Дживз
Шрифт:
– Для моего племянника, Ричарда?– Он на мгновение задумался, но поступил как настоящий мужчина и не отказался от своих слов.– Да, даже для Ричарда. Ну: я имею в виду: возможно: да, даже для Ричарда.
– Вот и чудненько. Я как раз собирался поговорить с вами о Бинго. Он на мели, знаете ли.
– Попал в стеснительное положение?
– Сидит без гроша в кармане. Он не отказался бы от ежеквартального пособия, если бы вы, конечно, согласились его выплачивать.
Он рассеянно сжевал ножку холодной цесарки, одновременно пролистнув книгу, которая открылась на двести пятнадцатой
– Хорошо, мистер Вустер, - сказал он.– Находясь под свежим впечатлением от вашего изумительного романа, я не могу ожесточить своё сердце. Ричард получит от меня содержание.
– Браво!– воскликнул я.– Вы совершили благородный поступок, и я уверен, вам самому теперь будет легче дышать.– Тут я подумал, что человек, весивший семнадцать стоунов и страдающий одышкой, может неверно истолковать мои слова, и торопливо добавил: - Бинго ужасно обрадуется. Он хочет жениться, знаете ли.
– Нет, не знаю. И не уверен, что отнесусь к этому одобрительно. Кто она?
– Видите ли, по правде говоря, эта девушка - официантка.
Он подскочил на месте.
– Да не может быть, мистер Вустер! Это удивительно! Я счастлив! Не ожидал от моего мальчика такого постоянства! Прекрасная черта характера, - должен отдать ему справедливость. Я великолепно помню, мистер Вустер, что Ричард собирался жениться на этой официантке, когда я имел удовольствие познакомиться с вами восемнадцать месяцев назад.
Мне пришлось его разочаровать.
– Не на <этой>, но на официантке. На другой официантке. Но тем не менее на официантке, знаете ли.
Старикан, который с такой любовью и гордостью говорил о племяннике, явно помрачнел.
– Гм-м-м, - с сомнением в голосе произнёс он.– Я надеялся, Ричард проявит постоянство, столь несвойственное современным молодым людям. Я: мне надо подумать.
На этом наш разговор закончился, и, вернувшись домой, я рассказал Бинго, как обстояли дела.
– С содержанием - полный порядок. Что же касается дядюшкиного благословения, придётся подождать.
– Разве ему не хочется услышать звон свадебных колоколов?
– Он обдумывает ситуацию. Если б я был букмекером, то расценил бы твои шансы как сто к восьми.
– Ты просто не подобрал к нему ключика. Я так и знал, что ты всё испортишь.– Если учесть, на какие жертвы я ради него пошёл, это заявление было для меня хуже укуса змеи.– Ужасно, - произнёс малыш Бинго.– Просто ужасно. Я не могу тебе всего объяснить, но: ужаснее не придумаешь.
Он рассеянно взял из коробки дюжину моих сигар и был таков.
Я не видел его три дня. На четвёртый день он ворвался ко мне с цветком в петлице и таким выражением лица, словно его только что стукнули пыльным мешком по голове.
– Привет, Берти.
– Привет, олух царя небесного. Где тебя носило?
– О, нигде. То здесь, то там, знаешь ли. Дивная стоит погода, Берти.
– Неплохая.
– Процентные ставки
по вкладам опять понизились.– Да ну?
– Беспорядки в Нижней Силезии, не слышал? Прах побери!
Он начал ходить взад и вперёд по комнате, изредка бормоча себе что-то под нос. Казалось, бедолага совсем свихнулся.
– Да, кстати, Берти!– сказал он, уронив с каминной полки фарфоровую вазу, разлетевшуюся вдребезги.– Я вспомнил, зачем к тебе пришёл. Видишь ли, я женился.
ГЛАВА 18
Всё хорошо, что хорошо кончается
У меня отвисла нижняя челюсть. Я уставился на него. Цветок в петлице: Безумный взгляд. Да, все симптомы были налицо, и тем не менее я не верил своим ушам. Слишком часто я видел, как любовные похождения Бинго заканчивались, мягко говоря, пшиком, и поэтому в моей голове не укладывалось, что он наконец умудрился связать себя брачными узами.
– Женился?!
– Да. Сегодня утром в Бюро регистрации в Холборне. Я пришёл к тебе после свадебного завтрака.
Я выпрямился. Собрался с силами. Сосредоточился. Это дело необходимо было рассмотреть со всех сторон.
– Давай разберёмся, - предложил я.– Ты действительно женился?
– Да.
– На той же девушке, которую ты любил позавчера?
– На что ты намекаешь?
– Ну, ты ведь себя знаешь. Скажи, что заставило тебя сделать столь опрометчивый шаг?
– Прах тебя побери, не смей говорить в таком тоне! Я женился на ней, потому что я её люблю, будь всё проклято! Самая лучшая жёнушка на свете, заявил малыш Бинго.
– Я с тобой не спорю, и твои слова делают тебе честь, но всё-таки: Ты подумал, как отнесётся к этому твой дядя? Когда я в последний раз его видел, он не собирался осыпать молодожёнов конфетти.
– Берти, - с чувством произнёс малыш Бинго, - я буду с тобой откровенен. Моя жёнушка припёрла меня к стенке, если тебе понятно, о чём я говорю. Само собой, я рассказал ей о дяде, но она заявила, мы должны расстаться, если моя любовь недостаточно сильна, чтобы немедленно жениться на ней, невзирая на дядюшкин гнев. У меня не было выбора. Я купил бутоньерку и отправился в Бюро регистрации.
– Что же ты собираешься делать?
– О, я всё продумал. После того, как ты сообщишь дяде:
– Что?!
– После того:
– Надеюсь, ты не тешишь себя мыслью, что тебе удастся втравить меня в эту историю?
Он укоризненно на меня посмотрел.
– И это говорит Берти Вустер?– с упрёком спросил он.
– Можешь не сомневаться, он самый.
– Берти, старина, - сказал Бинго, похлопав меня сначала по одному плечу, а потом по другому.– Мы вместе учились в школе:
– Ох, ну хорошо!
– Молодчина! Я знал, что могу на тебя положиться. Она ждёт внизу. Мы её заберём и немедленно отправимся в Паунсби Гарденз.
До этого я видел девушку лишь в униформе официантки и поэтому ожидал, что в день своей свадьбы она вырядится как попугай. Первой приятной неожиданностью в этой мрачной истории было то, что одета она была со вкусом. Никаких цветастых шляп и кричащих накидок. Спокойные тона. Прекрасный стиль. При взгляде на неё казалось, что она только что пришла с прогулки по площади Беркли.