Чтение онлайн

– А где пароход останавливается после Мадейры?

– Нигде, сэр.

Со стоном облегчения я откинулся на диванные подушки. Я жалел только об одном.

– Единственное, о чём я жалею, Дживз, - сказал я, - что на таком огромном пароходе мерзавцы с лёгкостью смогут избегать встреч друг с другом. Я имею в виду, мне бы очень хотелось, чтобы Клод почаще находился в обществе Юстаса и visa versa.

– Так оно и будет, сэр. Я купил им двухместную каюту. У мистера Клода одна койка, а у мистера Юстаса - другая.

Я чуть не задохнулся от счастья. Если б не поездка в Харроугэйт с дядей Джорджем, мой восторг был

бы полным.

– Ты уже упаковал мои вещи, Дживз?
– спросил я.

– Вещи, сэр?

– Для поездки в Харроугэйт. Сегодня я отправляюсь туда с дядей Джорджем.

– Ах да, конечно, сэр. Я совсем забыл вам сказать. Сэр Джордж звонил сегодня утром по телефону, пока вы спали, и просил передать, что планы его изменились. Он не поедет в Харроугэйт.

– Ох, послушай, но это же просто блеск!

– Я рад, что вы довольны, сэр.

– Он не говорил, почему передумал?

– Нет, сэр. Но из слов его камердинера, Стивенса, я понял, что сэру Джорджу стало значительно лучше и больше он не нуждается в лечении. Я позволил себе дать Стивенсу рецепт моего коктейля, который вы всегда так хвалили, сэр. Сегодня утром сэр Джордж заявил Стивенсу, что чувствует себя, как новенький.

Сами понимаете, мне оставалось только одно, и я не стал колебаться. Да, я страдал в душе, но у меня не было выбора.

– Дживз, - сказал я, - мои штрипки.

– Да, сэр?

– Тебе они правда не нравятся?

– Чрезвычайно, сэр.

– Ты не думаешь, что со временем твои взгляды изменятся?

– Нет, сэр.

– Ну, хорошо. Хорошо. Ни слова больше. Можешь их выкинуть.

– Благодарю вас, сэр. Я сжёг их сегодня утром, перед тем как подать вам завтрак. Спокойный серый цвет намного приятнее для глаз, сэр. Спасибо, сэр.

ГЛАВА 17

Бинго и его жёнушка

Примерно через неделю после отъезда Клода и Юстаса я неожиданно встретился с малышом Бинго в клубе <Старых либералов>. Малыш полулежал в кресле, закатив глаза и открыв рот, а седобородый деятель, сидевший неподалёку, смотрел на него с такой откровенной неприязнью, что я пришёл к единственно возможному выводу: Бинго увёл у него из-под носа его любимое кресло. Так всегда бывает, когда посещаешь незнакомый клуб, - без злого умысла наступаешь то на одну, то на другую мозоль его постоянным обитателям.

– Привет, старый хрыч, - сказал я.

– Привет, старый пень, - сказал Бинго, и мы пошли пропустить по рюмочке перед ленчем.

Раз в год комитет нашего клуба <Трутень> решает, что помещение необходимо помыть, подкрасить, ну и всё такое, поэтому нас выкидывают за дверь и временно поселяют в каком-нибудь другом клубе. На этот раз мы свили гнездо в <Старых либералах>, и лично для меня это было жутким испытанием. Я имею в виду, когда ты привык к весёлому, живому обществу, и тебе достаточно швырнуть в парня коркой хлеба, если ты хочешь привлечь его внимание, тебя несколько угнетает пребывание в клубе, где самому молодому члену недавно стукнуло восемьдесят семь и считается дурным тоном заговаривать с кем бы то ни было, если ты не участвовал с ним вместе как минимум в осаде Трои.

По правде говоря, встретив Бинго, я испытал некоторое облегчение. Мы стали переговариваться вполголоса.

– Это не клуб, - сказал я, - а конец света.

– Бред собачий, - согласился Бинго.
– По-моему, вон тот старик у окна помер три дня назад, но я

об этом никому не скажу.

– Ты уже был у них в ресторане?

– Нет, а что?

– Здесь обслуживают официантки, а не официанты.

– Боже всемогущий! Я такого не помню со времён мировой войны!
– Бинго нахмурился и рассеянно поправил галстук.
– Хорошенькие?
– спросил он.

– Нет.

Лицо у него вытянулось, но он быстро справился со своими чувствами.

– Я слышал, здесь лучшая кухня в Лондоне.

– Говорят, да. Пойдём?

– Замётано. Мне кажется, - небрежно произнёс он, - в конце ленча, а может, в начале официантка обязательно спросит: <Вам вместе посчитать?> Так вот, ответь утвердительно. У меня в кармане ни гроша.

– Разве дядя тебя не простил?

– Нет, будь он проклят!

По правде говоря, я расстроился, услышав, что Бинго так и не помирился со своим дядей. Мне захотелось утешить бедолагу, заказав шикарный ленч, и когда девушка принесла меню, я принялся тщательно его изучать.

– Ну как, Бинго?
– спросил я, сделав выбор.
– Осилишь яйца ржанки, бульон, осетровый балык, холодную телятину, пирожки с крыжовником и взбитыми сливками и ломтик сыра на закуску?

Я, конечно, не ждал, что он завизжит от восторга, хоть и постарался выбрать блюда, которые, как я знал, особенно ему нравились, но по крайней мере мне казалось, он должен был как-то отреагировать на моё предложение. Подняв голову, я увидел, что Бинго не обращает на меня ни малейшего внимания. Он уставился на официантку взглядом собаки, которая только что вспомнила, где зарыта кость.

Она была высокой девушкой с добрыми карими глазами. Неплохая фигура. Ухоженные руки. Раньше я её здесь не видел и, должен признаться, она красила клуб своим присутствием.

– Ну так как, старина?
– спросил я, желая как можно скорее взяться за нож с вилкой.

– А?
– рассеянно спросил Бинго.

Я терпеливо перечислил выбранные мной блюда.

– Ах да, конечно, - сказал малыш.
– Заказывай, что хочешь. Мне всё равно.
– Когда девушка ушла, он посмотрел на меня выпученными глазами.
– Ты говорил, тут нет хорошеньких официанток, - с упрёком произнёс он.

– Святые угодники и их тётушка!
– вскричал я.
– Надеюсь, ты не влюбился в очередной раз: в девушку, которую первый раз в жизни видишь?

– Иногда, - заявил малыш, - одного взгляда достаточно. Когда в толпе мы видим чей-то взгляд, и что-то шепчет нам:

К счастью, в этот момент нам подали яйца ржанки, и он заткнулся, накинувшись на них, словно голодал три дня.

* * *

– Дживз, - сказал я, вернувшись домой вечером. Приготовься.

– Сэр?

– Встряхнись и начинай шевелить мозгами. Я сильно подозреваю, скоро мистер Литтл обратится к нам за помощью и сочувствием.

– У мистера Литтла неприятности, сэр?

– Так тоже можно сказать. Он влюбился. Примерно в пятьдесят третий раз. Я хочу спросить тебя, Дживз, как мужчина мужчину, ты когда-нибудь видел такого придурка?

– У мистера Литтла горячее сердце, сэр.

– Горячее? Я думаю, ему впору носить рубашки из асбеста. Короче, приготовься, Дживз.

– Слушаюсь, сэр.

И точно, не прошло и десяти дней, как старый осёл ввалился ко мне в квартиру и на задних лапках стал клянчить, чтобы ему пришли на помощь.