что-то пошло не так.

Сон настиг прежде, чем голова коснулась подушки.

Судя по светящимся цифрам на электронном табло, спала я чуть больше шести часов, зато как убитая, и этого времени с лихвой хватило, чтобы восстановить силы. А просочившийся в спальню запах, приблизивший момент пробуждения, мне вовсе не приснился.

Вспомнив, что вчерашняя одежда осталась в стиральной машине, я слезла с кровати, завернувшись в простынь, наскоро оделась в первое попавшееся из шкафа и поспешила к источнику ароматов.

Вся в полосах яркого света от не до конца раскрытых жалюзи, моим глазам открылась умиротворяющая сцена из какого-нибудь фантастического сна об идеальном мире. Об альтернативной действительности, где такие пробуждения - обыденность.

Готовый закипеть чайник выпускал потоки пара, на плите шкворчала яичница, а на обеденном столе уже поджидали готовые тосты и банка джема. Стоя ко мне вполоборота, Кристиан набирал текст в комме. Белая футболка, тренировочные брюки, косо повязанный хвост и незабранная волнистая прядка на щеке. Абсолютную идиллию нарушала лишь повязка, краем показывающаяся из-за рукава футболки.

Пока я немо взирала на это видение, Кристиан отложил комм, повернулся ко мне и кивнул на почти готовый завтрак.

– Не знал, во сколько ты встанешь, но сделал и на тебя.

Раздумья на предмет того, насколько невежливо будет спросить в ответ "Ты рехнулся?", отняли некоторое время.

– Какого чёрта ты здесь делаешь?

– На своей кухне?
– хмыкнул он, снимая чайник.

– Не делай вид, что не понимаешь, о чём я! Должна же у тебя быть хоть капля здравого смысла... о Господи. Почему ты здесь, а не в постели?

– Виллоу, - мирным тоном произнёс он, ставя передо мной дымящуюся кружку.
– Я бы с радостью соблюдал все твои предписания. Был бы примерным пациентом и даже не нарушал постельный режим. Откровенно говоря, перспектива не вставать с кровати несколько суток подряд кажется чертовски заманчивой. Вот только мне никто не давал отпуск. К большому сожалению, на верхнем я достаточно известный персонаж, и у многих возникнут неудобные вопросы, если я внезапно пропаду из поля зрения. Особенно теперь, когда подозревают всех. Поэтому как раз сегодня я должен хорошенько примелькаться, Виллоу.
– Кристиан усмехнулся, поднося к губам кружку.
– Именно во благо своему здоровью.

Я молча плюхнулась на ближайший стул. Наваждение схлынуло, отрезвлённым взглядом всё виделось иначе. Идиллия ограничивалась пределами этой залитой утренним светом, наполненной ароматами хорошей еды кухни. Со всех сторон нас окружал всё тот же агрессивный мир, в котором нужно быть хищником, чтобы тебя не сожрали. Выражаясь старой пословицей: с волками жить - по-волчьи выть.

Кристиан придвинул тарелку с моей порцией, и я молча взялась за вилку. Как всегда, он был прав. Как всегда, это была неприятная для меня правда.