Дух подростка
Шрифт:
Мой брат был старше меня на 7 лет, к слову я его редко видел дома, он жил то у отчима то зависал ночами в клубе, я пересекался с ним редко, но когда это случалось было весело, он меня лупил по братски, мы общались, он многое мне рассказывал о мире, о том мире в котором таким мелким как я еще не место. Было забавно с ним и мне хотелось бывать с ним почаще, но не получалось, его не было рядом большую часть времени или он приходил домой, когда я уже спал или я уходил утром, когда спал он.
Как не странно не на одну игру в том клубе я не подсел, хотя перепробовал их все. Смотря как многие играют и буквально пускают слюну изо рта входя в повороты или убивая какого-нибудь персонажа, в те моменты они казались умственно отсталыми, хотя были лишь всего очень сильно сосредоточены. А что же творилось при проигрыше, нытье и психи, которые просто не передать. Это пугало и вгоняло меня в растерянность, но в тоже время и радовало, что я не подвержен, этой модной тенденции о которой почти каждый говорит. В школе на уроках все только и твердили об играх.
– Станислав, а ты можешь мне продать палку, что бы у меня появилось больше pvp и я отделал того типа с 7 мира полярной части 6 левела. Мне так нужна его одёжка и лук, – Что? Ребят, идите общаться на своем языке в коридор, в туалет, в кладовку, я не знаю.
Не удивляюсь, когда слышу, как родители запрещают детям играть и устраивают скандалы, даже не по жестокости игр и прочему, а потому, что слишком много времени уходит впустую. Хотя чем можно заняться в 14 лет кроме как гулять и зависать в сети, компьютер может и самообразовывать, но это для многих это скучно, да и кому это интересно в юном возрасте нужны лишь развлечения. Если подросток не к чему не тянется, урокам, хобби и прочему, то бессмысленно его заставлять это только сделает хуже, он это возненавидит, требуются другие подходы, но точно не давление. Дома перед компом безопаснее чем на улице, где полно психов, главное следить за питанием и сном, это многих родителей успокаивало и давало некий покой на фоне встревоженности от того, что ребенок вечно занят в сети. Наши серые города вгоняют в тоску, а сеть может дать покой и понимание, главное знать меру и найти равновесие в виртуальном мире и реальностью.
Все будто придумано ещё в США силиконовая долина расти так и не перестает. Скандалы с играми и технологическими открытиями доводят до международных новостей. Мне кажется, все индивидуально и к каждому ребёнку может нужна определенная доза игры или доза игры с вырезками или жёсткими ограничениями, не знаю. В будущем с этим я уверен разберутся и придумают здравые решения, может создадут тест, который должен будет пройти каждый и на этих данных будет сознан твой профайл с твоими возможностями, устойчивостью, образу жизни и основываясь на этих данных тебе будет открыт доступ к определенным играм, фильмам или что-то будет вырезано или сжато, в общем сплошные теории и фантазии можно строить на этот счет, хотя с мечтаний всё и начинается. Но забывать проблему влияния игр на психику нельзя не в коем случае, иначе не продолжались бы баталии об этом уже на протяжении многих лет, они идут со времен, когда игры были ещё в квадратиках и разглядеть там было практически нечего и кто же тогда мог представить, масштабы тех квадратиков в небольшом экране и сегодняшние технологии и реалистичность игр и кино, фантастика. А что уже говорить о компьютерах, которые занимали целые комнаты, а теперь наши телефоны мощнее компьютеров которые запустили человека на в Луну. Посмотрите документалки, вы будете поражены как всё зарождалось, и вообще в них многое можно подчеркнуть, люблю документалки. Запретить этот виртуальный игровой мир невозможно, многие без него не проживут и дня, но самое главное, что это огромная прибыль. Капитализм, в скольких же грехах виноват он лишь. Хотя в моде приложения и социальные сети, приложения с видео, танцами, челленджами и прочим, это круче чем жестокость и всякий бред. Да, к сожалению, там этого бреда не меньше, но жестокости хотя бы меньше, я рад этому. Молодёжь – это наше будущее, пусть оно будет лучше, чем мы. А если нет, то им будет легче управлять (сарказм).
Вообще мне нравилось плыть против течения и эти игры, и прочие модные темы меня не задевали, а лишь бросали вызов их игнорировать, вообще я не любил что-то массовое, то, что нравиться всем. Позже клуб Эйфория перестал приносить прибыль хозяину и его ограбили, но так как он был застрахован, хозяин сорвал изрядный куш. Поговаривали, все там были в доле, такие дела никогда не проходят легко, бесшумно и без нужных людей. Но нам на это было совершенно плевать, да и мы были слишком юны для подобных тем. Жаль было только то, что исчезло место нашей тусовки. Скукота давила целыми днями, мы просто блуждали. Вроде бы мы придумывали чем заняться, но в тоже время понимали, что мы сходим от скуки с ума.
