До предела
Шрифт:
Он ополоснул чашку и поставил в сушилку.
— Мне пора. Надо отвезти ноутбук в лабораторию.
Он поцеловал меня в макушку.
— Будь осторожна. Танк снаружи, на посту. Постарайся его не потерять.
— Я твоя должница, — сказала я.
— Да, знаю. У меня уже есть планы.
И он ушёл.
Боб терпеливо сидел рядом со мной, ожидая своей доли. Я скормила ему пару картофелин, доела остальное и допила колу. Громко отрыгнула и почувствовала себя вполне прилично.
Я приняла душ и оделась в короткую джинсовую юбку, белые кроссовки и белую футболку. Собрала волосы в хвост, накрасила
Я позвонила Луле и застала её на стоянке для дальнобойщиков.
— Всё отлично, — сказала она. — Мы с Бу завтракаем. Движемся с хорошей скоростью. Едем прямо по Route Forty до самого конца. Тут вообще супер интересно. Я никогда через такое не ездила. Тут прямо страна ковбоев и индейцев.
Я повесила трубку, бросила изюминку и кусочек сыра в клетку Рекса, обняла Боба и сказала всем, что скоро вернусь. Заперла за собой дверь и помахала Танку. Танк кивнул в ответ.
Я быстро доехала до дома родителей и припарковалась на подъездной дорожке. Бабуля уже стояла у двери, ожидая меня, повинуясь какому-то таинственному инстинкту, заложенному в женщин Бурга... системе раннего оповещения о приближении дочери или внучки.
— За тобой опять следует этот здоровяк, — сказала бабуля, открывая мне дверь.
— Танк.
— Ага. Я бы не отказалась провести с ним время. Как думаешь, ему подойдёт женщина постарше?
Молодые женщины, старые женщины, скотный двор.
— С Танком трудно сказать.
— Твоя мама в магазине, а девочки где-то играют, — сказала бабуля. — Валери на кухне, объедает нас до нитки.
— Как она?
— Похоже, сейчас взорвётся.
Я зашла и села напротив Валери. Она ковырялась в тарелке с макаронами и куриным салатом, особого энтузиазма не проявляя.
— Что случилось? — спросила я.
— Не знаю. Не голодна. Кажется, у меня хандра. Жизнь — одно и то же.
— У тебя будет ребёнок. Это довольно волнительно.
Валери посмотрела вниз на свой живот.
— Да.
Она мягко погладила выпуклость.
— Это меня радует. Просто всё остальное такое неопределённое. Я живу здесь с мамой, папой и бабулей. После рождения ребёнка нас будет четверо в одной маленькой спальне. Такое ощущение, что меня поглотили и больше нет никакой Валери. Я всегда была идеальной. Я была воплощением благополучия и душевного здоровья. Помнишь, какая я была безмятежная? Святая Валери? А потом я приспособилась, когда переехала в Калифорнию. Из безмятежной превратилась в бодрую. Я была милой, — сказала Валери. — Очень милой. Пекла именинные торты и готовила свиную вырезку. Купила своему придурку-мужу гриль. Отбелила зубы.
— Зубы у тебя отличные, Вал.
— Я в растерянности.
— Из-за Альберта?
Валери оперлась локтем о стол, подбородок — на ладонь.
— Как думаешь, он скучный?
— Он слишком смешной, чтобы быть скучным. Похож на щенка. Такой нескладный, неуклюжий и хочет, чтобы его любили.
Может немножко раздражать, но это не то же самое, что скучный, правда?
— Мне кажется, мне нужен герой. Мне нужно, чтобы меня спасли.
— Это потому, что ты весишь четыреста фунтов и не можешь сама встать со стула. После родов будешь по-другому себя чувствовать.
Ладно, я снова была большой толстой лицемеркой.
Я чувствовала то же самое, что и Вал. Мне тоже хотелось, чтобы меня спасли. Я устала быть храброй и более-менее компетентной. Разница в том, что я отказывалась говорить это вслух. Подозревала, что это базовый инстинкт, но почему-то казалось неправильным. Во-первых, это ужасное бремя — взваливать такое на мужчину.— Ты думаешь, Альберт хоть немного героичен? — спросила меня Валери.
— Он не похож на героя, но он дал тебе работу, когда ты нуждалась, и он не бросил тебя. Думаю, это своего рода героизм. И я уверена, что он бросится в горящее здание, чтобы спасти тебя.
Вытащит ли он её оттуда — другой вопрос. Вероятно, оба умрут ужасной смертью.
— Думаю, ты правильно делаешь, что не выходишь замуж, Вал. Альберт мне нравится, но не стоит выходить за него только потому, что мама одобряет, или потому что тебе нужен второй доход. Ты должна любить и быть уверена, что он — тот самый мужчина для тебя и девочек.
— Иногда трудно понять, любовь это или просто несварение, — сказала Валери.
Я оставила Валери с макаронным салатом и поехала в контору.
Конни выглянула из-за монитора, когда я вошла.
— Ну? — спросила я. — Ты замужем?
— Нет. Оказалось, это была шуточная фотография. Улетела десятичасовым рейсом из Вегаса.
— А ущерб номеру?
— Всё пошло на кредитку Винни. У Винни чуть удар не хватил, когда узнал. Но потом стали появляться репортёры, и Винни отвлёкся. Счёт за номер отошёл на второй план. Ты спасла Винни задницу. Даже выставила его в хорошем свете. Визовый залог сработал. Парень сбежал. Мы его нашли.
— На самом деле, Сингха нашла полиция Вегаса.
— Не в версии Винни. Винни внёс некоторые улучшения в историю. Так что у нас всех ещё есть работа. Винни не будет продавать подержанные машины в Скоттсдейле. Все счастливы.
Все, кроме меня. За мной охотился маньяк. И, возможно, я косвенно ответственна за три убийства.
— Теперь, когда Сингх вычеркнут, у меня накопилась куча беглецов, — сказала Конни. — Что предпочитаешь... впервые задержанный насильник, рецидивист по домашнему насилию, нападение с применением смертоносного оружия или хранение?
— Что за хранение?
— Кило героина.
— Ого! Это серьёзно. Это Рейнджеру. Давай нападение со смертоносным оружием.
— Батчи Салазар и Райан Мотт подрались из-за Кэндис Лэлор. И Батчи переехал Райана на своём Jeep Cherokee. Три раза.
— Батчи был пьян?
— Угу.
— Давай Батчи.
Иногда пьяниц легко поймать, если взять их с утра. Я взяла бумаги у Конни. Фото не нужно. Я знала Батчи. Ходили в одну школу. Не нравился он мне тогда. Не в восторге от него и сейчас.
— Дам тебе ещё насильника. Для него это впервые. Может, просто забыл явиться в суд. Я пыталась звонить, но только автоответчик.
— Ты пробовала рабочий номер?
— Он безработный. Уволили, когда арестовали.
Я оглянулась.
— Странно без Лулы.
— Тихо, — сказала Конни.
— Пусто.
— Великолепно! — заорал Винни из своего кабинета. — Чёртовски великолепно!
Я подтянула сумку повыше на плече и направилась к выходу. Танк стоял на страже на тротуаре перед моей машиной.