Чтение онлайн

Облетая ком земли, образовавшийся из-за огромного выворотня, услышал трель пичуги в кроне. «Логично», — кивнул улыбаясь и признавая правоту птахи. Всякие свистульки в виде различной живности и простенькие украшения по типу бус, сделанные из глины и украшенные орнаментом — самый надежный и доступный в моих условиях товар. Заодно и своих к керамики приобщу. Все же, одно дело приспосабливать найденное в природе к своим нуждам, и совсем иное создавать нечто принципиально новое. Не зря практически все археологи и историки отмечают важность керамики именно в плане перестройки мозгов первобытного человека. Освоив обжиг глины, люди стали творцами. Это и в мифах о сотворении мира отражение нашло и многом другом.

— Дрого, ты звал нас? — выпалил шепотом Рым, с которым мы чуть нос к носу не столкнулись.

— Звал? —

спросил, тут же выбросив из головы прочие мысли, из-за которых умудрился не заметить охотников и мальчика.

— Ну… — наморщил лоб Рым, тут же принявшись накручивать волосы на палец, — мне показалось, что ты зовешь нас, и еще я вроде бы лося видел. Дымчатого такого, словно через туман смотрю.

— Кхм, ладно. Потом разберемся, следуйте за мной, я действительно нашел лося, — скомандовал, махнув рукой и направляясь в обратный путь.

«Надо срочно разбираться с магией. Ну хотя бы амулетами», — поставил мысленную зарубку на память. Ох, сколько же их у меня уже стоит, но алтари, амулеты и прочие идолы — приоритетно! Сейчас быстренько лося завалим, и в лагерь. Наверняка Хыр уже давно закончил лепку моей маскоморды, а может и кто еще сподобился. Хорошо бы.

— Дух-покровитель, — долетел из-за спины голос Рыма, а следом и верой полыхнуло.

Обернувшись, увидел ожидаемую картину. Кык рядом с мальчиком-шаманом шагал, остальные охотники рядом топали и вовсю уши грели. Если бы я не летел напрямик или хоть двигался медленней, Рым бы не запыхался и объяснял тише, а так… как вышло, так и вышло. Невелика беда, скорей уж наоборот польза, пусть не восстановился, но маны в теле прибавилось, а она лишней не бывает. Показав принятыми у аборигенов жестами: «Двигайтесь прямо, я на разведку», — полетел к солончаку. Не хотелось упускать лося, появилась мысль отправить его навстречу к охотникам. Даже слегка ругнулся на себя за то, что не поступил так сразу. Впрочем, оправдание в духе «маны мало было и вообще размышлял» — позволили легко заткнуть что-то вроде голоса совести.

К моему возвращению на солончак лось успел не только нализаться соли, но и переместиться к молодому кустарнику, сочную зелень которых сейчас и жевал, пофыркивая от удовольствия. Попытка внушить животному мысль о необходимости куда-то двигаться провалилась. Наглая скотина только башкой помотала и продолжала ветками хрустеть. Его всё устраивало, он прекрасно утолял жажду и не собирался никуда идти. Гаденыш просто ленился! Попытался нажать на наглеца, внушить мысль о сочных, аппетитно хрустящих стеблях камыша и прохладной воде ручья, но то ли не смог достаточно четко представить вкус, то ли еще каких деталей не учел… в общем, провал.

На влетающий в ауру искры маны, приправленные соответствующими мыслеобразами, лось реагировал протяжным мычанием, переступил мохнатыми ногами и, похоже, просто наслаждался подобным душем. «Может… слишком хорошо представляю вкусности?» — пришла в голову неожиданная мысль. Прекратив попытки воздействия, присмотрелся к энергетике животного. «Тьфу ты, мать-перемать. Вот я идиот», — выругался, почесав нос и потихоньку закипая. Похоже перестарался. Видимо, лосяра уже воспринимает ветки кустарника как тот самый камыш приправленный холодной водичкой. Протяжное му, выданное сохатым, прозвучало издевательски.

«Ну держись, скотина», — буркнул, беззвучно хрустнул пальцами и подлетел в упор. Наглое игнорирование моих потуг рогатой говядиной, источаемые лосем эмоции блаженства и довольства, просто в пустую потраченная мана, все это изрядно задело самолюбие. Размахнувшись, просто и бесхитростно, зато от души, зарядил сохатому в нос. Эффект превзошел самые смелые ожидания. Лось всхрапнул, выпучил глаза и, мыча на весь, лес рванул с места в карьер. Проломившись сквозь чахлые заросли орешника, он рванул прямо в сторону охотников. Тут до меня дошла простая истина: увенчанные рогами полтонны живого веса, несущееся не разбирая дороги — это очень и очень опасно. Короче говоря, шустренько сообразив, что, поддавшись эмоциям, подставил людей, рванул следом.