Почти каждый вечер мы собирались в беседке на 7 доме, весь ближайший район от 10 до 17 лет, сесть было негде, больше половины стояли, в основном стояли те, кто помладше. Старшие любили согнать тебя с места и присесть, так же уютнее, здороваясь за руку они тебя вытягивая с места занимая его со смехом, они всегда поступали так, а не поздороваться было все равно что плюнуть в лицо, поэтому было легче просто сразу здороваясь встать. Мы сидели общаясь, шутили, курили сигареты оглядываясь нет ли вокруг знакомых или не дай Господь предков. Было классное время, днем все занимались какими-нибудь делами, учебой, гуляли в других компаниях, но вечерами все с района были едины и рады друг другу, мы сидели с вечера до ночи. Кто-то много курил сигарет, кто-то много пил пива, но проблем никогда не было. Просто толпа подростков, которые от скуки шумно сидят в беседке вокруг которой проходят унылые взрослые с работы. Эти беззаботные дни самые лучшие в жизни, кроме школы не было никаких забот, а многие из нас по её поводу и не напрягались, так что свобода, юность и друзья, мы жили в своем мире и ничего больше не было нужно.
Со временем, не знаю по какому принципу все вдруг стали делиться на группы или расходиться вообще по другим компаниям. Некогда общая компания стала трещать по швам, и никто не мог ничего поделать. Никто не был против кого-то, не было никакой агрессии, ограничений общения, никто не говорил, что и кому стоит делать, с кем общаться, а с кем нет, не было ссор, разборок. Но по какому-то неведанному принципу ты понимал, что ты тут лишний. Это витало в воздухе, какая-то химия. Тебе тут не рады, что-то идет не так, и уже как прежде никогда не будет. Общение с этим человеком тебе уже не интересно или наскучивает, ты его не понимаешь, ненужный человек отпадал сам, и не важно дружили ли вы с пеленок, или нет. Это грустно, но в тоже время это этап взросления, шаги вперед, в жизнь более взрослую. Время жестоко, переменчиво и скоротечно. Все постепенно разделились на мелкие группы и все стали для основной разделившиеся массы просто хорошими знакомыми, многие разошлись по другим дворам и вообще местоположениям и времяпровождение их стали иным. Вечерами мы часто собирались вместе и было так же здорово, как и прежде, но приходили уже не все, или приходили какие-то новые люди с дальних дворов, которые были совершенно не к месту, того уюта и веселья уже не было. Многие резко стали много пить, устраивать драки, разборки, издевательства. Я наблюдал как некогда верные друг другу люди, которые дружили с 6-ти лет спустя 11 лет выпившие и без
особых оснований били друг другу лица и так мощно и с такой агрессией что я ужасался до какой степени могут измениться люди по отношению к друг другу. Видя это, я начал терять веру в дружбу.Антип, самый старший среди нас, который был часто примером для подражания стал употреблять все наркотики, которые ему удавалось достать. Он резко изменился и стал агрессивным, вечно злым и безжалостным, стал приставать к тем, кто помладше, стал издеваться, отбирать сигареты, деньги, а если у тебя ничего не было он мог просто тебя запугать что бы ты нашел то, что ему нужно. Он это делал со своими же, с теми, с кем рос, мне от него бывало доставалось, когда он был не трезв, он морально пытаться меня довести и пугал, но не более этого, он знал, что, если я скажу брату у него будут проблемы, но я не хотел, для меня рассказать брату или отцу что ко мне там кто-то лезет было постыдным. Типа, парень должен решать проблемы сам, это правило улица вдолбила.
Антип часто брал меня и еще некоторых ребят младше себя на разборки, где дрался как сумасшедший, и все боялись его остепенить, да и в этом не было смысла, он был как зверь. Мы его избегали как могли и к нашему везению видели мы его нечасто или ему до нас не было дела. Но попортил он детство многим. Каждый день идя вечером домой я опасался его встретить, я не боялся, что он что-то мне сделает, или что-то отнимет, мне было мерзко находиться рядом, потому что он всегда лез ко своим это было так несправедливо и всегда пытался психологически задавить и когда видел, что человек уже на пределе он давил еще сильнее, или избивал, но не сильно, а ради эффекта устрашения. Меня он мог только морально задавить, я был всегда нетерпим и хотел быстрее свалить, он это чувствовал и наговаривал всякого бреда больше и больше, он был под чем-то всегда, и бесконечные угрозы и тупые разговоры не о чем были его вечными спутниками. Насладившись своими «умениями», он просто говорил:
– Ладно иди, увидимся.
