Элдрич
Шрифт:
Охранник снаружи комнаты поднял ногу и ударил парня по груди, от чего тот отпустил дверную коробку, и дверь захлопнулась за ним. Кровь стыла в жилах от крика, и Зевандер огляделся, заметив, что единственный выход — это туннель, через который они вошли.
Он был заблокирован полдюжиной охранников.
Перед ним осталось только два других парня. Следующего пришлось затащить в комнату. Через узкую щель Зевандер разглядел профиль невысокого, приземистого мужчины, стоящего рядом с подносом, на котором лежали странные инструменты. Мужчина резко повернул голову в сторону Зевандера, и сердце того замерло, когда он увидел вторую половину его лица. Оно
Дверь захлопнулась.
Напряжение сжало мышцы Зевандера, а его разум умолял его бежать. Если была малейшая вероятность, что его поймают.
Дверь снова открылась.
Иди. Сейчас же.
Он повернулся, чтобы выйти из ряда, и увидел четыре фигуры, входящие в туннель, одетые в золотые доспехи с изящной филигранью на нагрудниках и наплечниками, похожими на мотивы солнца. Крылья с выгравированными перьями свисали по обеим сторонам их золотых шлемов с заклепками, а длинные золотые локоны, ниспадающие на плечи, почти доходили до локтей. Несмотря на свой высокий и устрашающий вид благодаря массивным фигурам, они шли с достоинством и грацией, прежде чем остановиться рядом с ним. Фигура, стоящая ближе всего к нему, сняла шлем, и оказалась женщиной — самой впечатляющей женщиной, которую он когда-либо видел в своей жизни, с квадратной, мускулистой челюстью и острыми, вылепленными костями.
– Довольно тощий урожай, не так ли?
– Ее взгляд задержался на Зевандере, глаза пробежали по нему сверху донизу, прежде чем она направилась обратно в другую сторону.
Парни позади него прошептали: - Беллатрикс.
– Кто они?
– Воины соласиона. Говорят, они наполовину Оргаты. Я слышал, что они каннибалы и садисты.
Рука, схватившая Зевандера за плечо, заставила его вздрогнуть, и он инстинктивно обернулся, замахнувшись кулаком. Его костяшки врезались в челюсть охранника, и пожилой мужчина пошатнулся назад.
Зевандер просто хотел сбежать. Он не собирался нападать на охранника. В тот момент у него не было другого выбора, кроме как бежать. Развернувшись на пятках, он бросился в противоположном направлении, к Беллатрикс. Один из охранников бросился на него, и Зевандер пригнулся, когда охранник замахнулся, проскользнув мимо него на четвереньках, как дикий грызун. Он поднялся на ноги и повернул вправо, уклонившись от другого приближающегося охранника, кончик клинка которого лишь слегка задел его руку. Он научился быть быстрым, чтобы ловить добычу или уклоняться от соперничающих хищников, благодаря тому, что отец много раз брал его с собой на охоту.
Перед ним высилась Беллатрикс. Пройдя мимо них, он окажется в главном туннеле. Возможно, столкнется с другими охранниками. А как же отец?
В тот момент у него не было времени думать об отце. Зевандер был уверен, что если охранники поймают его, они, без сомнения, убьют его.
Один из парней в конце очереди, словно вдохновленный смелым поступком Зевандера, бросился вперед, опустился на четвереньки и начал ползти между ног громоздкого солдата Беллатрикс, стоящего напротив него.
Зевандер ожидал, что под панцирями и нагрудниками они будут медлительными и неповоротливыми, но прежде чем парень успел проскользнуть мимо, длинный золотой клинок пронзил его спину, скользя как жидкий шелк.
Зевандер остановился, наблюдая, как солдат Беллатрикс поднял пронзенного мальчика в воздух за меч.
Ужас наполнил
его грудь, когда он услышал крик мальчика, взывающего к отцу, пока он скользил по лезвию. Его дрожащие руки схватились за красиво скошенные края меча, который проскользнул по костям его пальцев, с легкостью отрезав их.Воздух застрял в горле Зевандера, его легкие сжались от страха.
Другие солдаты Беллатрикс смеялись, когда их товарищ опустил парня на ноги и вонзил клинок вверх, разделив его на две половинки, которые упали на землю с хлюпающим звуком кровавого мяса. Освободившись от тела парня, солдат Беллатрикс провела языком по широкой стороне клинка, слизывая кровь со стали.
– Он даже на вкус слабый, — сказала она, и раздался новый взрыв смеха, когда она вытерла остатки крови платком, прежде чем вложить меч в ножны.
Крепкая рука схватила Зевандера за плечо, и он успел обернуться, чтобы увидеть кулак, летящий ему в лицо. Кулак ударил его по щеке, разделив ее пополам, заставив зубы зазвенеть, и его зрение помутилось.
Затем наступила темнота.
Жгучая боль пронзила сознание Зевандера, и он открыл глаза, но увидел только тьму. По крайней мере, он думал, что его глаза открыты, потому что чувствовал, как дрожат веки, когда он пытался моргнуть. Он задыхался, его руки метались в темноте, чтобы убедиться, что он может двигаться, ища следы травм.
Он не чувствовал ничего, кроме тонкой одежды, которую носил, без каких-либо мокрых пятен крови или зияющих ран. Твердая стена давила на его бедра, когда он сидел, прислонившись к ней.
Ослепительный свет проникал внутрь, слишком яркий, и он поднял руку, чтобы защитить глаза, разглядев темную фигуру в центре поля зрения.
Отчетливая форма плаща с капюшоном заставила его гадать, кто может быть этот незнакомец.
Капюшон опустился, осветив лицо, которое он не узнал. Бледная кожа. Светлые глаза. Несколько разбросанных морщин и слегка изношенная кожа позволяли ему предположить, что тот был примерно одного возраста с его отцом.
Встав на ноги, Зевандер огляделся, ища что-нибудь знакомое в тени, но он не мог видеть ничего, кроме этого луча света.
– Где я? — спросил он.
– За пределами сознания и сна, — ответил незнакомец глубоким, хриплым голосом.
– Калигорья.
Он слышал о Калигории раньше — месте в самых глубинных уголках сознания, куда целители иногда отправляли тех, кто получил тяжелые травмы. Царство Теней. Место тишины, без боли, но и без света. Для некоторых — ад беззакония.
Зевандер нахмурился.
– Я умираю?
– Нет. Но будь ты в сознании, ты бы пожелал смерти, я уверен.
– Кто ты?
– Старый друг.
– Если ты друг, почему я тебя не узнаю?
– Я знал твоих родителей. Лорда и леди Райдайн.
Странно, что он знал его родителей. Еще страннее, что ему удалось проникнуть в сознание Зевандера.
– Если это Калигория, как ты говоришь, как ты здесь оказался?
– У меня есть…способности, которые позволяют мне проникать в твои мысли.
Свет сместился к рукам Зевандера, которые лежали по бокам. Он поднял их и увидел тонкие линии символов, выжженных на его запястьях — символы, которых еще мгновение назад не было.
– Что это?