Увы, поздно пить боржоми, когда почки отвалились. Вся надежда оставалась на опыт охотников и производимый лосем шум. Бросивший следом за сохатым, перманентно

матеря себя и пытаясь мысленно семафорить Рыму о рогатой опасности, пытался на ходу придумать, как догнать, а в идеале и остановить пол тонны свихнувшегося от ужаса мяса. К сожалению, никаких идей, кроме использования когтей из воздуха, в голову не приходило.

Уж не знаю, сработало ли в моём мысленное предупреждение, или охотники отреагировали на приближающийся шум, но встретили они сохатого во всеоружии. Вот только кроме копий с каменными наконечниками у них ничего не было. Маловато этого, для противостояния прущему не разбирая дороги лосю. Маловато!

Опытные мужики прянули в стороны, освобождая дорогу лесному гиганту, и приготовились вонзить копья в его бока. Лишь молодой Кык, не имеющий опыта, то ли с перепугу, то ли просто растерявшись, попытался атаковать сохатого в лоб. В общем-то, ему это даже удалось, но и результат столкновения оказался предсказуемым. Лось на бегу склонил голову и выставил рога. Кык обхватил копье и подался вперед. Я, вылетев на узенькую просеку, замер, не зная, что делать и как помочь. Звук удара камня о кость утонул в хрусте ломаемого древка оружия. Тело Кыка полетело в сторону. Инстинктивно, в последний момент, он все же попытался увернуться от рогов, но те зацепили его ногу ниже колена. Из-за этого он не сумел толком сгруппироваться и приложился о ствол сосны боком. Возможно, если бы он догадался упереть конец копья в землю, всё могло бы выйти иначе. Хотя… нет, так бы он наверняка погиб задавленный тушей животного.

Яростные крики охотников и трубный рев раненного лося, в бока которого вонзились копья, помогли вернуться к реальности. Лось, словно в каком-то мультике, тормозил сразу четырьмя копытами, оставляя в усыпанной хвоей земле натуральные борозды. Боль от ран переключила мозги животного с бегства на атаку. Сомневаться в его намереньях не приходилось. Эмоции сохатого без всякой эмпатии читались.

Собрав в руке маны, отправил ярчайшую искру куда-то в район копчика лося, надеясь парализовать разбушевавшуюся скотину. То ли силы мало вложил, то ли в мысленный приказ злость и страх закралась, а может дело и вовсе в пришедшемся про меж рогов ударе копья, но отреагировал он совсем не так как хотелось бы. Замычав так, что аж уши заложило, лось потряс наклоненной головой и злобно оглядел исподлобья людей. Словно примериваясь, на кого первого броситься. Охотники сбледнули, прекрасно понимая, что их ждет.

Рассвирепевший зверь, с измазанными кровью боками, не бросился мгновенно лишь по тому, что не смог сходу выбрать цель. Эмпатия четко донесла намеренья зверя — будет убивать. Вот тут-то в моих мозгах и щелкнула. Уж не знаю, в считанных ли чувствах дело, или это из меня самого что-то древнее и первобытное попёрло, но жажда крови заволокла глаза багрянцем, напрочь отключив все, что мешало убить врага.

Лось затрубил и взрыл землю копытом, собрался начать разгон. Люди принялись сгибаться в поясе и чуть приседать, намереваясь броситься наутек. Все это ни капельки не походило на движения в замедленной сьемке, просто разум успевал фиксировать самые малейшие детали и тут же осознавать их. Совершенно не думая об экономии сил, желая лишь растерзать превратившуюся в смертельного врага добычу, нанес удар. Вскинутые руки и опущенную голову соединила огненная молния, обрамленная белесым инверсионным следом. Мириады кровавых ошметков разлетелись в стороны. Мохнатые ноги разом подогнулись и обезглавленное тело рухнуло там же, где и стояло. Люди успели броситься в рассыпную, но сделали это больше продолжая начатое движение. Пораженные магической атакой, они запутались в собственных ногах и покатились кубарем.

«Повезло, подлететь и руки вскинуть догадался. Хорошо, что он башку наклонил», — прохрипел обессилено, с полнейшим опустошением в душе смотря на результат применение магии. «Теперь еще и с тем, как умудрился такое сотворить разбираться», — пробормотал тоскливо, но даже не смог кончик носа почесать. Призрачное тело оплыло чуть ли не до шарообразного состояния. Кажется, так форму я еще не терял. Впрочем, отошедшие от падений с кувырканиями охотники, дружно перевернулись на животы, уткнулись лицами в землю, и активно насыщали пространство верой, так что восстановление прошло весьма и весьма быстро.