Элдрич
Шрифт:
– Все будет хорошо. Может, мне повезет, и его там даже нет.
– Я нервно рассмеялась, заглянув в отверстие, где мерцающий свет освещал лестницу, покрытую чем-то похожим на кожу и уходящую под землю. Примерно через каждые десять ступеней гладкие чаши цвета слоновой кости, которые, казалось, были вырезаны из кости, содержали хворост и пропитанную маслом ткань, потрескивающие под небольшими пламенами. При том скудном свете, что был, лестница изгибалась за стеной, пространство вокруг которой было настолько темным, что почти поглощало этот небольшой луч света.
– Я скоро вернусь, —
Когда я сделала первый шаг, моя рука коснулась небольшого поручня, поверхность которого была слишком гладкой, чтобы быть деревянной. Я взглянула вниз.
Это было не дерево, а кожа.
Это напомнило мне о трупах, которые часто находили на опушке леса, лишенных кожи.
Отдернув руку, я прижала ее к себе и на цыпочках спустилась вглубь дерева. Тревожное ощущение, что за мной кто-то наблюдает, вызвало мурашки по коже. Или, может быть, это был холод, поглощавший меня по мере того, как я продвигалась все глубже.
Лестничная клетка выходила в огромное, похожее на пещеру пространство, высоту которого было невозможно оценить из-за густой паутины над головой.
Я шагала осторожно, стараясь не приближаться к нитям паутины, свисавшим ниже. В паутине на шелковистой тонкой нити болтался похожий на кокон комок, сохранивший форму тела, запертого внутри.
Зевандер?
Я огляделась в поисках чего-нибудь, чтобы перерезать паутину, и подняла руку с острыми металлическими клыками на перчатке.
Быстрыми взмахами я разрезала паутину, которая, казалось, совсем не прилипала к чешуйчатой поверхности перчатки. Вместо этого она падала на землю мелкими клочками, обнажая мистера Термана, деревенского плотника, и его полуразложившееся лицо.
Скривившись от отвращения, я отступила назад.
Его глаза широко раскрылись.
Я резко выдохнула, уставившись на черноту его зрачков, которая перетекала в радужку и склеру.
Он заерзал в коконе и издал рычащий, стонущий звук.
Медленными и осторожными шагами я отступала назад, прочь от него, и продолжал а осматривая паутину в поисках существа, которое ее сплело. Чем глубже я проникала в дерево, тем гуще становилась паутина. Еще один кокон висел вдали, и когда я направилась туда, краем глаза я заметила движение.
Над головой промелькнула тень, и я подняла взгляд, чтобы увидеть сотни глаз, наблюдающих за мной. Я начала неровно дышать, быстро разорвала кокон и тремя быстрыми ударами убедилась, что тело внутри не принадлежало Зевандеру.
Паук не шевельнулся, когда я отступила и продолжила свой путь.
Когда я повернулась к тропе, у меня перехватило дыхание. С паутины свисали десятки тел в коконах, и ни одно из них не давало никаких указаний на то, кто может быть внутри. Я разорвала первые три, и паника подступила к горлу, так как ни в одном из них не было лица Зевандера. Я провела когтем по еще одному, разорвав его у лица и обнаружив мисс Ярброу. Как и у мистера Термана, ее веки приподнялись, обнажив
черные, выпуклые глаза, и она зашипела, стуча острыми зубами.Это шипение, казалось, потревожило остальные коконы, потому что они тоже зашевелились и зашипели — ужасающая симфония, которая обхватила меня за спину.
Когда я отступала, паутина зацепилась за мои волосы. Махая руками, чтобы освободиться, я запутала руку в шелковистых нитях, и, подняв взгляд, чтобы увидеть паука, ползущего ко мне, я вцепилась в паутину рукой в перчатке, освободив руку. Я с трудом выдохнула, отскакивая от него, и, когда обернулась, увидела Зевандера.
С вытянутыми руками и ногами, но не обернутый паутиной, он висел, застряв в ней.
Я бросилась к нему, уворачиваясь от нитей липкой паутины, а страх ускорял мои шаги.
– Зевандер! — прошептала я, срывая бесконечные слои паутины, скрепившие его запястья и лодыжки.
Он даже не шевельнулся в ответ.
Ощущение, что за мной наблюдают, снова пронзило мою шею, и я резко обернулась. Сердце подскочило к горлу, когда я уставилась на огромную фигуру, возвышавшуюся надо мной; его мозаичная кожа и искривленные рога пробудили в моей памяти ужасающие воспоминания. Существо из леса.
Гнев.
– Здравствуй, Мэйвит, — сказал он голосом, слишком человеческим, слишком отчетливым для монстра, и все же в моей голове эхом раздался звук разрывающейся плоти дяди Рифтина. Он наклонил голову в сторону Зевандера.
– Вы нашли друг друга. Как мило.
– Скрестив костлявые, похожие на ветви руки за спиной, он подкрался ближе, а я отступила на шаг, сохраняя расстояние между нами.
– По-моему, мы официально не знакомы.
– Отпусти его, — приказала я дрожащим голосом, игнорируя его замечание.
– Он в мире, могу тебя заверить. Он видит тебя во сне.
– Я знаю, чего ты от него хочешь. Ты привел нас к жиле, чтобы укрепить его, чтобы потом использовать его для сожжения Умбравела.
– Я напрягла мышцы и встретила его взгляд, отказываясь отводить глаза.
– Я этого не позволю. Тебе придется убить меня.
Едва заметная кривизна его изуродованных губ говорила мне, что эта угроза его позабавила. Его взгляд скользнул вверх, скользя по паутине.
– Знаешь, что обитает в этом дереве?
– Он не дал мне возможности ответить.
– Бог. Древняя сила, способная вырвать тебя из этого мира, как нежный лепесток розы.
– Протянув ко мне пальцы, он шагнул вперед, словно собираясь коснуться меня, но я отскочила назад.
– Ты нежна и хрупка. Но прекрасна.
– Ты забываешь, что у роз есть шипы.
Из его груди вырвался глубокий, томный смешок.
– Да. И какая трагедия, как быстро ты увядаешь и умираешь. Смертность… удручает. Но я могу предложить тебе вечную жизнь. Силу.
– Он взмахнул рукой, и легкое щекотание по коже привлекло мое внимание к платью, которое я носила секунду назад, — оно исчезло, уступив место изысканному розовому платью. Что-то чесалось над бровью, и я почесала это место, уколов палец о колючий предмет, сидевший у меня на голове. Я пощупала его. Терновый венец? Когда я опустила руки, их покрыли тонкие черные лозы и розы.