Это для него было развлечением. Когда он был трезвый, то был приветливый и дружелюбный, а когда под кайфом становился моральным уродом, трезвым я его видел крайне редко. Он дружил с Максом с малых лет, но как-то их пути разошлись, они оба были довольно неслабыми ребятами и с лидерскими наклонностями и видимо Антип не мог на него влиять, они часто ссорились и просто перестали особо общаться. Макс был добрее пока не выпьет, он рано стал любителем пива, которого в день выпивал в 14 лет по 7 литров и был даже не особо пьян. Антип связался с двоими братьями из семьи Клевек, Михаэль и Жан, два брата, разные, но наглые и вечно слушающиеся Антипа, он с ними рос и ему было легко с ними сойтись и общаться. Эта банда многим из наших во дворе не давала покоя, они подходили начинали унижать, смеяться, несильно бить и нести всякий бред, всем становилось некомфортно, от них веяло негативом, злобой и агрессией, когда мы их встречали нападала жуткая отрешенность. Позже они стали воровать, грабить, отбирать телефоны, украшения, вымогать деньги, в общем пошли по криминальной дороге, за них быстро взялась полиция, вроде как они пропали из виду, редко их встречая они под кайфом что-то говоря проходили с гордым видом демонстративно задевая нас своими плечами. Макс общался с нами, с теми, кто помладше, с нами были и его ровесники из соседних дворов, но особо мы их не знали, но по ним было видно, что они хорошие ребята, время мы любили проводить вместе, пока Макс не начнет напиваться. Пить Макс не бросал, наверное, даже и не думал об этом, бывало, он кидался драться на всех подряд, мы просто уходили от него видя, что он уже пьян и начинает слетать с катушек. Когда он был один пьяным то был спокойнее и не на кого не кидался, стоило нам подойди он сразу кидался в драку, но это не была драка как нечто жестокое, это была разминка для него, но удар у него был поставлен поэтому никто не хотел с ним связываться. Потом он дико извинялся и говорил, что такого больше не будет и что бы мы его просто не боялись, а были с ним на одной волне, но как ты будешь с ним на волне если ты не пьешь и не хочешь пить вообще. Все его обещания, выпив он забывал и всё было, как всегда. Но вообще с ним было весело, чувство юмора у него было особенное, мы к нему тянулись, пока он не напивался.
Немного позже все пропадали по своим компаниям целыми днями, двор буквально опустел. Кто-то поделился по интересам. Кто-то стал сам по себе. Кто-то по общим взглядам, кто-то стал проводить время с девушками и нашел смысл в них. А кто-то просто так, необъяснимо по каким факторам стали дружить.
Помните, Дана который задирал меня в школе. С ним всё было сложно по началу, в начальной школе я просто куда-то шел, и он подошёл ко мне в своей красной рубашке, сбил с ног и ушел, я даже не понял, что это было, но помню непонимание, злость и несправедливость в душе. Но время волшебно и имеет свойство забывать подобное, кроме того, мы были слишком малы что бы помнить наши проступки. Нашей дружбе это не капли не мешало, а тот случай так и ни разу и не всплыл. Мы стали с ним не разлей вода, не знаю помнил ли он о том случае или нет, но мне кажется, он помнил и это его не то, что бы стыдило, он вообще был не из совестных подростков, я думаю это пробуждало в нем какую-то вину или несправедливость ко мне, может поэтому мы и стали так хорошо дружить. Помню первую встречу уже подростками с ним, меня к нему привел мой сосед Алекс, он учился с ним в одном классе. Жил он высоко, и зайдя на кухню я увидел, как он стрелял из пневматического ружья (Пневматическое оружие – разновидность оружия, в котором снаряд вылетает под воздействием газа, находящегося под давлением. В общем это не боевое оружие, пули невелики и в форме шарика и убить ими практически невозможно, но это опасное и все же оружие, будьте аккуратны). Сказать, что я был в шоке, не сказать ничего. Ты просто приходишь к малознакомому чуваку, а он палит из ружья из окна своей кухни куда-то вдаль, пряча при этом ствол ружья за шторами, мало ли увидят. И при этом, я еще не знал настоящее ли это ружье или нет. Увидев мое волнение Дан, стал говорить:
– Не парьтесь, я целюсь в окна заброшенного детского сада, это вневмат. Они забрали наш сад, так пусть получают его по частям.
Он ухмылялся и прицеливаясь стреляя, прячась за шторой, кажется, пули даже не долетали, но он не подавал вида, продолжая, наверное, по фану или типа того. Но тут раздался звук бьющегося стекла. Он быстро всё сложил и спрятал. Мы вышли на улицу, подальше от того места. Все были полны энтузиазма, хотя ничего толком и не произошло. Позже мы узнали, что это разбилась чья-то форточка и далеко не в заброшенном саду, не было так же известно, что причиной этого был вневмат Дана, но он конечно же утверждал, что всему винной только он, просто ветер отнес дробь в другую сторону. Дэн конечно же не хотел верить, что это не его рук дело, в прочем всем было все равно, было весело.